Игра на двоих - Татьяна Тальская

— Сильнее! — рычит он. — Давай сильнее!

Я сжимаюсь изо всех сил, у него подрагивают ноги, он срывается на резкий звук, удерживая себя глубоко, и меня накрывает — еще раз. Я утыкаюсь лицом в матрас, а он замедляется, постепенно отпуская напряжение до конца.

Мы возвращаемся на землю. Илья падает на меня сверху, мы оба мокрые от пота. Я чувствую его сердце, оно колотится рядом с моим.

— Кровать работает, — тяжело выдыхает он.

Я сонно улыбаюсь, полностью выжатая.

— Еще бы.

Я просыпаюсь от того, что матрас прогибается, — Илья встает. Слышу шаги, шум воды, шорох сумки.

— Ты куда? — сонно спрашиваю я.

— Я голодный, — бурчит он. — Мы вчера не ели.

Я улыбаюсь, натягивая на себя простыню.

— Мы… ели. Просто не еду.

— Я про нормальную еду, — фыркает он.

Я сажусь.

— Я сделаю завтрак.

— Тут нет продуктов.

— Блин!

Он хватает меня за руку и тянет:

— Поехали найдем что-нибудь.

Я иду в ванную, и когда возвращаюсь, Илья уже ждет меня внизу. Накидываю его рубашку и спускаюсь.

Илья стоит в гостиной и резко распахивает шторы.

— Это еще что такое?.. — бормочет он.

Я слышу странный звук, будто кто-то стучит по стеклу мелкой дробью.

— Что за шум? — хмурюсь я.

— Не знаю, — отвечает он, напряженно оглядываясь.

Мы идем по комнатам, открываем шторы одну за другой.

— Может, кто-то в стенах? — осторожно говорю я.

Илья широко раскрывает глаза.

— Кто?

— Не знаю… крысы?

— Что?! — он резко поворачивается. — Только не это!

Чем ближе мы к задней части дома, тем громче становится стук.

Илья идет, выставив руки вперед, как будто ждет нападения.

— Что там вообще может быть? — шепчет он, затаив дыхание.

— Не знаю…

Он осторожно заглядывает в щель между шторой и дверью, потом выпрямляется с таким выражением лица, будто ему показали что-то оскорбительное.

— Что там? — спрашиваю я.

— Утки.

— Что?

Он резко распахивает шторы, и я вижу целую банду уток, которые клюют стекло и толпятся у двери, как будто это их дом, а мы тут лишние.

— Что они делают? — ошарашенно спрашиваю я.

Илья распахивает дверь и рявкает:

— А ну пошли вон!

И в ту же секунду утки… влетают внутрь. Прямо под его ноги.

— Да вы издеваетесь?! — орет Илья.

Они несутся по дому, хлопают крыльями, крякают, устраивают хаос.

— Валите! Вон из моего дома! — Илья почти в панике.

Я не выдерживаю и начинаю смеяться так, что с трудом стою на ногах.

Утки почему-то решили, что им нужен именно Илья: подпрыгивают, толкаются, напирают на него, как на главного по кормежке. Илья вылетает на улицу, и вся эта утиная шайка мчится за ним по дорожке.

— Позови кого-нибудь! — кричит он мне через плечо.

Я сгибаюсь пополам от смеха.

— Кого?! Утиный спецназ?!

Илья оборачивается, злой, растрепанный, и от этого он выглядит еще красивее — и еще смешнее.

— Катя, это вообще не смешно!

А утки в этот момент снова дружно атакуют, и он отступает, размахивая руками, как дирижер апокалипсиса.

Я хохочу так громко, что у меня слезы текут. Похоже, призраков в «Зачарованном» нет. Зато есть утки. И они явно выбрали себе хозяина.

Глава 17

— Виктория! — рявкает Илья, шагая по кухне туда-сюда. — У нас проблема.

Я сижу на высоком табурете у кухонного островка и слушаю, как он говорит по телефону, размахивая свободной рукой, будто ведет переговоры о судьбе мира.

— Утки. Да, утки. — Пауза. — Они на меня напали. — Пауза. — Дикие утки.

У меня губы сами расползаются в улыбку. Пятнадцать минут назад Илья носился по дому как сумасшедший, захлопывал двери, отступал, махал руками, — и в итоге утки обиделись и ушли обратно к озеру.

Илья хмурится, слушая.

— Нет. Какой еще пункт? Я ничего подобного не подписывал. — Его глаза, полные ужаса, встречаются с моими.

«Что?» — беззвучно спрашиваю я. Он мотает головой.

— Ну… я их не хочу. — Пауза. — С каких пор покупка дома включает животных в договор? Это же бред. — Он подходит к окну, смотрит на поле. — Коза? — резко произносит он. Его глаза снова цепляются за мои, и я прикусываю губу, чтобы не рассмеяться. — Какая еще коза? — он взрывается громче. — Пони и свинья? Нет. Ни за что! Приезжайте и заберите! Сейчас же!

Он с отвращением откидывает голову.

— Кому я их, по-вашему, продам? Это не сказка, Виктория: я не поеду на рынок продавать свинью! — Он резко выдыхает. — Узнайте, что можно сделать. — Пауза. — Хорошо.

Он сбрасывает звонок.

— Что случилось? — спрашиваю я.

— Оказывается, прежней хозяйке было восемьдесят восемь и у нее тут целый зверинец, — сквозь зубы отвечает Илья. — Условие продажи — новый владелец «оставляет животных на территории», потому что она переехала в дом престарелых.

Я моргаю.

— Ого…

— Она выяснит, что я могу с ними сделать.

Лицо у меня вытягивается.

— Зачем?

— Потому что я не хочу жить с фермерским хозяйством, Катя. Я если слишком молод, чтобы становиться крепким хозяйственником, — бурчит он.

Я подхожу к задней двери и смотрю на участок. Утки копошатся у озера — мирные, деловые, будто ничего не было.

— Может, они просто голодные?

— Настолько, что захотели моей крови? — Илья хватает ключи. — Я тебе сразу скажу: не дождутся. Нам надо срочно найти завтрак, пока я не упал в обморок. — Он берет меня за руку. — Поехали.

Через два часа мы тормозим у моего дома.

— Спасибо, — улыбаюсь я.

Илья смотрит на подъезд так, будто там живет его личная проблема. Я сразу понимаю: ему не нравится, что я поднимаюсь к Дане.

— А что ты будешь делать все выходные? — спрашиваю я, пытаясь звучать легко.

— Разбирать миллион коробок.

Я могла бы помочь… Нет. Спокойно. Не липни.

— Ну, удачи тебе с этим, — улыбаюсь я.

— А ты что? — он проводит рукой по моей ноге, и у меня внутри все сжимается.

Я наклоняюсь и целую его в плечо.

— Днем убираюсь дома, а вечером у меня ужин с братом.

— Ладно. Хорошо вам посидеть.

Мы смотрим друг на друга пару секунд, и я вдруг улыбаюсь глупо и стесненно, как школьница.

— Я тебе позвоню? — спрашивает он.

— Давай.

Я тянусь и целую его. Его губы задерживаются на моих. Я ненавижу прощаться с этим мужчиной.

Поцелуй становится глубже, и Илья улыбается мне в губы:

— Еще чуть-чуть, и я затащу тебя обратно, будем играть в «ферму».

Я хихикаю, открываю дверь, выхожу, потом говорю в открытое окно:

— Удачи с утками.

Он закатывает