Мажор и заноза. Нам нельзя - Ника Княжина

Тормасов вытирает руку прямо о простынь. Натягивает штаны выше, перемещается ко мне. Он укладывает голову мне на колени и застывает. Лежит лицом вниз, обнимая мои ноги. И я просто не знаю, как на это реагировать. Его горячее дыхание щекочет мою кожу.

Кладу руки на его волосы и глажу. Даже не знаю сколько проходит времени. Я просто играю с его прядями, а он просто лежит и дышит мне в колени. И я не представляю, о чём он думает и что опять зреет в его голове.

– Ну почему ты Тенина, а? – вздыхает он спустя время. – Это, Тенёчек, полный треш.

– Я тоже не в восторге, что ты Тормасов, – вырывается у меня возмущённое. – Думаешь, это предел моих мечтаний был? Переспать с моим врагом?

Он поднимает голову. Смотрит мне в лицо. Задумчиво скользит взглядом с глаз на губы, потом снова на глаза. Морщится.

– В том случае моя семья была не виновата, если ты считаешь, что мы как-то причастны, что он за решёткой. Твоего отца посадили за его дела. Если бы он был законопослушным гражданином, этого бы не случилось.

Я прикрываю глаза. Мои руки безвольно застывают на подушке. В его словах доля истины есть. Если бы папа не промышлял контрабандой, если бы не скрывал финансы, если бы не покрывал коррупцию, если бы… Их много этих «если». Но как я могу признать тот факт, что он сам во всём виноват?

Это всё равно, что отречься от него.

Да, он ошибался. Но он мне сказал, что всё осознал. Что деньги ослепили его, поэтому он сделал ряд необдуманных поступков. Это ведь можно понять? Разве он не заслуживает прощения?

Я его дочь. Конечно, я могу понять это.

– И если бы он не нанял тогда людей, чтобы они напали на мою маму, я бы мог ещё попытаться закрыть на всё это глаза…

– Нет! – я резко распахиваю веки и смотрю на него. – Он не мог!

– Алёна, очнись. Он сделал это. Нападение было заказным. Я в этом уверен.

– Не говори так. Я не верю тебе.

Деньги – это одно. Но нападение на человека! Папа не опустился бы до таких дел!

Яр обхватывает меня за бёдра и резко тянет вниз. Я взвизгиваю, и через миг оказываюсь снова подмята под него. В его взгляде бушует океан. И теперь это не желание, это неприкрытая злость.

– Я был прав, когда решил, что зря с тобой связался. Нельзя нам было… Ты ничуть не лучше его. Ты не умеешь признавать ошибки и не слушаешь других. Ты абсолютно точно дочь своего отца, – выплёвывает он, и я съеживаюсь, как от удара.

Нет. Ну зачем он так?

Глава 30. Хочу с тобой

– О, явилась, – хмыкает Виктория, поднимая свою изящную фигурку с кровати.

Я бросаю на неё один единственный мрачный взгляд и направляюсь на свою территорию. Объяснять соседке, почему меня не было ночью и где я пропадала половину этого дня нет никакого желания.

Мы с ней даже не подруги. Она вообще… ещё один мой враг. Она меня ненавидит, как и Ярослав. Как и тот, кому я отдала свою невинность сегодня на рассвете. Кому доверилась, зная, что ничем хорошим это не закончится.

Блин… Что же я наделала?

– Дай догадаюсь… Ты и один из Тормасовых, так?

Я заваливаюсь на кровать и закрываю глаза. Делаю вид, что вырубилась. Что не слышу её. Что ушла в астрал, потеряла связь с реальностью. Что меня тут вообще нет. Лишь бы не отвечать на эти вопросы.

Может отстанет? Есть такой шанс, а? Сможет она справится с распирающим её любопытством?

Мне ещё душевных разговоров с Викой не хватает для полного счастья. С девчонкой, которая меня с первого дня пыталась принизить. Не начнёт же она сейчас набиваться мне в подруги?

Сначала унизительные обвинения Ярослава и его заключение, что зря он вообще со мной что-то замутил, а теперь ещё и догадки соседки, что я ночь провела с ним. И ведь правда же. Она сейчас в самую суть вещей смотрит. Всё так и было.

– Ну можешь и не рассказывать, – хмыкает Вика. – Тебя видели вчера в клубе. На руках тебя нёс один из близнецов. А потом вы умчали на машине. Ночью ты тут не ночевала, а сейчас привёз тебя к общаге тоже он…

– Ты за мной шпионишь? – вздыхаю я обречённо. – Заделалась в следователи? Блюдёшь чужие нормы морали? Что такое, Виктория, м?