Магнит для ангелов - Тимофей Александрович Решетов

порядков превышают потенциал нашего Солнца. В наших руках сейчас имеются все необходимые компоненты, чтобы создать и отправить первый пробный зонд на одну из таких систем, с тем чтобы наладить направленную плазменную трансляцию оттуда непосредственно на Землю. Реализация этого амбициозного проекта может привести всю нашу Солнечную систему к новой ВЭР, масштабы которой сейчас трудно вообразить. Однако тут существует два значительных аргумента, которые требуют рассмотрения.

Во-первых, создание и запуск такого зонда требует мобилизации энергоресурса, адекватного 4,73 СЗГ [1]. Как вы сами понимаете, на сегодняшний день это цифра для нас совершенно запредельная. Мы можем, конечно, более полно мобилизовать энергетический ресурс соседних планет, в частности Венеры и Марса, но в самом лучшем случае мы выйдем где-то на 2,18–2,19 СЗГ. При этом наш общий средний уровень потребления приближается, а иногда, как я уже говорил, превосходит этот показатель. Иными словами, у нас просто нет свободной энергии для инвестиций ее в новые проекты плазменой энергетики. К сожалению, наша наука пока не видит возможностей существенно расширить объемы генерации энергии при помощи используемых сегодня средств, в частности, за счет роста производства источников. И второе, – тут Крепышкер сделал паузу и внимательно осмотрел притихший зал, – даже если необходимые объемы энергии будут обеспечены, мы не можем дать стопроцентной гарантии, что запуск первого зонда немедленно принесет нам ожидаемые результаты. Для этого может потребоваться несколько лет и… несколько попыток.

Сева слушал внимательно и с интересом. Вся эта тема явилась для него совершеннейшим откровением. Все, о чем говорил Крепышкер, конечно, не было новостью, он сам множество раз выступал на эту тему в утреннем шоу новостей, но все его знания на этот счет были крайне разрозненными. До сих пор он не имел целостного взгляда на всю ситуацию, которая только теперь начинала выкристаллизовываться. Он внимательно слушал и тщательно делал заметки в своем синхропаде.

Определив, таким образом, круг проблем для предстоящей конференции, Крепышкер под аплодисменты вернулся на свое почетное место в президиуме. Ему на смену поднялся следующий выступающий, представитель института Кардинальной микрокосмонавтики из дальневосточно-тихоокеанского биорегиона, маленький узкоглазый Такасика Сикатаки.

– Наша ежегодная конференция каждый раз обязательно дарит миру какую-нибудь сенсацию. Как замечательно, что у нас есть возможность вот так запросто встретиться и пообщаться, обсудить наши насущные проблемы и очертить круг тем, требующих наиболее напряженного изучения. Вопрос изыскания дополнительных источников энергии, как все вы, конечно же, помните, остро стоял уже на прошлой, 27-й, конференции. Наш институт уделил этому вопросу существенное внимание, и я не побоюсь предположить, что сегодня мое выступление может стать сенсацией.

Такасика выдержал многозначительную паузу, обвел своим сощуренным взглядом присутствующих в зале и продолжал:

– Как вы знаете, одним из наиболее эффективных источников энергии в нашей Солнечной системе является человек. Конечно, нельзя отрицать огромное значение последних разработок в области структуризации космических плазменных потоков, однако, как известно, все эти программы способны обеспечить нас лишь базовой, условно говоря, неорганической энергией. Мы все хорошо понимаем, что только человек, проживающий на планете Земля, является источником наиболее ценной и наиболее значимой составляющей всеобщего энергетического потенциала. По неофициальным, однако наиболее точным данным, общий энергоресурс нашей планетарной цивилизации на сегодняшний день составляет не 2,18, как утверждал предыдущий оратор, а 3,46–3,48 СЗГ! Такое большое расхождение имеет место вследствие множества различных факторов, рассматривать которые подробно выходит за рамки моего доклада. Из этих 3,46 примерно 40%, а точнее говоря 1,3–1,35 СЗГ, производится человеком. Задумайтесь над этими цифрами. Как раз приблизительно такого количества энергии нам недостает для реализации программы «Зондирование космоса», о которой говорил уважаемый Крепышкер. И вот, собственно, что я хочу сказать. Нашими институтом разработана методика, которая позволит если не удвоить, то, по крайней мере, увеличить на 75–80% выработку ИЦ, источником которых является человек.

По залу пронеслась волна удивления и восхищения. Сикатаки снова посмотрел в зал пронзительным взглядом и продолжал:

– Наша методика основана, прежде всего, на более эффективном использовании информационных технологий. Мы создали и опробовали новые образцы оборудования и соответствующие им типы информационных каналов, которые существенно повышают возможности мобилизации человеческого ресурса. В частности, мы выявили такие элементы инфопотоков, которые носят явно паразитический характер и отвлекают человека от активной включенности в общественную жизнь, вследствие чего часть энергии тратится людьми впустую, уходит «на сторону». Мы разработали такие механизмы информационного воздействия, которые позволяют более эффективно мобилизовывать и направлять внимание человека. Кроме того, мы разработали новые методы социальной организации, которые при их повсеместном внедрении способны обеспечить существенную экономию энергозатрат на содержание и обслуживание человека без существенного снижения ГУК [2]. Таким образом, от внедрения всех этих мероприятий мы ожидаем общего повышения эффективности микрокосмической энергетики на 1,02–1,24 СЗГ в самом обозримом будущем. Причем все эти цифры основаны на существующем объеме и диверсификации населения. В случае же увеличения популяции, мы ожидаем значительного роста этих показателей в ближайшие двенадцать – пятнадцать земных лет. Мы уже передали результаты наших исследований и наши предложения по оптимизации человеческой информационной деятельности в органы общественного планирования. Надеюсь, что сегодня мы услышим их мнение на данный счет.

Пока Сикатаки возвращался в зал, среди присутствующих произошло заметное оживление. Особенно активно проявлял себя верхний виртуальный ярус, где количество участников явно увеличилось. После нескольких малозначительных общих выступлений, в которых ораторы предлагали различные локальные способы экономии и повышения эффективности, наступил перерыв. Участники конференции разбрелись небольшими кучками по биосферному саду. Тут и там сновали роботы-официанты, развозившие еду и напитки.

К Севе подошла внушительных размеров дама средних лет с тщательно уложенной прической и глубоким грудным голосом представилась:

– Каролина Анатольевна Масяшина. Я из оргкомитета конференции. Я полагаю, вы хотели бы взять несколько интервью…

– Да, да, – оживился Сева, который уже потерял было надежду найти нужных ему ученых в этом наполненном людьми биопарке. – Я бы хотел в первую очередь задать пару вопросов профессору Крепышкеру, а также господину Сукатаки…

– Сикатаки, – поправила Каролина Анатольевна. – Разумеется, пойдемте…

Сева скомандовал видеороботу, и они устремились вслед за стремительно перемещающейся массивной фигурой Каролины Масяшиной, потерять которую из виду было практически невозможно. Они подошли к группе пожилых ученых, и Каролина, многословно извинившись, представила Севу профессору Крепышкеру. Тот любезно согласился ответить на несколько вопросов, и Сева, с важным видом покопавшись в своем синхропаде, прежде всего поинтересовался:

– Скажите, Исеняй Засеньевич, насколько реальна, по-вашему, угроза дефицита, о которой вы говорили в своем докладе?

– Все это очень серьезно, – заверил его Крепышкер. – Наши системы мониторинга уже не раз фиксировали мощные нарушения и сбои в глобальных энергопоставках. Мы считаем, что, если должные меры