Хранитель талисманов 2 - Юлия Викторовна Давыдова

Теперь Никита стоял у входа в Дизей и едва справлялся с удивлением. Предположения командира разведки Катрана оказались верны. Таркор действительно находился на их территории вместе со своей новой армией. Прямо под носом. Ничего, гад, не боится!

Память оборотня вела по тёмным коридорам и, наконец, показала зал управления городом. Велехов с удивлением увидел светящиеся карты княжеств, среди которых был и Вулавал. Открылась отдельным полем карта Танадора, и точно там, где он нашёл гигантскую сферу, засиял знак-ориентир. Никита поражённо понял, что Таркор искал Саталир.

Картина памяти внезапно поблекла и смазалась. Туран пришёл в себя и сразу взялся сопротивляться.

— Всё, всё, — усмехнулся Велехов, — поздно уже.

— Увидел, что хотел? — вымученно прошептал Туран. — Уходи.

Никита не сразу ответил. Во-первых, не всё так просто, как оборотень думает, а во-вторых, жаль парня…

— Тебе здесь не выжить, — с полной уверенностью сказал Велехов.

— Моя беда, уходи! — злился Туран.

— Прости друг, — Никита с тяжёлым вздохом поднялся на ноги, — но нам с тобой пока по дороге. Ты что не знаешь, что на тебе надето? Ошейник Ринкар держит нас вместе. Я уйти не могу при всем желании, а снять нельзя.

— Что⁈ — оборотень подавился воздухом на вдохе.

— Либо тот, кто его надел может снять, либо берегиня, — объяснил Велехов. — Так что нам по-любому в Алавию. Если не хочешь остаться со мной навечно.

— Ты лжёшь! — Туран не поверил.

— Да, пожалуйста, пробуй, — Никита освободил его руки.

Оборотень, уже шагая по лесу, ещё долго не сдавался, пытаясь расстегнуть замок. Но без когтей ему даже не удалось его поцарапать. Только истерзанные пальцы кровили и болели беспощадно, до жгучих слёз из глаз.

Туран наконец перестал мучить свои руки и закрылся от хранителя. Тело осталось в его полном распоряжении. Регенерация уже шла, боль постепенно становилась терпимее, но Велехову это было непривычно. Его собственное тело уже давно восстановилось бы полностью, а сейчас, через несколько часов после побега, он только перестал хромать.

Но самыми глубокими ранами, оказалось, были те, что остались на месте когтей. До души оборотня они точно достали. Без естественного оружия казалось, что пальцы всего лишь бесполезные обрубки плоти. И вырывали их так, чтобы корня не осталось. А значит, больше они не вырастут. Для оборотня наказания страшнее нет.

— Зачем он это сделал? — спросил Никита.

Туран понял его вопрос, и ответом была жгучая боль.

— Чтобы воли лишить, — прошептал он. — Чтобы я знал, что теперь бесполезен.

Никита ничего на это не сказал, слов подходящих не нашёл. Да оборотень и не позволил бы хранителю его утешать.

Ещё через пару часов сломанные рёбра Турана, наконец, срослись и Велехов, обратившись волком, перешёл на небыстрый бег. Впереди у них длинная дорога. Сначала по горам, а дальше по пустоши под небесным морем.

— Не пропадай, — предупредил он Турана, — Таркор наверняка дальние посты выставил. Чтобы их пройти…

— Да перестань со мной говорить… — зло ответил оборотень.

— Завязывай с этим, — оборвал Никита. — Потерпишь меня. Я, между прочим, и тебе жизнь спасаю.

— Жизнь, — с болью засмеялся оборотень, — Конец тебе, хранитель. И мне тоже.

Велехов другого ответа не ждал, так что сбавил шаг и начал чаще осматриваться. Лес остался за спиной, гористые склоны медленно, но верно становились круче. Миновав более пологие участки, и подойдя к отвесным стенам начинающихся гор, Никита был вынужден обратиться в человека, чтобы карабкаться вверх.

Какое-то время путь шел спокойно, но порыв ветра внезапно принёс запах. Впереди на широком выступе дежурили оборотни и сурваки. Ветер дул с их стороны, что и прятало беглеца. Велехов осторожно поднимался по склону, внимательно следя за видимым краем площадки поста. Но уследить за ветром оказалось сложнее. Косой поток скользнул мимо и устремился прямо на выступ.

Долетел голос одного из оборотней:

— Похоже, кто-то из наших, посмотри… или…

Сурваки остановились на краю:

— Думаешь, Туран?

Пальцы оборотня крепко сжали уступ, отчего снова начали кровоточить. Никита почувствовал его мысли — за ним охотились свои и покалечили его тоже свои. Думать об этом без боли Туран не мог.

— Лезь дальше, чего остановился? — прошептал он Велехову.

Дальше был участок отвесной стены, а за ним склон менял угол на более пологий. Никита почти добрался до него, как внезапно в руку врезался камень, выбив кровь. Туран взвыл и попытался снова ухватиться повреждёнными пальцами, но они едва двигались. Никита взял боль себе:

— Давай, вперёд!

Сурваки увидели оборотня и уже карабкались следом. Поднимаясь по выступам, Велехов боковым зрением улавливал движение со всех сторон.

Наверху каменная стена обрывалась небом. Значит, там свободное пространство. Через минуту открылось ровное плато, ведущее к следующему горному кругу.

— Мы открытая мишень! — Никита всё ещё пытался растормошить Турана. — Ты наверняка знаешь секретные тропы!

— И что? Они тоже знают! — ответил оборотень.

Велехов помчался вперёд чёрным волком. Да, его собственного тела, спящего в Алавии, явно не хватало. Туран был сильным, но он всё ещё не верил, что надо бежать со всех ног. Всё ещё на что-то надеялся.

— А говорят, я наивный, — разозлился Никита. — Хочешь посмотреть, что будет?

Он резко остановился и развернулся мордой к преследователям. Оборотни мчались прямо на них.

Туран сделал шаг назад.

— Думаешь, тебя не тронут⁈ Очнись! Тебе конец! — зарычал Велехов.

Эту стену слепой преданности нужно было сломать немедленно, прямо сейчас, иначе им обоим не выжить! Первый волк оттолкнулся от земли, прыгая точно на Турана.

На долю секунды Никита и сам усомнился в правильности своих действий, ведь кровавыми лапами без когтей не отбиться. Он уже приготовился отскочить из-под удара, но внезапно это сделал Туран. Он молниеносно обратился в человека и ударил оборотня кулаком в бок, точно в ребро, сломав его ровно так, чтобы острый обломок кости вошёл в сердце. Волк рухнул на землю, пролетев по инерции ещё несколько метров уже мёртвым.

Никита ещё мгновение поражённо осознавал увиденное и снова обратившись зверем, рванул дальше с места, не дожидаясь остальных преследователей. Туран, казалось, исчез после того, что сделал, полностью отдав тело хранителю, но горечь так наполнила рот, что Велехов даже сплюнул. Ни с чем не перепутать этот спазм,