Девочка бандита - Дана Блэк

Вслепую потянулся к столику, закинул в себя таблетки.

Прикрыл глаза, подождал, пока перестанут темные круги плясать.

— Ты как? — Лев протянул бутылку воды, я головой покачал. — Плохо?

— Зашибись. Ещё немного обезбола, и я единорогов увижу. Всегда хотел.

— У него жар? — Вадим у брата спросил, сам подошел. Проверил мой лоб. — Вроде нет. Лёв, принеси лучше антибиотики.

— Кудахтать перестаньте. Не собираюсь я умирать. Полежу и оклемаюсь быстро. И свалим из этого города к чертям.

Братья не спрашивают как.

Коридор, на который мы рассчитывали, захлопнулся.

Просто не проскочить.

Особенно после того, как каждая с*ка узнала — я из города не свалил.

По телеку они горазды болтать одно, но факт теперь такой, что меня будут искать. В каждой подворотне проверят. Облавы устроят, стоит только к выезду из города двинуть.

Я с помощью чуда тогда проскочил.

На адреналине добрался до Лютого, который подлатать смог, и отправил меня со своими людьми сюда.

Элитное такси получилось.

Только проблема в том, что сейчас вообще нос показывать нельзя.

Пара купленных журналистов разгоняют информацию, что я уже давно в морге, но этого недостаточно.

— Почему никто из нас не пошел на врача учиться? — Лев горько хохотнул, толкнул мне бутылку воды. — Пей давай. Вера говорила, что надо много жидкости.

— А ты я, смотрю, много с врачихой болтал? Тебе и надо было на медика идти.

— Выберемся и пойду. Буду с вас бабки бешеные драть за лечение.

— Я пока единственный целый тут, — Вадим усмехнулся.

Но взгляд у него тяжелый. Переживает.

А мне от этой заботы погано.

Братья предупреждали, что не стоит так подставляться.

Куколка риска не оправдывает.

Я же полез, решил, что силой её увезу, если не захочет. Закину в машину, заткну, чтобы не орала. И по газам, прочь из этого проклятого города.

А потом бы разбирался с ней.

Уговаривал.

Не получилось.

Не сложилось.

— Но серьезно, — Лев глаза закатил, когда я через полчаса снова таблетки взял. — Тебя бы осмотреть. Ты выглядишь ещё хреновей, чем я. Надо кого-то найти. Вадим, что скажешь?

— Я думаю, можно. Трусануть знакомых, там…

— Угомонитесь, деятели, — прорычал. От их болтовни голова растрещалась. — Будет врач скоро. Подлатает и меня, и Льва проверит.

— Врач? — переспросил Вадим. Нахмурился, не веря.

— Врачиха. Вера.

— Вера? — Лев застыл посреди комнаты, выпустил из рук упаковку бинтов.

— Вера.

Хреново мне, но улыбку погасить не смог.

Мои младшие братья — всегда пацанами для меня будут.

Мелкими и предсказуемыми.

Засуетились, кинулись в свои комнаты.

Вадим постарался сохранить невозмутимость, медленно двинулся к себе. Но я-то слышал, как он стены сшибал за дверьми закрытыми.

Остался один.

Выдохнул.

Можно маску не держать. Бок свело от резкой боли, огнем окатило.

Пиздец болит.

Отвык от такого, забыл.

Сколько времени прятался от ментов — всегда избегал серьезных травм. Задевало по касательной, это не страшно. А сквозная пуля, от которой две дырки осталось, нихрена не приятная штука.

Хорошо, что одна всего попала.

Плохо, что вообще подставился.

Из-за девки обычной.

Чувства в себе рублю, мозги включаю.

Не думать, как там Надя сейчас.

И чтобы я с ней сделал, будь она рядом.

Наплевав на боль и усталость.

— Подъехала, — Лёва волосы пригладил, одернул свежую футболку. — Встретить?

— Я сам, — Вадим фыркнул, языком поддел пирсинг. — Единственный здесь здоровый.

— Оба тут будьте, — осадил их. — Вера знает, как сюда попасть. Сама к нам зайдёт.

Потому что я хочу реакцию увидеть.

Словить позитивные эмоции.

Хлопнула дверь, а на лицах этих пацанов улыбка широкая расцвела.

Друг друга пихнули, заставляя свалить.

Не решили они ничерта, не поделили.

Но это к лучшему.

Уедем, и забудут о своей врачихе.

А я о куколке.

— Какая… встреча.

Энтузиазм Вадима погас, Лев вообще на надутого ребенка стал похож.

Переглянулись, в меня взглядом впились.

Недовольно нахмурились.

Кажется, если бы я тут раненым не лежал, сами бы меня пырнули.

— Рад, что ты приехала, — попытался сесть.

— Лежи, Хазов, — Вера вздохнула, направилась ко мне. Кинула куртку на кресло, стянула рыжие волосы в хвост. — У меня не так много времени, чтобы с тобой возиться. Я, знаешь ли, отвыкла по вызовам мотаться.

— Зря. Бабла бы подняла…

— И общаться с преступниками в бегах? Не по мне.

— Не твой типаж?

— Люблю мужчин поумнее. Тех, кто не попадается.

Хохотнул, тут же скривился.

Вера достала свою аптечку, руки обработала, натянула перчатки.

Села возле меня, задрала мою футболку, начала рану осматривать.

Ударила ладонью по груди, когда меня на смех пробило.

А я тоже себя пацаном почувствовал.

Потому что братья сейчас — лучший обезбол.

Обиженные дети.

— Это кто такая? — Лев первым не выдержал, на Веру посмотрел так, словно она лично ему жизнь сломала.

— Врачиха, — ответил невозмутимо.

— Не та, которая нужна!

— А какую вы ждали?

Вадим зубами скрипнул, промолчал.

Знал, что они сестру куколки высматривали.

Ради неё чистую одежду нацепили, одеколоном надушились.

И ни разу не спросили, каким боком я ту Веру выцепил и уговорил приехать.

Можно подумать, мало врачей с таким именем в городе.

Рыжая*, которая сейчас со шприцем играется, знакомая друга. Хороший врач, давно с криминалом связана. Обычно лечит только своего мужа и его ребят, не любит с другими бандитами возиться.

Но Лютый через знакомых подогнал, чтобы рыжая мной занялась.

Эта точно ментам не сдаст, потому что сама повязана.

— Я бы тебя в больницу забрала, — рыжая вздохнула, посветила фонариком мне в глаза. — Хреново всё, Хаз. Но к себе не возьму. Ты в розыске, если в мою клинику сунутся, то многие попадут под подозрение. Мне проблем не нужно.

— Я и не просил. Зашей меня так, чтобы не подох, а дальше я выкарабкаюсь.

— Я оставлю лекарства и инструкцию. Уколы ставить умеете? — осмотрела моих братьев цепким взглядом, дождалась кивка. — Отлично. Я наложу новые швы, Лютый плохо справился. Будет больно. Я местную анестезию вколола, но она не поможет на сто процентов.

— Валяй.

Братья напряглись, забыли о своих обидах.

Подобрались ближе, коршунами окружили.

— Ей смертью лучше не угрожать, — предупредил, закрывая глаза. — За неё тут половина города порвёт. Ценный кадр, да?

— Что я поделаю, Хазов, если не так много нормальных врачей? Почему-то только мой муж додумался завести себе личного хирурга.

Додумался.

Я по слухам знал их.

Сам не общался.

Но то, что была рыжая с волшебными руками — слышал. Не раз с того света пацанов вытаскивала, помогала, если знакомым нужно было.

Ради мужика своего вписалась во всё это дело.

С самого начала рядом была, ни разу не предала.

Не