Блондинка не сдается - Надежда Юрьевна Волгина

что хочу написать ему гораздо больше, чем могу или нужно. Например, что я скучаю по нему. Что часто вспоминаю наши разговоры. А еще мне хотелось спросить, почему он уехал, даже не простившись.

«…Как у тебя дела? Что нового в жизни? Собираешься ли опять в Россию?»

Последний вопрос был единственный, который я себе позволила. И я сама понимала, каким сухим и безликим получилось письмо. Но все же, отправила его.

Трудно было сосредоточиться на работе после такого эмоционального всплеска. А был он ощутимый, удивил даже меня. Обычное электронное письмо, а разволновало меня не на шутку.

Как итог, переведя одно из писем, я решила, что больше работать не хочу, а хочу пойти погулять. Лето подходило к концу, и нужно было ловить последние теплые деньки. В нашей средней полосе осень наступает быстро, как и холодает моментально. А будет или нет бабье лето, вопрос такой – риторический. Природа порой выкидывает такие фортели, что диву даешься.

Пешком я добралась до парка. Посидела у озера, вспоминая, как кормили мы тут уточек с Рикардо. Потом отправилась по магазинам и прикупила себе несколько приятных сердцу обновок.

Настроение держалось просто замечательное, как будто в моей жизни произошло что-то значимое. А всего-то получила письмо от Рикардо. И о чём это говорит? Да только о том, что Марина оказалась права, и я, сама о том не подозревая, влюбилась в знойного итальянца. Но я была слепа и глуха к самой себе же. Так что, разбитое сердце – награда по заслугам. Только вот, грустить сегодня мне не хотелось. Лучше я оставлю это на потом.

Когда в дверях торгового центра я столкнулась с Сашей, то даже не удивилась, почему-то. Словно и эта встреча нужна была мне именно сегодня, чтобы окончательно осознать, что больше не сержусь на бывшего бойфренда. Я даже рада ему была.

- Привет!

- И тебе привет! – весело отозвалась я.

- Отлично выглядишь, - окинул меня Саша взглядом.

Он словно удивлен был этому факту. Так и захотелось сказать ему банальное «Не дождешься!»

- Ты тоже.

И это тоже было правдой. Саша цвел и пах. Он даже нарастил мышцы, насколько могла судить. Поди, не вылезает из тренажерного зала. Что с людьми делает любовь, даже однополая.

- Уль, а ты торопишься? – спросил Саша, когда я уже собиралась с ним распрощаться.

- Вообще-то нет.

- Тогда, может зайдем в кафе, съедим по мороженному? Шоколадного с сиропом, как ты любишь.

- Знаешь, что не могу я отказываться от мороженного, - игриво погрозила я Саше пальцем. – Пошли!

Если он подумал, что я с ним заигрываю, то это его личные проблемы. Но кажется, ни о чем таком Саша не думал.

- Как живешь? – поинтересовался Саша, когда официантка принесла нам с ним по солидной порции мороженного.

- Хорошо живу. А ты?

- Тоже…

- А как поживает твой бойфренд? – не удержалась я от небольшой подколки. Впрочем, Саша отреагировал на мою реплику не как на подколку. Он аж в лице изменился – резко погрустнел. – Поссорились?

- Расстались. Он мне… в общем, неважно, - махнул рукой Саша. Я даже подумала, что он расплачется. Но разве такие качки плачут? – мелькнула паническая мысль.

Саша сдержался и слезу не пустил. Я же догадалась, что бойфренд ему изменил. И ничего, кроме сочувствия, не испытала. Видно было, как Саша страдает. Наверное, сейчас мы с ним оказались в одной лодке. Только я страдать отказывалась!

- Уль, а помнишь?..

В кафе мы просидели часа два. И все это время вспоминали, что делали вместе. Оказывается, нам было хорошо и есть что вспомнить. А когда обида испаряется, то общие воспоминания кажутся даже приятными.

Простились мы на позитивной ноте, и я даже подумала, что мы можем остаться с Сашей друзьями. Во всяком случае, он просил меня не пропадать и звонить ему хоть иногда. Сам тоже обещался звонить – ради такого дела мы даже снова обменялись телефонами. И домой я возвращалась в еще более приподнятом настроении.

А дома меня ждало письмо. От Рикардо. И как же я ему обрадовалась! Подспудно я весь день об этом мечтала. И вот мечта моя сбылась.

«Ульяна, я бы приехал, если бы знал, что меня там кто-то ждет. Тебе я не нужен, а мне не нужна твоя Родина без тебя. Надеюсь, со своим Шарлем ты будешь счастлива».

Что??? С каким еще Шарлем? Уж не Дюбуа ли он имеет ввиду? И тут я вспомнила, что именно видел Рикардо накануне своего отъезда. Значит, мои догадки были правильными, и уехал он из-за пьяных приставаний Шарля Дюбуа, а не по настоянию отца или из-за каких-то срочных дел. И сейчас я была обязана ему сказать правду. Ну или часть правды…

«Французская делегация дорабатывает эту неделю и отбывает к себе на Родину. После того инцидента, свидетелем которого ты невольно стал, я на следующий день уволилась из переводчиков и снова вернулась к работе горничной. Вторую неделю на французов работала Марина. И, Рикардо, у нас с Шарлем Дюбуа ничего не было и быть не могло!»

Я отправила письмо, даже не перечитав его. Обидно стало, что Рикардо такого невысокого обо мне мнения.

Глава 47

Когда я догадалась, что цветы мне присылает Рикардо? Точно сказать не могу. Подозрения зародились, когда вместо стандартного «Для Ульяны» на открытках стали появляться другие надписи. «Самой красивой девушке», «Талантливой обворожительной переводчице», «Умной и очаровательной горничной»… И все в таком духе.

Цветы приносили каждый день, бывало и по два раза. Букеты были самые разные – большие и маленькие, в корзине и без… Цветы тоже были разными. И каждый новый букет был не похож на предыдущие.

Дело дошло даже до того, что разозлилась Марина.

- Оранжерея какая-то, а не дом, - прогуливалась она среди цветов, которыми была уставлена гостиная, придирчиво вглядываясь в букеты. – Ты хоть старые не забывай выносить на мусорку. Сухоцветов нам тут только не хватало…

Не было никаких сухоцветов. Букеты прибывали с такой скоростью, что и увядать не успевали. Порой выносила во двор почти свежие, и через какое-то время их кто-то забирал.

- И кто это так изгаляется? – фыркнула Марина. – Ты идешь? – оглянулась в дверях.

Недавно мы вернулись со смены. Естественно, я с очередным букетом. Ну и мы планировали поужинать, а потом Марина собиралась на свидание со своим Пашей, а я – немного поработать.

- А ты как думаешь, кто? – спросила я у Марины, наливая нам чай.

Она занималась бутербродами. На большее у нас не было ни сил, ни желания.

- Откуда ж мне знать, - пожала плечами Марина. – А ты?.. Уль… Неужели?