Принцесса в Бодунах - Ольга Сергеевна Рузанова

— Кого?.. — хмурится он.

— Кота. Василия.

— Не видал, — бросает он, шагая дальше.

С сжавшимся от тревоги сердцем я возвращаюсь в дом и, размышляя, что конкретно предпринять для поисков кота, направляюсь в нашу с Антоном спальню.

Открываю дверь, переступаю порог и вдруг вижу его лежащим по середине кровати.

— Вася!.. — восклицаю радостно, — Вася, ты как здесь оказался?!

Открыв один глаз, кот смеряет меня недолгим, полным претензии, взглядом и, широко зевнув, переворачивается на другой бок и сворачивается в клубок.

— Я сама хотела предложить тебе перехать сюда, — шепчу тихо, — Пол деревни оббежала, пока искала твою кошачью морду.

Нервно дернув кончиком хвоста, дескать, давай заливай, он закрывает глаза и засыпает.

Наверное, придется забрать его в наш новый дом. Пропадет он тут без меня, а я не смогу себе этого простить, потому что очень — очень ответственная.

Распахнув только одну шторину, я принимаюсь за дело. Полностью освобождаю шкаф и навожу в нем безупречный порядок. Каллиграфическими стопочками складываю трусы Антона в порядке от светлых к более темным, то же самое проделываю с майками, футболками и шортами и развешиваю на плечиках немногочисленные худи и олимпийки.

Когда заканчиваю, две полки оказываются свободными, и я прикидываю, что их как раз хватит для моих вещей. А так же представляю выражение лица моего почти мужа, когда он увидит мои аккуратно сложенные трусишки рядом с его.

А как же. Я рождена, чтобы делать его счастливым!

Управляюсь только к четырем, после того, как стираю пыль, пылесошу и мою полы. После чего вымотанная до предела, с трясущимися от усталости ногами и руками выхожу за ворота посидеть на лавке да узнать последние новости.

Словно почуяв мое появление, спустя несколько минут в конце улицы появляется велосипед Кольки. Вихляя и петляя, он не спеша подкатывается ко мне и останавливается, подняв облако пыли.

— Привет, — говорит пацан, поправляя бейсболку, из-под которой в разные стороны торчат выжженные на солнце волосы, — Потеряла?.. Меня ба наказала.

— Привет, сильно влетело?..

— Не, не сильно. Сказала за грибами больше не ходить.

Помимо красной бейсболки на нем сегодня темно-зеленая футболка с надписью «Охочусь там, где волки срать боятся» и джинсовые шорты, которые раньше, очевидно, были просто джинсами.

— Как дела? — спрашивает, присаживаясь рядом.

— Хорошо, — лепечу смущенно.

Не поделиться же с пацаном тем, что со мной произошло за эти два дня. Не рассказать, что я теперь взрослая женщина — серьезная и рассудительная. Что прошло время, когда я с ним яблоки воровать бегала и по сопкам, как коза скакала.

— Слушай... — говорит он, задрав голову к небу, — Жара такая. Может, айда на озеро купаться?

— Купаться?.. — спрашиваю тихо, тут же представляя, как мое измученное трудом тело окутывает прохлада чистой воды, — Подождешь пару минут? Я в купальник переоденусь.

Глава 48

Василина

Сегодня действительно жарко. Солнце палит, словно забыло, что уже конец лета и пора бы уступить место туманам и дождям.

Хотя о чем это я?.. Тьфу три раза. Не надо нам холода — такого прекрасного лета у меня не было еще ни разу в жизни.

— Ты бабушку предупредил? — спрашиваю строго, внезапно обзаведясь материнским инстинктом.

Не ровен час, как я сама стану мамой, и мне сильно не хотелось бы, чтобы мои дети убегали из дому без разрешения.

— Да чо спрашивать-то?.. — отмахивается Колька, — Я в этом озере триста раз уже купался. Оно не глубокое.

— И плавать ты умеешь?

— И плавать, и нырять, — подкатывает глаза, — И делать сальто.

— Ладно.

— Пару месяцев назад со дна сапог достал.

— Круто!

Я сама прекрасно плаваю. Ведь, как известно, талантливый человек талантлив во всем. А я очень — очень одаренная. Когда-нибудь мы с Антоном полетим на море, и я заставлю его гордиться молодой изящной женой.

Шагая по обочине, мы шарахаемся в сторону, когда мимо нас, весело подпрыгивая на кочках и громыхая как пустое ведро, проносится трактор Толика. Сам он, глянув на нас важным, с ноткой снисхождения, взглядом, даже не здоровается.

— К Людке мчится, — говорит Колька с улыбкой, — Така любовь, така любовь!

— Ага... — провожаю ловеласа взглядом, — Прям Скарлет О'Хара и Ретт Батлер.

— Это кто?..

— Да, забей, — говорю, сворачивая в узкий проулочек между двумя улицами.

Колька на велосипеде за мной. Однако, увидев бабку Валентину прямо перед собой, чуть было не валится с него в заросли крапивы.

— Здравствуйте, бабушка, — здороваюсь тепло, — Как ваши дела?

Колдунья, остановившись, улыбается. Переводит взгляд с меня на Кольку и обратно.

— Здравствуйте — здравствуйте, — отвечает нараспев, — Гуляете?

— Гуляем. Да, Коля?..

— Угу... — доносится сиплое из-за моей спины.

Бабка Валентина в длинной черной косынке и того же цвета юбке в пол. Цветастая блузка образ не спасает, и создает впечатление весьма мрачное. Оно и понятно — сегодня же не воскресенье.

Тычок в поясницу от Николая, и я вдруг замечаю большую клетчатую сумку в ее руке. На вид наполненную чем-то тяжелым. Не до конца застегнутая молния являет нашим взорам торчащую из нее скрюченную куриную лапку.

Я, как максимально тактичный воспитанный человек, притворяюсь, что ничего не заметила, а сама чувствую скользнувший по коже неприятный озноб.

— Чего ж, Васенька, в гости не прибегаешь? — спрашивает бабка, склоняя голову, — На чай обещалась.

— Я приду! — восклицаю с жаром, — Обязательно приду, бабушка!

— Завтра?

— Завтра!

— Ну, приходи, — хитро сощуривает глаза, — Я блинов напеку.

— Приду, — обещаю я.

Потом мы расходимся по разным сторонам. Колька, напуганный и немного растерянный, молчит, пока не выкатывает свой велосипед из проулка на дорогу.

— Тебе не страшно? — спрашивает он, опасливо оглядываясь.

— Нет. Бабушка Валентина добрая, — улыбаюсь ободряюще, — Мы с ней подружились. Видишь, на чай зовет.

— Ох, не к добру это... Зачем, думаешь, она курицу тащит?

— Не знаю. Может, для обряда какого. Или зелье приворотное из нее сварит.

— Зелье из куриных лап? Странно.

— Да, ну, Коль... Поболтаю с ней, может, новым заклинаниям научусь. Узнаю, как Настю приворожить.

— Не надо, — буркает он.

— Почему? Она же тебе нравится.

Пацан замолкает и задумывается. То ли о целесообразности привораживать Настю, то ли о силе своих к ней чувств.

— Я вот, что думаю, — произносит наконец, — Если Людка простит Толика, и пустит к себе жить, то и Настя, глядючи на них, тоже любви захочет. И тогда я свой шанс не упущу.

— Железная логика, — киваю я.

Мужская такая. Стало быть, счастье Кольки зависит от Толика. Ловко он придумал.

Проходя мимо дома деда Игната, мы перебегаем дорогу и быстро, так, что даже его пес гавкнуть не успевает,