Теряя контроль - Энни Уайлд

Я прохожу через кухню в гостиную, которая, как я понимаю, похожа на квартиру Лидии — но только в смысле декора и, наверное, картины.

— Я отнесу их наверх, — говорю я им двоим — ну, трем.

Лидия смотрит на меня через плечо, на ее лице появляется улыбка.

— Я помогу тебе. — Ее шаги мягко ступают по ковру, когда она берет одну из своих сумок из моих рук. — В любом случае мне нужно знать, где я буду спать.

— Я приготовлю кофе, — окликает нас Шер, когда мы поднимаемся по лестнице. — Или может, вам просто стоит пойти отдохнуть... Сейчас, конечно, шесть утра, но вы двое выглядите так, будто вам нужно хорошенько выспаться.

Я киваю ей.

— Да, посмотрим.

— Поговорим, когда устроишься, Генри.

И тут снова возникает заминка.

Она хочет получить ответы, и я не уверен, что она сможет принять правду и не попытается убить меня за то, что я сделал. Из нас двоих она осталась в живых.

Потому что я точно не выжил.

30

Лидия

— Твоя сестра милая, — говорю я, когда Генри опускает наши сумки на пол. — Она мне нравится.

— Ты ей нравишься.

— Откуда ты знаешь?

— Она бы сказала, если бы это было не так, — усмехается он, выпрямляясь и разминая плечи. — И она права, нам обоим нужно отдохнуть.

Я с беспокойством смотрю на кровать, пока он откидывает одеяло и снимает футболку и джинсы. Я рассматриваю его фигуру, отмечая татуировки и рельефные мышцы.

— У твоих татуировок есть какой-нибудь смысл? — Спрашиваю я, задерживаясь взглядом на драконе у него на груди, замечая, что он, кажется, смотрит прямо на меня.

Он смотрит на меня снизу вверх и улыбается, но улыбка не касается его глаз.

— Нет. Они просто прикрывают то дерьмо, которое я не хочу видеть.

— Шрамы?

— Это не шрамы, если их не видно. — Он забирается на кровать, не обращая внимания на мой взгляд. Он знает, что лжет самому себе. Я тоже это знаю, но не иду у него на поводу. У всех нас есть шрамы. Ошибки. То, что делает нас уродливыми изнутри.

Он наблюдает за тем, как я стягиваю через голову спортивный бюстгальтер, и моя грудь вываливается на свободу. Я вздыхаю, не обращая внимания на следы, покрывающие мое тело, когда я выскальзываю из джинсов.

— Ты прекрасна, но я ненавижу, что эти синяки появились не от меня.

Я смотрю на него снизу вверх, когда беру его чистую футболку и натягиваю ее через голову.

— У меня легко появляются синяки, — тихо говорю я, глядя на свои ноги. Посередине моих бедер два асимметричных пурпурно-зеленых синяка, и я вздрагиваю.

— Не смотри на них, дорогая. — Рука хватает меня и тянет к одеялу. Я падаю на кровать, и Генри прижимает меня к своей груди, целуя в макушку.

— Почему кто-то пытается тебя убить? — Я задаю очевидный вопрос — слон в комнате, о котором никто не говорил.

— Не знаю, но я разберусь. Здесь мы будем в безопасности, пока Лука и Джуд не выяснят, кто сделал заказ. — Он крепче прижимает меня к себе, обнимая за талию.

— У меня не работает телефон, — говорю я в пустоту. Не знаю, почему я упоминаю об этом. Может, это отчаянная попытка вернуться к нормальной жизни.

Он гладит меня по плечу, посмеиваясь.

— Я уверен, что где-то здесь есть запасной. Я позабочусь об этом.

И я верю ему. До такой степени, что позволяю себе погрузиться в глубокий сон, прижавшись к его груди.

* * *

О, черт. Я прижимаюсь бедрами к теплому ощущению между ног, отчаянно желая почувствовать больше. Мои глаза распахиваются, лунный свет струится через окно комнаты. Я опускаю взгляд и вскрикиваю, когда Генри втягивает мой клитор в рот, одновременно вводя в пару пальцев, полностью пробуждая меня.

— Ты чертовски вкусная, — рычит он, отстраняясь, чтобы провести по мне языком. Он исследует каждый сантиметр моей киски, а руками обхватывает верхнюю часть моих бедер. Он прижимает меня к себе, приподнимая мою задницу над кроватью на несколько дюймов. Я запрокидываю голову и вскрикиваю, когда он начинает сосать сильнее, а затем зарывается в меня лицом, приближая оргазм. Я впиваюсь ногтями в кровать и сжимаюсь вокруг него.

— Генри, — стону я, мой голос дрожит от сна, пока я нахожусь под кайфом.

Он бережно покрывает мое тело поцелуями, пробираясь все дальше и дальше, захватывая с собой материал футболки. Я трепещу под ним, когда он стаскивает ее через голову. Как только футболка оказывается на полу, его губы приникают к моим.

Возбуждение снова захлестывает меня, когда я ощущаю вкус себя на его языке. Его поцелуй горячий и пьянящий, его руки блуждают по моему телу. Он ласкает мою грудь, а затем сжимает соски, касаясь своим членом моего входа.

— Я не мог больше ждать, — бормочет он, зарываясь лицом в мою шею, пока его член проникает в мою киску. — Мне нужно было трахнуть тебя, дорогая. Это спасает от кошмаров.

Я хнычу в ответ, когда он наваливается на меня, но это мимолетно, потому что он хватает меня за бедра и переворачивает нас. Я застигнута врасплох этим движением и теперь сижу на бедрах Генри. Его глаза сверкают, а пальцы перебирают мою кожу.

— Трахни меня, как хорошая девочка, которой ты и являешься, — требует он, хватая меня за бедра, приподнимая, а затем насаживая на свой член. Я вскрикиваю от глубины, мои ногти впиваются в кожу на его груди. Я двигаю бедрами, и его взгляд становится тяжелым, сосредоточенным на моем лице.

Пока я двигаюсь и трусь о него, его пальцы касаются моего лица, обводят мои губы, а затем засовывают палец мне в рот. Я посасываю его, и он издает удовлетворенный стон, прежде чем вытащить его у меня изо рта. Возбуждение снова начинает нарастать во мне, когда я двигаюсь вдоль его тела, стимулируя свое, когда трахаю его.

Я хватаю его руку, лежащую на моей груди, и поднимаю ее, обхватывая пальцами горло. Его губы приоткрываются, когда он понимает, о чем я прошу, и он сжимает их, перекрывая мне доступ кислорода. Жар разливается по моей киске, и я закрываю глаза.

— Держи их открытыми, — требует он. — Ты смотришь на меня, когда мы занимаемся этим. — Я заставляю себя открыть их, черные звезды усеивают мое зрение, я отчаянно нуждаюсь в воздухе. Он дает мне его, как только мы встречаемся взглядами. — Хорошая девочка. — Он поднимает бедра вверх, и это застает меня врасплох, сотрясая