Скажи мне "да" - Катерина Пелевина

Глава 41

Влад Садовский

С трудом тогда уехал, если честно. Вообще с трудом её от себя оторвал… Отец поругал, что пары прогуливали два дня, мама поняла и успокоила его. И всё-таки замашки следака в нём ещё живы. И в Машке что-то подобное, к сожалению, тоже ощущается… Хотя где-то я и ощущаю что-то мягкое. Возможно, уже нарыл ту часть, которая так меня и зацепила. Что-то женское, простое… Но такое до одури пьянящее и пленительное… Я же знаю, что могу её прогнуть, могу, просто время нужно и усилия. Поэтому и не сдаюсь никак. Как слепой фанатик…

Ближе к субботе у меня странные эмоциональные перепады. Скорее всего связанные с тем, что она редко мне пишет и вообще держит дистанцию. Не знаю уж чем заслужил, но… Будто зассала или типа того.

«Во сколько за тобой заехать?».

«Я на такси. Сама доеду».

«Точно? С чего это вдруг? Решила меня кинуть?».

«Садовский, я покупаю подарок твоим родителям».

«Понял, принял. Ждём в семь тогда», — отправляю сообщение и снова открываю её фотки… Без палева снимал, пока она фильм смотрела… Милая такая была со стороны. Если честно, я ещё никогда не встречал девушку звонче, чем она. В переносном смысле. Она заставляет слышать и слушать. Заставляет копаться в себе. Меняться… Наверное, именно этого я всегда и боялся, а теперь, когда началось, понял, что справляюсь с этим страхом. Криво, косо, но справляюсь…

Вроде как побороть страх высоты, спрыгнув с парашютом. Машка — мой парашют… Только я не уверен, что, дёрнув за кольцо, он раскроется, и я смогу плавно приземлиться, возможно меня нахрен размажет о суровые реалии отношений… Может и так. Но оно того стоит. И я пробую. Нырнув в это всё с головой…

— Не переживай ты… Всё пройдёт хорошо. Мы знаем Машу уже… Десять лет, Влад… Она нам как дочь…

— В том и дело. Она не должна быть вам как дочь… У вас есть дочь. Своя…

— Да мы знаем, — хихикает мама, взяв меня за руку. — Ты такой серьёзный стал. Буквально за два месяца. Не узнать просто…

— Ага. В каблуки заделался…

— Где-то я прочитала, что за каждым великим мужчиной стоит женщина, которая постоянно закатывает глаза… — шепчет мне мама на ухо и продолжает смеяться. — Так вот, сделай так, чтобы твоя не закатывала…

— Глубоко… А если она ещё при этом рычит постоянно? — ржу я, и слышу батино покашливание со стороны.

— Влад… Без твоих подколов за ужином, ладно? Я хочу с Машей серьёзно поговорить. Давно хотел… Момент настал…

— Воу… Обычно это отец девушки разговаривает с парнем. Если будешь давать ей напутствия скажи, чтобы не выделывалась по мелочам…

— Я хочу предложить ей практику… Через год. У себя… — заявляет отец и уходит, оставив меня стоять с отвисшей челюстью.

— Не… Мам… Ну какого хера?!

— Тш-ш-ш… Ну что ты впрямь, а…

— Я не хочу, чтобы она была такой, блин. Я её с трудом вытаскиваю из этого. Но у неё кровь дурная. Она прокурорша на всю голову…

Мама прикрывает ладонью рот и смеётся.

— Влад, ну у твоего отца тоже…

— Ага, конечно… Только это нормально, когда мужик главный в семье. Так априори заложено…

— Всё, сынок, не переживай… Я с ним поговорю… — мама оставляет меня в гостиной и уходит за отцом, а я падаю на диван и достаю телефон из кармана.

«Задерживаешься?», — пишу, пока моё колено ходит ходуном.

«Нет, Садовский. Я уже еду. Прекрати паниковать уже, а. Бесишь».

Вот как с ней по-нормальному, а?!

«Я не паникую. Жду тебя просто».

Как собака, забыл добавить.

«Ну, жди, жди».

«Сссс…».

«Колесо спустило, что ли?».

«Надувную тёлку».

«А-а-а ты из этих?», — приходит со смайликом чертёнка.

«Платье надела?».

«Допустим».

«Колготки, чулки?».

«Садовский!».

«Отвечай», — хочу додавить, но в ответ мне приходит средний палец. Вот и весь ответ… Она будет строить меня всю мою жизнь, а если отец ещё предложит ей практику, то… Я вообще останусь без яиц, вероятнее всего.

Отбрасываю телефон в сторону и…

Слышу звук подъехавшего автомобиля. Встаю… Иду встречать…

Выхожу на крыльцо и замираю, глядя на неё издалека…

Красное. Конечно, красное… Какое же ещё. Это же Машка…

Вырез до бедра. Длинное, почти в пол. Сверху пальто.

Волосы собраны наверху… В руках огромный пакет из магазина, который обожает моя мама… Где они с Камиллой постоянно покупают что-нибудь для декора дома…

— Нафига тратишься?

— И тебе добрый вечер, — подплывает, а я перенимаю у неё пакет и прижимаю к себе за талию. — Добить меня что ли решила?

— Что опять не так, Владлен?

Я стискиваю челюсть, а она смеётся, обняв меня за плечи.

— Ты тоже в рубашке… Что? — замечает мой взгляд на её губы.

— Целоваться хочу…

— Помада…

— Я вижу… Вот и смотрю…

— Вечером, ладно? Если будешь хорошим мальчиком…

— А ты сама…?

— Что?

— Будешь моей послушной девочкой?

Вижу, как на её лице растягивается довольная улыбка и она закатывает глаза… Мне становится смешно после слов моей мамы.

— Мы идём или как? Влад…

— Дай хоть посмотреть-то на тебя… — топчусь на месте, держа её в руках. Никогда не думал, что приведу кого домой так скоро… Тем более мы сто раз тут были. Рядом… Но не вместе… Сидели за столом, отмечали праздники, Новый год, дни Рождения… Придуривались, отшучивались, даже водой обливались по малолетке, но ничего большего… Готов поклясться, что она не показывала. Мой радар её не просто так не замечал. Она сама держалась особняком от меня. — Красивая…

— Ты тоже красивый… — отвечает она, касаясь моих волос кончиками пальцев. — Передумал?

— Нет, конечно… Но сейчас начнётся, ты же знаешь… Мы с тобой наедине, и мы с тобой при других — два разных человека… И пара — соответственно…

— Получается, четыре человека… — хихикает она, заглядываясь на меня.

— Ага… Получается так…

— Я всё равно хочу попробовать.

— Я тоже хочу, токсичная моя змеюка…

— Ты получишь сейчас, — рычит в мои губы, притянув к себе за ворот рубашки. Я за секунду реагирую… У меня уже встал. Вот так просто… Потому что запах, реакция, её эта агрессия творят со мной какие-то неадекватные безумные вещи… Ну и Машка это чувствует. Кладёт ладонь на мой член и проводит по нему с шумным выдохом под тканью брюк, заставляя меня вздрогнуть и выдохнуть. — М-м-м… Как приятно…

— Ты додраконишь меня…

— А ты ещё не понял, Садовский? — спрашивает она с ухмылкой.

— Что?

— Ничего…