Подонки «Найди и возьми» - Кейт Блейз

— Ты падальщик, — тихо сказал Хантер. Голос звучал спокойно, но в нём звенел металл. — Ты спрятался. Ударил из-за спины через двадцать три года.

— Я выживал.

— Ты падальщик.

Отец смотрел на него долгим взглядом. Потом усмехнулся — безрадостно, устало.

— Может быть. — Он откинулся на спинку стула. — Но падальщик, который делал всё, чтобы быть со своим сыном.

Хантер промолчал. Секунду они смотрели друг на друга.

— Где Лив? — спросил он наконец.

И тут лицо отца изменилось. Исчезла усталость, исчезла горечь. Перед Хантером сидел другой человек — холодный, расчётливый.

— От твоего ответа зависит, увидишь ты её или нет, — сказал он тихо.

Хантер замер.

— Что ты хочешь?

— Вернуть то, что у меня забрали. — Отец говорил спокойно, будто обсуждал погоду. — Тебя. Твою мать. Семью.

Хантер смотрел на него. Этот человек убил Грэма. Похитил Лив. И теперь говорит о семье?

Он рассмеялся. Хрипло, коротко.

— Ты серьёзно? Ты убил его ради себя. А мать просто в очередной раз продалась

Отец медленно поднялся, поправил пиджак. Достал из кармана визитку — чёрную, с золотым тиснением, без имени, только номер — и положил на стол.

— Подумай, — сказал он. — Когда будешь готов — напишешь.

Он развернулся и пошёл к выходу. У двери остановился, обернулся.

— Я ждал столько лет, Хантер. Подожду ещё немного.

Дверь закрылась.

Хантер остался один. Перед ним на столе лежала визитка. В голове билась одна мысль: «Лив у него».

Он взял визитку. Сжал в кулаке так, что края впились в ладонь.

Он не знал, что делать. Не знал, кому верить. Но знал одно: он её найдёт. Даже если для этого придётся играть по правилам этого человека.

Он сунул визитку в карман и вышел из ресторана, не оглядываясь.

Глава 34. Сборы

В «Логове» стояла тишина — непривычная, гнетущая. Запах застарелого алкоголя и дешёвых духов въелся в стены, но сейчас, в безмолвии, он казался особенно густым, тяжёлым. Только гул холодильников за баром нарушал тишину. Дежурные лампы горели тусклым жёлтым светом, выхватывая из темноты лица парней — они казались высеченными из камня.

На стене громко тикали часы. Кто-то давно забыл их снять, и теперь каждый удар отдавался в висках.

Хантер вошёл, скинул куртку на диван. Рид сидел в своём обычном углу на маленьком диване, нога на ногу, крутил в пальцах зажигалку. На краю стола уже тлела чёрная отметина — он сам не замечал, что прожигает дерево. Просто нужно было занять руки. Кейн вальяжно развалился в кресле, вертел незажжённую сигарету, поглядывая на потолок. Нокс стоял у стены — тенью, почти невидимый в полумраке, лишь глаза поблёскивали.

— Ну? — Рид щёлкнул зажигалкой, закрыл, снова щёлкнул.

Хантер сел, откинулся на спинку дивана, провёл рукой по лицу — снизу вверх, будто пытался стереть усталость. Рассказал всё. Коротко, сухо, без эмоций. Только пальцы сжимались в кулаки и разжимались — сами по себе, не слушаясь хозяина.

Кейн перестал крутить сигарету, замер.

— То есть это он всё? — Рид подался вперёд, положил зажигалку на стол. — Переводы, часы, то сообщение Лив? И Грэм...

— Ага. — Хантер сжал кулаки, разжал. Посмотрел на свои руки. — И мать моя тоже в доле. Решила всё на меня повесить. Чтобы наследство не делить.

Кейн наконец закурил, глубоко затянулся, выпустил дым в потолок.

— Охренеть, — выдохнул он, щурясь сквозь дым. — То есть твой... этот... настоящий отец, значит, залог внёс? А чего он хочет-то?

— Семью. — Хантер усмехнулся, но без веселья. — Типа, вернуть, что у него забрали.

— А Лив ему зачем? — Рид смотрел в упор, не мигая.

Хантер задержал дыхание. Потом выдохнул:

— Она просто разменная монета.

Он сказал это и отвернулся к окну. В стекле отражалось его лицо — чужое, застывшее. Челюсть сжата так, что скулы побелели. Кейн перестал дышать с дымом, замер. Рид положил зажигалку на стол — щелчок прозвучал как выстрел.

Тишина повисла в зале. Только дым от сигареты Кейна тянулся к потолку, медленно растворяясь в полумраке, да часы продолжали отсчитывать секунды. Рид встал, потянулся к стойке, где лежали ключи. Подбросил их на ладони и ловко поймал.

— Ну, — сказал он, крутанув ключи на пальце. — Значит, едем.

— Куда? — Кейн поднял бровь, стряхивая пепел.

— К Ноксу. За игрушками. — Рид уже направлялся к выходу, на ходу накидывая куртку.

Дом Нокса стоял в стороне от города, на холме, окружённый старыми дубами. Чёрный куб из стекла и бетона, минимализм до стерильности — ни одной лишней детали, ни одного яркого пятна. Подсветка снизу делала его похожим на космический корабль, приземлившийся среди леса. Ветви дубов качались на ветру, бросая тени на гладкие стены.

Внутри было так же холодно — от атмосферы. Белые стены, чёрная мебель, ни одной фотографии, ни одной безделушки. Только гул системы вентиляции нарушал тишину. Нокс провёл их в оружейную, находившуюся в глубине дома. Просторное помещение вмещало внушительный арсенал: вдоль стен тянулись стеллажи с огнестрельным оружием, а в центре, на отдельной витрине, покоилась коллекция клинков — от старинных катан до современных тактических ножей.

Нокс остановился перед витриной с мечами, провёл пальцем по лезвию одного из них, будто здороваясь. Потом кивнул в сторону стеллажа с пистолетами.

— Выбирайте, — сказал он тихо.

Хантер подошёл к стеллажу, взял армейский «Глок». Оттянул затвор, заглянул в магазин. Проверил вес, прицелился в пустую стену. Привычно, без лишних эмоций — оружие было для него просто инструментом. Сунул за пояс.

Кейн присвистнул, разглядывая ассортимент. Выбрал «Зиг Зауэр», покрутил в руках, любуясь хищными линиями, провёл пальцами по холодному металлу.

— Красивая, — хмыкнул он, довольно улыбнувшись.

Рид молча взял помповое ружьё. Проверил, как ходит цевьё, щёлкнул предохранителем. То, что надо. Сунул пачку патронов в карман.

— Охрана там точно будет, — Нокс даже не обернулся, продолжая рассматривать клинки. — Сколько?

— Понятия не имею. — Хантер поправил пистолет за поясом. — Но ты с нами поедешь или займёшься подтиранием следов в сети?

Нокс обернулся. В его чёрных глазах мелькнула холодная решимость. Он снял со стены катану с идеально отточенным клинком. Проверил