Домашний арест - Ники Руа

— Красавчик? — подруга тоже заулыбалась.

— Ну, девушек сводить с ума он умеет.

— У вас уже что-то было?

Вопрос поставил меня в тупик. Четыре года назад было. А сейчас не было и не будет.

— Мы просто переписываемся, — пробормотала я. — Он вообще, может быть, скоро уедет. Далеко и надолго.

— А, работа в другой стране! — догадалась Сабина.

— Ага, работа.

— Хорошо, не буду тебя больше мучить. Но как только вернусь из Кении — ты мне всё расскажешь!

— Договорились.

Вернувшись домой, я включила ютуб и увидела там новую передачу с Лериной мамой. Та сидела в студии у очередного интервьюера с портретом Леры на коленях.

— В пятом классе Лерочка испекла мне на день рождения торт, — рассказывала Вера Андреевна. — Вкуснейший наполеон. Гости были в восторге. Представляете, насколько она была умна! Наполеон в одиннадцать лет! Причём, в торте был один секретный ингредиент — дочка сама придумала его туда добавить. Рецепт этого торта я вставила в свою будущую книгу о Лере.

— Да чтоб тебя! — воскликнула я, чуть не подпрыгнув на постели.

Книга? Мама Леры пишет книгу?! Из дальнейшего интервью я узнала, что Вера Андреевна действительно собирается опубликовать биографию дочери. В написании текста ей помогают редакторы крупного издательства.

— Мы узнаем что-то новое о Никите Ростове? — спросил Веру Андреевну ведущий.

— Я видела его несколько раз в жизни, я мало что знаю о нём. Но в книге собраны все факты, обличающие этого мерзавца. Показания друзей Леры, психолога Агнессы, с которой она работала. И ещё там очень много о самой Лере. Я не хочу, чтобы её жизнь была прожита напрасно. Лера должна стать символом всех жертв бессмысленного насилия. В книге будут даны подробная инструкция и советы психологов на тему того, как распознать абьюзера и как ему противостоять.

Я изумлённо покачала головой. Вот это мамаша. Каким хладнокровием надо обладать, чтобы добиваться популярности, используя смерть дочери? Многочисленные интервью, теперь книга с советами. Наверняка, Вера Андреевна заработала целую кучу денег. Интересно, какой гонорар она получит за книгу? Да, все по-разному переносят горе. Кому-то нужно быть одному, кому-то легче проговаривать пережитое на людях. Но в случае Веры Андреевны мотив денег и популярности явно вышел на первый план. Для меня это выглядело странно и отталкивающе. Но, судя по комментариям под видео, народ сопереживал материнской утрате и с нетерпением ждал выхода книги. Последнее вызвало у меня нотку зависти.

Казалось несправедливым и нечестным, что Вера Андреевна, не имеющая никакого отношения к писательству, вот-вот выпустит бестселлер. Я потратила несколько лет на обучение писательскому мастерству. И продолжала совершенствоваться — регулярно проходила курсы от гуру пера. А мама Леры, скорее всего, не напишет и строчки — за неё все сделают редакторы или литературные негры. Зато на обложке в качестве автора будет указано её имя. И книгу сметут с полок. А вся причина успеха — в хайповой теме.

Интересно, чем займётся Вера Андреевна дальше?..

* * *

До суда оставалась неделя. Голикова больше не звонила, только писала. Ни «здравствуйте», ни «до свидания», лишь сухое «Есть новости?». Я отвечала, что новостей нет. Даша тоже всплывала — звонила пару раз, но я избегала разговоров с ней и ссылалась на крайнюю занятость.

Каждое утро начиналось с тревожных мыслей: неужели скоро всё закончится? Как я переживу, если Никиту посадят на пятнадцать лет? Как переживу, если его оправдают, но сбудется прогноз Голиковой, и он снова вычеркнет меня из своей жизни? Как переживу, когда придётся объяснить ему, почему мы всё равно не будем вместе?

Вот и сегодня я едва открыла глаза, а настроение уже было смурным. Семь дней по три часа. Двадцать один час вдвоём. И конец.

От гнетущих раздумий меня оторвал телефонный звонок.

— Здравствуй, радость моя, — раздался приятный бархатистый голос.

— Как ты меня назвал?

— У меня потрясающие новости, — сказал Никита. — Адвокат раздобыл железные доказательства моей невиновности. Приходи скорее, я всё расскажу.

Глава 42

— Это — большой-большой секрет, — Никита открыл дверь, и я шагнула внутрь. — Сторона обвинения не будет ни о чём знать до самого суда.

Он выглядел счастливым и взволнованным. И безупречно красивым — все ссадины и ушибы ушли.

— Рассказывай скорее, — воскликнула я, снимая обувь. — В квартире Леры нашли скрытую видеокамеру, по которой она за тобой следила? Ума не приложу, как иначе можно что-то доказать. Ведь снаружи не было видеокамер, а перед домом большой парк. Вряд ли кто-то снизу мог вас видеть, учитывая высокую этажность квартиры…

— Ты не поверишь, — Никита покачал головой и улыбнулся. — Меня спасла та самая аудиозапись! А ведь я хотел её удалить…

— И что такого в этой записи? — я прислонилась к стене прихожей и замерла в любопытном предвкушении.

— Всё оказалось так просто! — он схватился за голову и радостно засмеялся. — У Виктора Витальевича получилось забрать телефон Леры на экспертизу. Экспертиза показала, что я всё время находился на расстоянии полутора метров от Леры.

— Как?!

— Телефон лежал на столике в комнате. Я стоял рядом с телефоном. Лера стояла у парапета. Когда аудиозапись включают по телевизору или на ютуб — разница не слышна. Но более точное оборудование зафиксировало, что голос Леры слышен как бы слегка в отдалении. Пока Лера не упала, мой голос всё время звучал рядом с телефоном. И пару секунд после — тоже. Между моими репликами прошло слишком мало времени, чтобы успеть дойти до Леры, столкнуть её и вернуться обратно в комнату. Ну и конечно, тогда бы записался шум моих шагов. А я всё время стоял на одном месте.

И правда просто. И неопровержимо. Он не убивал. А я всегда это знала. С самого начала. Я выбрала правильную сторону.

— Значит… ты выиграешь суд?

— Последнее слово за судьёй, — пожал плечами Никита, и его лицо снова озарила счастливая улыбка. — Я должен его выиграть. На их стороне только домыслы и эмоции, а на моей — правда. Надеюсь, судья — мужик адекватный.

Не сдержав чувств, я шагнула к Никите и обняла его. Но затем тут же смущённо отстранилась.

— Иногда диктофоны приносят большую пользу, — сказала я, надеясь, что он оставит без внимания мой импульсивный порыв.

Как бы не так! Знакомая самодовольная ухмылочка не заставила себя ждать.

— Ты сократила дистанцию? Наши отношения вышли на новый уровень? М-м?

Я вспыхнула. Отношения? Что он несёт?

— Нет у нас никаких отношений!

— Ну как это нет? Ты — моя девушка.

Никита повернулся ко