Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг

По колену.

Выше.

Обнажая дюйм за дюймом.

Ночной воздух ударил по коже холодом.

Дамиан лизнул ямочку между ее ключицами, прежде чем втянуть бледную кожу в рот, посасывая до боли. Оставляя кровоподтеки, которые он сразу зацеловывал. С такой нежностью, что сводило низ живота бабочками.

Мужская ладонь легла на внутреннюю поверхность бедра, властно сжимая.

Дыхание Эви сбилось.

– Дамиан… – прошептала она.

– Хочешь остановиться, малыш? – хрипло спросил он, обжигая горячим дыханием ее горло.

– Нет.

– Хорошо.

Губы Дамиана потерлись о то место, где бешено колотился пульс. Ненасытно лизнули, а потом поцеловали. Влажно, горячо, больно.

Она тихо постанывала, выгибаясь навстречу его прикосновениям, губам, рукам, пока собственные ладони вожделенно трогали его всего.

Лопатки, твердый пресс, грудь. Цепляя пальцами пирсинг на соске.

Татуировки, покрывающие тело сплошь.

Проклятье.

Каждый участок, до которого Эви касалась, вспыхивал. Горел. Плавился под ее руками.

Дамиан вдыхал запах ее волос – кокосы и ваниль, слушал тихое, прерывистое дыхание и медленно терял рассудок.

Она поерзала под ним, неосознанно вжимаясь бедрами, чтобы унять жажду, и парень застонал снова.

Блядь.

Ему до сумасшествия сильно хотелось овладеть ей.

Расстегнуть ширинку и врезаться. Вот так. Без защиты. Прямо в нее.

Дамиан вернулся к губам девушки, набросился на них с таким отчаянным голодом, что ощутил острые ногти на своем затылке.

Царапается. Как раньше. Дикая.

Он вытрахивал этот лживый, наглый рот языком, жестко и грубо.

Так, как ему эгоистично хотелось. Отбрасывая весь контроль, действуя так, как подсказывали чувства. Облизывая ее язык, а потом беспощадно отстраняясь, не позволяя себя целовать.

Эви тихо захныкала, хватая его за волосы и притягивая к себе, упрашивая поцелуй.

Хрупкое тело содрогнулось, когда мужская рука покинула ее бедро и бесстыдно опустилась между ног. Там, где все ныло.

С нажимом поглаживая кончиками пальцев. Снизу вверх. Один раз. Второй. Третий. Прямо через промокшее нижнее белье.

Она запрокинула голову, резко выдохнув. Дамиан продолжал легонько целовать ее, оставляя на приоткрытых губах едва ощутимые, нежные поцелуи.

– Дамиан… Дам… – бездумно звала его, жмурясь и отзываясь на каждое прикосновение.

Она мне нужна.

Прямо здесь и прямо сейчас.

Вся нужна.

– Блядь, самая горячая, вкусная, – промурлыкал он, опускаясь свободной рукой по телу Эви вниз.

Стиснул ее горло, провел по ключицам, плечам, ребрам, животу, груди… Слегка погладил ее через красное платье и тут же жадно накрыл ртом. Сжимая зубами твердеющий под тонкой тканью сосок. Язык, оставляющий мокрые следы… Обжигающий до мурашек. Ощущающийся так, словно был прямо там, на голой коже…

Девушка дернулась, как от удара током, и он бережно придержал ее затылок, чтобы она не разбила голову.

– Осторожнее, малыш, – прошептал ласково, целуя в лоб.

И отодвинул белье в сторону, касаясь ее, обнаженной. Погладил. Выводя большим пальцем круги на том самом месте, которое изнывало.

Эви распахнула глаза, сталкиваясь с его взглядом.

Жаждущим. Нуждающимся. Грязным.

И только от одного того,какна нее смотрел Дамиан…

Только этого было бы достаточно, чтобы довести ее до края.

Он шумно втянул воздух сквозь зубы.

– Гребаный дьявол.

Она ощущалась восхитительно. Для него. Только для него.

Эви ощутила, как парень напрягся всем телом. Выпуклость в его брюках настойчиво уперлась в ее бедро.

Несмотря на разницу в размерах и то, каким Дамиан был теперь мощным… Она не чувствовала себя в западне. Все было наоборот.

Голова девушки резко мотнулась из стороны в сторону, рыжие волосы рассыпались по земле, когда Дамиан начал ласкать ее. Проникая туда, где за все это время был только он.

– Еще… – попросила едва дыша, ему в губы.

И он сорвался. Беря ее пальцами снизу в беспощадном ритме. Полностью вытаскивая и насаживая до упора. Заставляя маленькое тело извиваться под ним, срывая с губ стоны, выпивая их своим ртом. Поглощая каждый вздох, звук, каждое крошечное хныканье.

– Блядь, – выругался Дамиан, не прекращая ласки. – Я так сильно хочу в тебя.

– Так возьми… – ответила его же словами.

Она не могла.

Не могла сказать ему такое.

Всемогущий Господь.

Он терпел, сжав зубы, хотя самого едва не трясло.

И слышать то, как Эви доверчиво предлагает себя ему…

– Не сегодня, – хрипло ответил Дамиан, целуя ее в уголок губ.

Ощущая потрясающий вкус соли. Крови. Слез.

Лизнул скулу и слегка прикусил кожу, пока его рука доводила девушку до исступленного наслаждения. Яростного, стремительного, как цунами.

Оно накрыло, несмотря на жгучую боль в спине, которую она разодрала в кровь.

А он успокаивал. Обнимал, гладил по волосам, лицу. Ничего не требуя в ответ. Словно говорил «спасибо».

Спасибо за то, что увидела мою боль.

Спасибо за то, что дала понять, что я не один.

Спасибо за то, что не простила.

Когда ее дыхание немного восстановилось, Эви отняла голову от его груди. Дамиан все еще был напряжен.

Решайся.

Или сейчас или никогда.

Рука девушки опустилась на его пах, дразняще сжимая через одежду.

– Эви, – тихо простонал он. – Не начинай то, что не собираешься продолжить.

– Кто сказал, что не собираюсь?

Маленькие пальцы проворно нащупали молнию его брюк.

Рука Дамиана внезапно схватила ее за шею, притягивая к себе.

Так сильно, что дыхание застряло в горле.

– Малыш, если ты сейчас расстегнешь мне ширинку, то я не ограничусь простым касанием. Я возьму этот рот, понимаешь? – он провел большим пальцем по ее покрасневшим от поцелуев губам. – И у меня теперь… – он ухмыльнулся, многозначительно опуская взгляд вниз. –Тамкое-что появилось. Уверена, что выдержишь?

Его взгляд был насмешливым.

Бросающим вызов.

Словно Дамиан был уверен на сто процентов, что она откажется.

Даже руку убрал от ее горла. Отпустил.

Эви нахмурилась.

«Что значит кое-что появилось?» – недоумевала она, заинтригованная.

Любопытство вспыхнуло под кожей. Ей немедленно захотелось выяснить, что он имел в виду.

Не говоря ни слова, она схватилась за бегунок. Послышалось тихое жужжанье.

– Теперь ремень, – он выглядел таким нахально-спокойным и самодовольным, что Эви сразу же захотелось сбить с него спесь.

«Посмотрим, как он заговорит через пять минут!»

Звякнула пряжка – ремень был отброшен на землю.

Она освободила его стояк и…

Глаза Эви расширились.

Ее губы приоткрылись от шока.

Да.

У него определеннокое-чтопоявилось.

Три пирсинга.

Они украшали член по всей огромной длине. И выглядело все это металлическое великолепие до чертиков устрашающе.

Одна мысль о том, что он, твердый, чертовски готовый, вместе с этим всем окажется в ней…

Бедра Эви сжались. От страха, смешанного с возбужденным любопытством. Она не могла не задумываться об