Рассвет боли - Кэтрин Диан

Кухня наполнилась соблазнительными ароматами мяса с приправами, лука и перца, которые запекались на противне в духовке. На противне аппетитно подрумянивались тортильи. Кир не переставал работать с блендером, заглушая непрерывный гул смеющихся голосов.

Чёрт, это было здорово.

И Рис был чертовски рад, что Вэс при этом присутствовал. Риса ранило, что Вэс до сих пор был таким одиноким. Когда Рис встретил его, взгляд мужчины был… не совсем холодным, но определённо жёстким. И вот он теперь здесь, с теми же прекрасными карими глазами, которые аж заслезились, когда он попробовал пико, а потом засмеялся, когда Рис назвал его Малявкой за то, что он не мог переносить остроту халапеньо.

Рису нравился звук этого смеха.

И ему нравилось, как Вэс смотрел на него.

Ему нравилось, как Вэс прикасался к нему и трахал его.

Ему нравилось, что с Вэсом он чувствовал себя правильно.

И внезапно он понял, чего хочет. Он никогда не хотел этого раньше, но хотел сейчас, с Вэсом, хотел испытать это. Он никогда в жизни ни в чём не был так уверен.

Глава 22

Это был не первый раз, когда Вэс получал удовольствие от члена Риса в своём рту, но это был его любимый раз. Не то чтобы ему не понравилось доводить Риса до оргазма прошлой ночью, когда они готовили завтрак. Опуститься на колени на кухне, стянуть с Риса штаны, чтобы взять его идеальный член в рот, слушать, как Рис стонет, пока Вэс сосёт его, а потом почувствовать, как напрягается его мощное тело, когда он кончает Вэсу в глотку? Да, чёрт возьми, ему это понравилось.

Но это… Христос.

Рис растянулся на кровати, выгибая спину, пока Вэс скользил ртом вверх и вниз по его великолепному члену. Вэс сжимал его в кулак у основания, лаская всю ту часть толстой длины, что его рот не мог принять.

Что делало всё чертовски идеальным, так это то, что Вэс был достаточно расслаблен, чтобы наслаждаться этим. Каждый дюйм изящного тела Риса, его пальцы, изучающие скольжение кожи по подвижным мышцам. Каждый звук удовольствия. Каждое подрагивание напряжённого члена говорило ему о том, что именно нравилось Рису.

И Вэс пребывал в блаженном состоянии расслабления потому, что это была лучшая грёбаная ночь в его жизни. Для начала, Рис был в его квартире. Не в его постели, потому что Рис уже встал, что, похоже, вошло у него в привычку. Это немного беспокоило Вэса, потому что все признаки указывали на бессонницу. Но Рис варил кофе, и на его лице сияла та самая великолепная улыбка, и Вэс был так счастлив просто сидеть с ним за островком и пить кофе, что они даже не трахались до половины второй чашки.

Сессия в Бункере означала хорошую силовую тренировку с весами и серию спарринг-матчей. Кир продолжал ставить его в пару с Лукой, и Вэс был уверен, что они знают, с чего начинались его тренировки. Он не был готов говорить об этом, а Кир ничего не сказал, так что этот факт просто повис в воздухе. Однако, когда Вэс увидел спарринг Кира и Риса, весь дискомфорт исчез.

Кир был настолько расчётлив и сдержан, что спарринговал так, словно это был заранее спланированный бой. Но с Рисом было сложно что-либо планировать. Он был таким подвижным и интуитивным, таким креативным. Он никогда не повторял свои движения или переходы, поэтому его было почти невозможно предугадать. В движении от него просто захватывало дух.

Затем он получил неожиданное удовольствие, проведя несколько часов в аббатстве, наслаждаясь вкусной едой и таким количеством смеха, какого Вэс не слышал (особенно от самого себя) за последние годы. Сначала он чувствовал себя немного не в своей тарелке, но под конец он был как дома. Без Риса всё было бы не так. Конечно, это было замечательное время, но именно Рис ощущался как дом.

Особенно сейчас, когда он выгибался под Вэсом.

Вэс провёл свободной рукой по напряжённому бедру Риса к его мускулистому животу, постанывая от чувственной красоты его движений. Вэс сочился на матрас, покачивая бёдрами, потому что ничего не мог с собой поделать. Он снова опустил свободную руку вниз, просунув её между ног Риса, чтобы помассировать его набухшие яйца.

— Бл*дь, — выдохнул Рис. — Бл*дь, это так приятно.

Рис вздрогнул, когда рука Вэса дразняще скользнула по его яйцам к заднице. Когда Вэс помассировал тугое кольцо мышц, грубый стон Риса заставил член Вэса дёрнуться на матрасе. Он издал свой собственный хриплый звук, его горло вибрировало вокруг члена Риса.

— Бл*дь, Вэс, — выдохнул Рис, глубже толкаясь в его рот.

Как бы сильно Вэс ни хотел почувствовать, как Рис кончает ему в горло, другого он хотел ещё больше. Он неохотно оторвал свой рот от этой твёрдой плоти, проведя языком по щёлке Риса, и отпустил его. Руки Риса царапали его, прося подняться.

Вэс пополз вверх по телу Риса, перенося часть своего веса на локти, позволяя бёдрам устроиться поудобнее. Он потирался об это возбуждённое тело, постанывая от ощущения, как его член скользит по члену Риса. Он наклонился, чтобы завладеть губами Риса, проник языком в этот великолепный рот, и они потёрлись друг о друга. Клыки Риса полностью удлинились, как и его собственные.

Рис прервал поцелуй и отвернулся, обнажая вену.

— Покормись от меня, — прохрипел он.

Вэс вздрогнул от долгожданного приглашения, его член дёрнулся. Он прижался к этому твёрдому телу и лизнул предложенную вену. Рис на мгновение напрягся, затем расслабился, ещё больше повернув голову.

Рис приподнялся, когда Вэс скользнул руками ему за спину, притягивая Риса к себе. Вэсу хотелось дразнить, легонько покусывать и не торопиться, но Рис выдохнул:

— Сейчас. Укуси меня… бл*дь, пожалуйста, просто сделай это.

Вэсу не нравилось, когда его торопили, особенно когда прошло так много времени с тех пор, как он брал кровь из вены, и это же Рис, так что это был чрезвычайно важный первый раз, но он не мог отказать своему мужчине в том, чего тот хотел. Он бы отдал Рису всё, что угодно.

Рис вскрикнул, когда Вэс проколол его вену, но затем выгнулся навстречу Вэсу, и его возбуждённый член упёрся в живот Вэса. В рот Вэса потекла самая насыщенная, самая изысканная кровь. Он закрыл глаза, пока пил из вены Риса, наслаждаясь его вкусом, совершенством этого акта, такого уникального и жизненно важного для их вида.

Рис начал дышать тяжелее, неглубоко. Кровь начала поступать быстрее, потому что пульс участился. Вэса охватило лёгкое беспокойство, но он