Развод. Последний приказ - Анна Риман

то ловило, то шипело. В какой-то момент я выключила звук совсем. Рабочие звонки закончились быстро: Иван Семёнович напомнил про сроки, бухгалтерия уточнила командировочные, северный филиал прислал сообщение, что ждут.

Сообщение от них я перечитала дважды. Особенно это их «ждём».

Закрыть участок и вернуться.

Эта фраза за день повторялась столько раз, что к вечеру почти перестала раздражать.

На очередной заправке пришлось разминать плечи прямо у машины. Ветер тянул вдоль трассы, пахло бензином и мокрой землёй. В телефоне висело непрочитанное сообщение от Ирины: «Доедешь до медведей — маякни».

Я ответила: «Медведи еще спят в берлогах».

Ирина прислала смеющийся смайлик и следом: «А абориген?»

Телефон я убрала в карман, не ответив.

После заправки дорога совсем опустела. Машин стало меньше, лес подступил почти вплотную к трассе. В голове снова всплыл дом Волкова. Крыльцо. Кухня. Его руки на руле, когда он вёз меня после выбитых окон.

Чтобы отвлечься, я включила радио.

Пела какая-то женщина про любовь, и это уже было издевательство.

К служебному дому я подъезжала в темноте. Двор встретил тусклым светом у подъезда и машинами, припаркованными как попало. В моей квартире горели окна.

Я заглушила двигатель и несколько секунд сидела не двигаясь.

На соседнем месте стоял знакомый внедорожник.

Пальцы нервно сжались на ключах.

Волков вышел из подъезда, остановился у ступеней и посмотрел на меня.

Глава 57

Волков вышел из подъезда и остановился у ступеней. Без куртки, в темном свитере, словно выбежал ненадолго.

— Долго ехали, — заметил он вместо приветствия.

— Трасса стояла местами.

Багажник открылся с тихим щелчком. Он молча взял сумку, перекинул через плечо и захлопнул крышку.

— Я сама могла донести.

— Могли, — согласился он. — Но зачем?

Ответа не нашлось.

В подъезде пахло сыростью. На втором этаже опять не горела лампочка.

— Здесь всё без изменений, — пробормотала я.

— Уже отправил заявку, чтобы исправили.

Дверь открылась, и я невольно остановилась на пороге.

После разбитых окон квартира запомнилась холодной, пыльной и перекошенной. Сейчас внутри горел свет, в окнах стояли новые стекла, а на кухонном столе лежал пакет из магазина. Хлеб, яблоки, сыр, йогурт. Рядом сушилась чистая кружка.

Волков поставил сумку у стены.

— Окна доделали, можно жить.

— Вижу.

Куртка тяжело сползла с плеч. Только сейчас стало понятно, как дорога въелась в спину и шею.

— Поесть есть что, — произнес Волков, проходя к чайнику. — Не ресторан, но сойдёт.

— Не обязательно было всё это покупать.

— Пустой холодильник выглядел паршиво.

Я медленно прошла на кухню и провела ладонью по столу. Ни пыли, ни строительной грязи.

Похоже, к моему приезду здесь действительно готовились.

— Вы тут ещё и убрались?

— Немного.

— Немного — это у вас окна поменять и квартиру в порядок привести?

Волков пожал плечами.

— После всего грязно было.

Разговаривал он так, словно речь шла о чём-то обычном. Заехать, проверить, купить продукты. Ничего особенного.

Это сбивало.

Достал кружки, поставил передо мной тарелку с нарезанным сыром и хлебом.

— Ешьте.

— Командный тон вам идёт.

— А вам не идет голодать весь день.

Пришлось взять бутерброд. Есть действительно хотелось.

— Завтра сначала оформление, — произнес он. — Бумаги, бухгалтерия, пропуск. Потом уже остальное.

— Я помню, как командировки работают.

— Помнить и нормально выспаться — разные вещи.

— Опять начинаете?

— Даже не пробовал.

Смешок вырвался неожиданно. Наверное, первый нормальный за весь день.

Волков посмотрел внимательно, задержался взглядом чуть дольше, чем нужно, и от этого взгляда пришлось крепче сжать кружку.

— Деньги я скоро верну, — протянула я.

— Наталья.

— Что?

— Хватит.

Голос прозвучал негромко, но спорить после него расхотелось.

Тишина затянулась. За окном проехала машина, наверху хлопнула дверь.

— В Москве всё решили? — спросил он, нарушая паузу.

— Почти. Квартиру выкупила. Документы подписали.

— Поздравляю.

— Спасибо.

Он кивнул и сделал глоток чая.

Обычный разговор. Только от его спокойствия становилось всё тяжелее держать дистанцию.

Потому что Максим всегда требовал: оправдывайся, объясняй, подстраивайся. Волков вообще ничего не требовал. Просто был рядом.

Он поднялся первым.

— Вам бы в душ и спать.

— Звучит очень заманчиво.

— Вот и не спорьте.

— Не надо обо мне заботиться.

— Поздно.

В горле пересохло. Пришлось поставить кружку на стол, чтобы не выдать себя дрогнувшими пальцами.

Он стоял совсем близко. Настолько, что я чувствовала запах его парфюма и холодный воздух с улицы, который еще держался на свитере.

Надо было отойти.

Вместо этого ладонь сама легла ему на грудь. Просто чтобы остановить. Или удержать. Я уже не понимала.

Он накрыл мою руку своей.

— Наталья, — произнёс тихо. — Потом не сбежите?

— Не знаю.

Честнее ответа не нашлось.

Поцеловал он первым.

Без красивой осторожности. Как человек, который давно держался и наконец перестал.

От неожиданности я врезалась бедром в стол. Кружка жалобно звякнула.

— Чёрт.

— Осторожнее.

Смешок вышел прямо ему в губы. Нервный, короткий.

Потом стало не до смеха.

Свет на кухне так и остался гореть. Где-то по дороге в комнату с грохотом упала сумка. Волков выругался себе под нос, зацепившись за нее ногой, и это окончательно добило остатки здравого смысла.

Утро началось с запаха кофе.

Поднимать голову не хотелось. Под одеялом было тепло, за окном ещё темно, а рядом на стуле висела моя блузка.

Память возвращалась постепенно.

Из кухни донесся звон кружки. Через минуту Волков вошел в комнату уже одетый, с двумя чашками в руках.

— Живая?

— Не уверена.

— Это хороший признак.

Он поставил кофе на тумбу и сел рядом.

— К девяти зайдешь в отдел кадров. Потом бухгалтерия. После обеда ко мне, посмотрим бумаги по участку.

Я подняла глаза от кружки.

— Уже на «ты»?

— Поздно обратно на «вы».

Он отпил кофе и добавил так спокойно, словно речь шла о погоде:

— Вечером перевезём твои вещи.

Сердце неприятно дернулось.

— Куда?

Взгляд у него стал слегка удивленным.

— Ко мне.

Воздуха вдруг стало меньше.

В голове всплыл голос Ирины:

«Поселилась у местного начальника».

Тогда это звучало смешно. Сейчас — уже нет.

Глава 58

Утром у дома уже ощущалось движение. Сосед торопливо шел к машине, возле подъезда разгружали коробки, на мокром асфальте блестели лужи.

Волков ждал у внедорожника с телефоном в руке.

Моя машина стояла на соседнем месте.

— Я на своей поеду, — произнесла я, доставая ключи.

Волков поднял удивленный взгляд.

— Зачем?

— Чтобы потом не зависеть от тебя.

— Вечером всё равно вместе возвращаться.

Ключи неприятно кольнули ладонь.

— Ты уже решил?

— А смысл две машины гонять?

Сказано было так буднично, что возразить оказалось сложнее, чем если бы он давил. Для него это не выглядело