Мажор и заноза. Нам нельзя - Ника Княжина

– Прекрасное качество. Направь его в науку, а не в мою жизнь.

– Пфф, – фыркает Вика. – Это скучно. А вот сплетни – самое то. Ну хоть поделись, как он в постели. Эти парни пользуются бешеной популярностью с первого дня учёбы. Все мечтают через них подобраться к музыкальным кумирам…

– Замолчи, пожалуйста, – качаю я головой. – Меня не интересует ничего из этого. Ярослав просто мне помог в неприятной ситуации.

Чёрт. Ну вот зачем я вообще полезла с ней разговаривать? Для чего рот открыла? Знала ведь, что ничем хорошим это не закончится!

Но уже поздно. Мои слова повисают в тишине, и я прямо чувствую, как мозги Виктории сейчас скрипят, складывая какую-то картинку в единое целое. Вдруг она в курсе происшествия в випке? Этот Сергей там вообще живой остался после избиения Тормасовым?

И вот нафига я сказала, что была с Ярославом?!

Дурочка. От расстройства совсем инстинкт самосохранения отключился. Этой девчонке только дай волю. Сама же призналась, что обожает сплетни. Теперь весь универ будет гудеть о том, что Ярослав меня спас от Сергея, а я отплатила ему собой этой ночью.

Открываю глаза и с подозрением кошусь на Викторию. Она стоит по центру комнаты с невозмутимым видом и накручивает прядь волос на палец. Выглядит так, будто решает какое-то сложное уравнение.

– Ясно-ясно, – кивает она, и её губы расплываются в улыбке.

Отворачивается и идёт к своей кровати. Подхватывает свой гламурный розовый телефончик в стразах и быстренько что-то строчит. И я понимаю, что это обо мне. Что вот он. Эпичный момент. Моя репутация сейчас отправляется в унитаз.

Но сейчас нет сил её останавливать. Да и что я скажу? Не надо? Всё не так, как кажется? Не лезь не в своё дело?

Да и, собственно говоря, разве может быть хуже? Разве я могу упасть ещё глубже, если я итак уже на дне? Меня мало волнует окружающий мир, у меня внутри атомная война идёт. Ещё тратить энергию на то, что снаружи…

Закрываю глаза снова.

Перед внутренним взором появляется Ярослав. Я чувствую на себе его руки, его поцелуи, внизу живота будто кирпич лежит. Странные, непонятные ощущения. Там, где он касался, там, где он был. Во мне…

Я переворачиваюсь на бок, лицом к стене. И морщусь. Оказывается накатила на то самое плечо, которое он укусил в порыве страсти. Надо же. Прямо до болезненности. Его метка… осталась на мне… Эта мысль отчего-то будоражит. Устраиваюсь поудобнее, чтобы не было больно.

Здесь, в этой комнате, тоже нет покоя мне от него, потому что он заполнил всю мою жизнь собой. Каждый уголок моей души, каждую клеточку моего тела, каждую извилину мозга. Я вся в нём. И даже эта кровать в общежитии. Она тоже напоминает о нём.

Ярослав Тормасов. Что ты натворил? Зачем мы вообще с тобой пересеклись? Может лучше бы друг друга и не знали? Не горели? Не обвиняли друг друга? Не пожирали друг друга жадно, словно это самое желанное занятие на свете?..

«Просто секс, Тенина. Никаких розовых соплей».

Да, действительно, это ведь ничего не значит. По крайней мере, для него уж точно. Он уже пожалел, что всё так случилось. Мы с ним оба сходили в душ, потом он принёс мои чистые вещи, оказывается, успел постирать и посушить. Я переоделась, сгорая от стыда под его взглядом, но он меня больше не тронул.

Просто отвёз в общагу. Мы больше даже не говорили. Обвинения так и остались последним, что мы друг другу сказали. И Яр был мрачным всю дорогу сюда. На меня не глядел.

Значит, это конец. Больше он не будет ко мне прикасаться, не будет меня ласкать, не будет властно приказывать мне, что делать, целовать, заниматься со мной сексом... Может быть даже завтра сядет за парту с кем-то другим.

Это будет больно, унизительно, но может так на самом деле проще? Быстрее забудется, быстрее затянется рана в груди.

Приподнимаю ноги ближе к торсу, съёживаясь в позу эмбриона. Я чувствую себя такой одинокой, такой потерянной, такой беззащитной. Словно весь мир отказался от меня, хотя по факту это не так. Только Ярослав. И мама…

Я не понимаю, в какой момент ускользаю в сон, но просыпаюсь я от того, что задыхаюсь от жары. Очень душно, очень… Поворачиваюсь в постели и упираюсь лицом в твёрдую мужскую грудь. Его запах бьёт меня в нос.

Ярослав. Здесь.

Судя по тому, что в комнате темно, уже ночь. А я даже не обедала и