Сердце космического дракона - Ольга Вадимовна Гусейнова

class="p1">– Совсем недавно ты отчитывал моих отца и брата, когда они хотели выпроводить меня из кабинета и решать важные вопросы сами. Без меня! Но они тоже не хотели меня пугать. Помнишь?

Он задумчиво кивнул.

Каэль тяжело вздохнула и отвернулась, потом попросила:

– Давай вернемся домой. Пока это еще возможно. Я должна подумать обо всем, что узнала.

Даэрон не стал возражать, хотя внутри все сжалось от нехороших предчувствий и опасения, что Каэль откажется от него.

Он провел ее в грузовой трюм и, активировав телепорт, переместил их в поместье. Там все было по-прежнему. Но Каэль смотрела на комнату иначе. Она сравнивала здешние покои Даэрона с шаттлом и пыталась сопоставить детали.

– Тебе нехорошо? – спросил Марсаер, заботливо придержав Каэль.

Она взглянула на него, и он сразу отступил, давая понять, что не собирается давить.

– В твоем доме так же, как на шаттле? – спросила его Каэль. – Или он больше похож на мой?

Она обвела рукой комнату.

– В моем больше света и пространства, чем здесь, – ответил Даэрон. – И мебель немного другая. Многое там механизировано для удобства в использовании. Особенно на кухне и ванных комнатах. Ну и… В общем, наш с тобой дом – это нечто среднее между тем, как выглядел шаттл и всем этим. Но, если ты захочешь, мы можем обставить его в твоем стиле. Он станет больше похож на привычный тебе, Каэль…

– Мне нужно подумать, – перебила она. – Вспомнить, что ты говорил и разложить в голове по полочкам. Пожалуйста, не торопи меня. И не приходи этой ночью. Я хочу побыть одна. Хорошо?

Даэрон резко кивнул и отступил, сцепив руки за спиной, чтобы не тянуться к любимой.

Он не скрывал, что переживает. Каэль видела это, но решительно вернулась к себе. Какое-то время, пока готовилась ко сну, старательно отгоняла прочь плохие мысли. Но, как только улеглась, начала представлять свое будущее. Она не понимала, что ее ждет впереди. Но, куда бы ее мысли не сворачивали, всюду воображение дорисовывало рядом Даэрона. И он вставал на ее защиту. Обнимал, целовал, помогал и оберегал.

Что бы она сделала, расскажи он о себе все сразу? И сама признала: сочла бы его сумасшедшим драконом. Да даже если бы он смог заставить ее поверить во все свои «сказки», что тогда? Неужели бы она добровольно согласилась улететь в неведомые дали с малознакомым мужчиной неизвестной расовой принадлежности, к тому же с условием навсегда потерять связь с родными? Нет, нет и сто раз нет. Да она бы, как говорили некоторые в академии, наплевала на всю его драконью харизму и «истинность» и спряталась бы так надежно, чтобы не нашел.

Следом Каэль представила – всего один раз! – что вот сейчас откажется от Даэрона. Что он улетит без нее. И ей вдруг стало страшно. Потому что будущее перестало быть светлым: вокруг был с детства понятный мир – королевство, семья… Но не было Даэрона! Он исчез из ее видения, напугав до дрожи. И то ведь верно, коварный ариш выбрал самый надежный путь обрести избранницу. Сперва он заставил ее полюбить себя, а потом сообщил «подробности».

Каэль распахнула глаза и, глядя в темноту перед собой, неожиданно ясно поняла, чего хочет на самом деле. Именно в этот момент дверь в ее комнату приоткрылась и внутрь тихонько скользнул Даэрон. Он ступал едва слышно и замер, как только понял, что она не спала, следила за ним. Глаза в глаза, затем он глухо попросил:

– Прости меня, любимая! Ты сказала не приходить, но просто нет сил маяться одному. Признаю, я крайне неудачно рассказал тебе о своем мире и недооценил важность разговора и остроту твоей реакции. Давай начнем сначала. И…

– Наконец-то ты пришел, – шепнула она с облегчением, перебивая его виноватую речь. Откинув одеяло, Каэль попросила: – Обними меня крепче.

Просить его дважды не пришлось! Объятия Марсаера мгновенно распугали все глупые страхи Каэль. А его поцелуй окончательно убедил в правильности решения. Расслабившись рядом с единственным на свете, самым прекрасным мужчиной во всех мирах, Каэль уткнулась носом ему в грудь, признаваясь:

– Сегодня ты напугал меня.

– Прости, – шепнул он ей в макушку. – Обещаю исправиться и никогда не утаивать от тебя ничего существенного. Ты ведь полетишь со мной?

– Куда угодно, – призналась она. – Даже на край света. Лишь бы с тобой. Пока раздумывала, представила вдруг, что ты улетишь один, и стало жутко. Зато расставила все на свои места и поняла очень важное обстоятельство: я люблю тебя, Даэрон Марсаер… Погоди. Это ведь твое настоящее имя?

Она испытующе посмотрела на него, мол, не врешь?!

Теперь уже точно ее не-дракон широко улыбнулся:

– Настоящее. Как моя любовь к тебе. Ты все для меня, Каэль Огненная. И я правда пролетел ради тебя огромное расстояние, бросив все, чтобы отыскать. Понимаешь?

У Каэль глаза защипало от подступивших слез, от переполняющих чувств, от облегчения, что они объяснились, и она потянулась к любимому за поцелуем. Но вдруг остановилась, явно вспомнив о чем-то важном.

– Что такое? – напрягся Даэрон.

– Я хочу попросить тебя… – начала Каэль, смущенно отводя взгляд.

– О чем угодно, – не дал передумать Даэрон.

– Когда мы отправимся в путь на твоем маленьком корабле без лошадей, ты мог бы приказать служащему там э-э-э… призраку-фамильяру являться в приличном костюме и не являться без предупреждения? Мне по-прежнему не нравится мысль о путешествии рядом с ним.

Даэрон счастливо рассмеялся:

– Как скажешь, родная. И оденем его и являться без стука запретим. Особенно в такие моменты…

Он снова склонился ближе в жарком манящем поцелуе.

Запись в бортовом журнале разведывательного корабля класса «мини», владелец – Даэро́н Марса́ер:

Запись двадцать восьмая:

Было сложно, но мы почти справились. Остался день до свадьбы. Скорее бы увезти Каэль домой.

Все чаще вспоминаю оракула, сказавшего, где найти избранницу. Отправил несколько писем, чтобы навести о нем больше справок.

Пометка для Ромеро: внести изменения в программу искина – переодеть визуал в привычную для Каэль одежду. Поставил запрет на его появление без команды.

Глава 11

Каэль смотрела на яркий, красно-оранжевый закат и старалась запомнить его в малейших деталях. Забравшись с ногами на широкий подоконник, она обвела кончиком пальца выпуклость на стекле в виде кривого сердечка. Эту нелепицу она сделала много лет назад, впервые неумело пробуя магию огня на материи. Мама, увидев ее пробный «шедевр», посмеялась и велела прислуге оставить все как есть. Отец тоже одобрил идею. «Сердце останется на память о том, насколько талантлива наша дочь!» – сказала мама тогда.

Когда мамы не