В плену. И после. История одного эльфа - Анна Жнец

Всхлипнув, Фай крепко стиснул зубы и приказал себе не слушать голос в голове.

Он пройдет свой путь до конца. Поднимется на вершину агонии, даже если там, распахнув объятия, его ждет безумие или смерть.

«Нет?» — вкрадчиво, в последний раз спросил артефакт.

«Нет», — твердо ответил Фай в мыслях.

И стало легче. Боль схлынула, словно наступил отлив. Так море уходит, обнажая песчаное дно, усыпанное ракушками.

Облегчение оказалось настолько резким, неожиданным, что Фай растянулся на земле у столба и разрыдался, а затем, истощенный морально и физически, потерял сознание.

* * *

Плавая в темноте и безвременье, он почувствовал холодную каплю влаги, упавшую на лицо рядом с бровью. Следом ощутил нежное прикосновение рук к волосам. С трудом разлепив веки, Фай увидел склонившуюся над ним Грид с красными, заплаканными глазами, и понял, что его голова покоится у нее на коленях.

Это было приятное пробуждение. Несмотря на отголоски боли в измученных мышцах. Вопреки тому, что затылок казался отлитым из свинца, а пальцы до сих пор сотрясала мелкая дрожь. Невзирая на все это, Фай вдруг понял, что его переполняет счастье. Чистое, окрыляющее, безмятежное.

Испытание осталось позади. Он рискнул и справился. И теперь лежал на коленях Грид, самой желанной, самой любимой женщины в мире.

Заметив, что Фай очнулся и смотрит на нее с улыбкой, химера нахмурилась, угрожающе наставив на супруга указательный палец.

— Никогда! — прошипела она с яростью. — Никогда больше! Иначе прикую тебя к себе цепью и не отпущу дальше, чем на два шага.

— Два шага — достаточно, — улыбнулся Фай еще шире. — Мне хватит.

Рассмеявшись, Грид наклонилась и накрыла его рот своим.

— Артефакт тебя испытывал, — услышал Фай, когда они закончили целоваться, и повернулся к эйхарри, стоящей рядом с Эвером. — Испытывал ведь? — Королева задумчиво сдвинула брови. — Ты не смог расплатиться за желание болью, и тогда «Жезл» назначил другую цену — благородство. Кто бы мог подумать… благородство.

В ее тоне звучало удивление, черные глаза мягко светились благодарностью.

— Я твоя должница, Фай Пилигримм, сын Леола из «Воль’а’мира», — она чуть склонила голову. — Отныне второй королевский советник и… мой близкий друг.

От последних слов эйхарри у Фая аж глаза полезли на лоб. Позабавленная его реакцией, драконица хмыкнула.

— Ну-ну, не радуйся раньше времени, — предупредила она. — Быть другом Сумеречного чудовища — тяжкое бремя.

Она опустила взгляд. Фай проследил за его направлением: в руках эйхарри держала странный вытянутый предмет, по форме напоминающий яйцо, только очень большое, зеленое в черную крапинку и с золотистыми прожилками.

Это и было ее желание? Еще один артефакт?

— Инни, зачем тебе это? — Эвер кивнул на необычную вещицу в руках супруги, и та прижала яйцо к груди с нежностью и любовью, словно младенца. Затем передала артефакт мужу.

— Береги его как зеницу ока, — произнесла она с трепетом и коснулась своего пупка. Когда королева отвела ладонь, все трое с изумлением увидели золотистые нити, протянувшиеся от ее живота к кончикам пальцев. Нити превратились в дымок, устремившийся к центру гигантского яйца. Дымок прошел сквозь зеленую скорлупу и на миг подсветил ее изнутри.

— Что происходит? — переступил с ноги на ногу Эвер, держа артефакт, который ему наказали беречь как зеницу ока.

— Мой единственный шанс стать матерью, — вздохнула эйхарри. — Это тело, — она обвела свою фигуру рукой, — оказалось бракованным. Оно не выносит малыша. Плод будет зреть здесь, — она кивнула на яйцо, и Эвер инстинктивно сжал его в руках крепче, — пока не придет срок вылупиться маленькому дракончику.

— Я тоже хочу стать отцом, — признался Фай, испытав на удивление острый укол зависти. — Подаришь мне хотя бы одного ребенка? — Он взглянул на Грид и весь сжался в ожидании отказа, но его жена весело рассмеялась.

— Одного? — она вскинула брови. — Химеры рожают по три котенка за раз. Боюсь, тебя ждет участь многодетного папаши. Наша семья будет большой и шумной. Очень большой. И очень шумной. Лично я настроена на троих дочерей и троих сыновей. Как тебе перспектива?

У Фая отвисла челюсть и уже привычно задергался глаз. Подняв руку, эльф безотчетным жестом прикрыл веко ладонью.

— Шесть детей? — уточнил он дрожащим голосом и заработал щелчок по носу.

— И ни ребенком меньше, — заявила Грид.

Глава 26

Впервые возвращаясь в «Воль’а’мир» после своего позорного бегства, Фай нервничал, и даже новая должность королевского советника не могла унять тревогу, грызшую его изнутри.

Сколько воспоминаний, неприятных и болезненных, будили пейзажи за окном кареты. Вот по этой извилистой улочке его тащили на суд. Вот эти эльфы, провожающие взглядом черный экипаж, в котором он сейчас ехал, были на судебном процессе и наблюдали за его унижением. А там, за деревьями, угадывалась красная черепичная крыша домика, где жила Грид, пока работала наблюдательницей.

Повозку трясло. Фай судорожно, до боли стискивал кулаки на коленях и думал о том, как выйдет наружу в статусе посланника эйхарри. На социальной лестнице он теперь стоял выше Колтура, приговорившего его к смерти. Выше любого члена эльфийского общества. Выше самого Владыки. Второй королевский советник. Близкий друг Сумеречного чудовища.

Не то чтобы они с эйхарри действительно подружились, но стали ладить гораздо лучше.

— Не волнуйся, — шепнула сидящая рядом Грид и накрыла ладонью его руку, сжатую в кулак. — Только представь, как изменится лицо Кортара, когда он увидит нового ревизора королевы.

— Колтура, — машинально поправил Фай.

Да, он рассказал жене все. И про суд, и про предательство бывшей невесты, и про желание местных моралистов утопить опозоренного родича в Кипящем болоте. Только про насилие в плену промолчал. Грид хватило намеков, чтобы понять причину его подчас неадекватного поведения.

— Я больше не боюсь. — Фай оторвал взгляд от вереницы домов за окном и гордо выпятил подбородок. — Теперь меня не запугать.

Карета остановилась рядом с трехэтажным зданием — самым высоким в «Воль’а’мире», и кучер торопливо соскочил с козел, чтобы распахнуть перед советником дверцу. В роскошной черной мантии королевского ревизора Фай ступил на землю и помог выбраться наружу своей жене, начальнице его личной стражи. На широком крыльце, зажатом между кустами роз, их уже ждала верхушка эльфийской власти. Все, кроме Владыки. К нему чета Пилигримм была приглашена на