Предатели тоже плачут - Анна Шнайдер

Спать я в результате лёг с чугунной башкой и жутким чувством голода — честно, очень хотелось начать что-нибудь грызть! — и проснулся в ещё более жутком состоянии, чем накануне. Зато настроение было гораздо лучше, особенно когда Жора дошлифовал наконец видео и выложил его.

Ну, держись, несправедливость! Мы идём тебя бить.

68. Хочу на ручки

Даша

Быть взрослым — сложное дело.

Маленький человек ни за что не отвечает. И если он что-то натворил, или ему просто грустно и плохо, его всегда можно прижать к себе, обнять, погладить по голове и всячески пожалеть. Со взрослым так не получается, особенно если привык всегда быть сильным и держать лицо.

В нашей с Дэном семье я была единственной взрослой. Удивительно, но пока мы были вместе, меня это не утомляло. Наверное, потому что я была счастлива, да и Дэн, если что, всегда мог утешить, дать мне сил обыкновенной моральной поддержкой, своей искренней улыбкой, тёплым взглядом.

Так бывает. Хотя, наверное, это понятно далеко не всем. Мужчина же должен быть — мужик с большой буквы, каменная стена, кормилец и поилец. Это он должен быть ведущим, а жена — ведомой. И только при таком сценарии возможно счастье.

На самом деле в жизни всё работает совсем не так. Кому-то для счастья нужны только большой дом, крепкий забор и мужчина, который будет носить в этот дом деньги. И что там за забором — неважно, не видно же. Главное, чтобы не видно! И чтобы был бассейн, регулярные поездки за рубеж, шуба и бриллианты.

А кто-то будет терпеть пьянство и побои, лишь бы мужик не уходил. Оправдывать его перед полицией, осуждать шепчущихся за спиной соседей, прятать синяки. Зато — мужняя жена, не одинокая баба! Да, для кого-то счастье — это просто не быть матерью-одиночкой. Просто иметь мужа, хоть косого алкоголика, но иметь.

Для меня счастьем всегда была искренность. Я понимала и осознавала все недостатки Дэна, но я легко прощала ему их — за то, что могла доверять, за его настоящие эмоции рядом со мной. За отсутствие лжи. За то, с какой любовью он смотрел на меня, с каким восторгом глядел на Полю и Лёшку.

Может, Дэн и не хватал с неба звёзд — но зато он был настоящий.

Увы, был. Своим поступком он разрушил то, что я ценила в нём больше всего и выпятил собственные недостатки. Выпятил настолько, что я теперь не хотела быть взрослой. Рядом с ним — особенно, но и вообще тоже.

Я поняла это утром в среду, проснувшись и впервые в жизни ощутив, что я совершенно не желаю идти на работу. Я ведь обожала работать! Всегда с радостью отправлялась в офис, мне нравилось то, чем я занимаюсь. А тут вдруг — до тошноты…

Полежав в постели несколько минут, я поняла, что просто устала от вечной ответственности. Что я хочу на ручки. Хочу, чтобы рядом со мной был сильный мужчина, который будет руками разводить мои проблемы. И пусть я не буду его любить — плевать! Главное, чтобы он любил меня.

Эгоистично? Да. Ну, дети всегда эгоистичны.

Вот так как-то и получилось, что именно в этот момент я вдруг решила: в следующий раз, когда Таланов начнёт за мной ухаживать, я, пожалуй, его не оттолкну. И неважно, что накануне я вела себя иначе. Я женщина, могу и передумать.

«Не оттолкнуть» ведь не значит — немедленно бросаться в койку. Для начала можно встретиться просто так, не по работе. Ну а дальше… посмотрим.

69. Цветы

Даша

Утром я долго прихорашивалась, стоя перед зеркалом. Всё по той же причине: мне не хотелось на работу, а хотелось расслабиться. Вот я и надела одно из своих любимых, но не самых повседневных платьев — красное, из тонкой шерсти, с облегающим силуэтом и юбкой чуть ниже колен, — волосы красиво заколола на затылке, чтобы обнажить шею, которую считала у себя привлекательной, и макияж сделала ярче, чем обычно.

— Ого, мама, ты куда такая красивая? — удивилась Полина, когда я вышла из ванной.

— Важные переговоры, — улыбнулась я, сама на себя поражаясь. Может, и правда будет лучше, если Таланов меня сегодня не увидит? А то чёрт знает что подумает.

Ой, да какая разница.

Отправив детей в школу, я поехала на работу, и по пути то и дело косилась на телефон, что лежал на соседнем сиденье автомобиля. Я всё ожидала, что он пикнет пришедшим уведомлением, и я смогу посмотреть очередное видео Дэна до того, как у меня начнётся рабочий день. Увы — чем бы ни занимался мой муж и остальные его ребята, пока новых роликов они не выпускали.

Меня же на работе ждал сюрприз.

На моём столе, бархатисто сверкая во включённом офисном свете, стояла красивая перламутровая ваза с букетом шикарных алых роз. Огромные пышные бутоны размером больше моего кулака, глубокий оттенок лепестков, тонкий аромат — роскошные цветы.

Вазу я, кстати, признала — она была собственностью Миланы, секретаря Басова. Поэтому, порывшись в букете и не узрев там никакой карточки, которая сказала бы мне о том, кто принёс эту красоту, я отправилась к Милане.

— Таланов, — заявила она мне с порога — я даже рот открыть не успела. — Примчался до начала рабочего дня, представляешь? Как прошёл в офис, не знаю даже. Если хочешь, спроси у охранников. Нашёл мою вазу, водрузил туда цветы… Мне записку оставил с извинениями!

— А мне, представляешь, не оставил.

— А тебе зачем записки? — усмехнулась Милана. — Он тебе может позвонить и всё сказать, что надо и не надо.

Так и случилось — примерно через полчаса, когда я, неспешно попивая чай, работала над проектом по рекламе фабрики кондитерских изделий, телефон у меня зазвонил. Поначалу я вздрогнула —