Следуя за любовью - Ханна Коуэн

Это первая свадьба, на которой я оказалась после того, как моя сестра вышла замуж за Мэддокса. Я всегда думала, что моя свадьба будет следующей. Так должно было быть. Но я огорчена не так сильно, как ожидала.

До встречи со Стюартом я и не думала о замужестве. Глупо было полагать, что мужчина может так легко изменить мои взгляды. Я приняла его предложение в минуту слабости после того, как всю жизнь была смелой. Из желания, чтобы обо мне заботился тот, кто, казалось, хотел посвятить этому остаток своей жизни.

Как же я ошибалась!

– Похоже, ты глубоко задумалась, – говорит Брэкстон, заправляя мне волосы за ухо.

Мэддокс поднимает руку со спинки стула моей сестры и гладит ее по плечу.

– Все хорошо, малышка Хайтс?

– Пытаюсь не сбежать, – откровенно признаюсь я.

– Я даже не успею посмотреть, как ты надерешь задницу своему парню? Ни в коем случае, – возражает Мэддокс.

– Он не мой парень, – хмурюсь я.

– Он об этом знает?

– Наверняка, ведь мы пришли сюда по отдельности.

Брэкстон безуспешно пытается скрыть смех, спрятавшись за плечом мужа.

– Она, пожалуй, надерет задницу тебе, если ты будешь продолжать с ней спорить.

Мэддокс сочувственно улыбается.

– Прости, Анна. Я пытался сделать за Брэкстон ее работу.

Я раздраженно морщу нос.

– Вот пусть сама ее и делает.

– Может, он не сказал тебе, что будет здесь, просто потому что нервничал? – спрашивает Брэкстон.

Мне хочется объяснить ей, что это маловероятно, но, не зная всего, она не поймет. Кроме того, мы за столом не одни, и, хотя мы говорим тихо, я не хочу, чтобы кто-то подслушал.

– Может быть, – отвечаю я.

Мэддокс кивает на сцену, лицо озаряет предвкушение.

– Думаю, осталось совсем немного, и ты все узнаешь.

Я перевожу взгляд на сцену, которая больше не пустует, и цепенею, не в силах шевельнуться. Когда Броуди улыбается собравшимся гостям и машет жениху с невестой, я уже не дышу. Судя по тому, как непринужденно те улыбаются в ответ и как жених прикладывает ладонь к груди, они давно знакомы.

Никогда раньше я не теряла дара речи от чьей-то привлекательности, и если кто и мог это изменить, то только Броуди. На него невозможно смотреть слишком долго, не рискуя впасть в транс. Ослепительно красив. Такое предупреждение должен получать каждый, кто оказывается слишком близко.

Я так привыкла видеть его в замызганной рабочей одежде на ранчо, но сегодня он нарядился в черный костюм по фигуре. Две верхние пуговицы белой рубашки, как обычно, расстегнуты. А вот от чего у меня перехватывает дыхание, так это от его шляпы. Мягкую коричневую ковбойскую шляпу, которую он носит дома, он сменил на темную, почти черную. Длинные, растрепанные пепельно-русые кудри смотрятся на ее фоне очень эффектно. Даже отросшая борода начала мне нравиться, хотя я никогда не была любительницей растительности на лице.

Я перевожу взгляд ниже, и при виде вычищенных сапог губы у меня изгибаются в улыбке. Не знаю, как ему удалось убедить невесту, чтобы она разрешила ему надеть сапоги при ее прочих безумных правилах в отношении нарядов, но я не удивлена. Стоит ему улыбнуться – и он совратит и монашку.

Гитара на перекинутом через плечо ремне сливового цвета – это что-то новенькое для меня. Я так привыкла к Броуди Стилу, механику и фермеру, что порой забываю, что он еще и Броуди Стил – звезда кантри. Вернее, одна из самых стремительно взлетающих звезд музыкальной арены. С этой стороны мне только еще предстоит с ним познакомиться, и, кажется, откладывать уже некуда. Сейчас или никогда.

Подняв глаза и увидев, что он на меня смотрит, я вспыхиваю от макушки до пяток. От полуулыбки выражение его лица кажется коварным. Словно он знает что-то такое, чего не знаю я.

– Ты влип! – с вызовом выгнув бровь, беззвучно говорю я.

Его полуулыбка становится такой робкой, на какую только способен тип вроде Броуди.

– Прости, – беззвучно произносит он.

Легким движением он перебрасывает гитару на ремне со спины на грудь и не отводит от меня взгляда, пока лампы не гаснут, оставив в круге света лишь молодоженов. Только тогда Броуди переключается на них. Это проявление учтивости, когда присутствуешь на такого рода мероприятии, но в этот момент мне вовсе не хочется быть вежливой. Единственное мое желание – смотреть на него, и даже когда ведущий объявляет о первом танце молодых, я не хочу ничего другого. Я оправдываюсь тем, что не знаю эту пару лично, как будто это уважительная причина, чтобы не обращать на них ни малейшего внимания.

Как только микрофон доносит до нас первые ноты, исполненные низким, гортанным голосом Броуди, мое дыхание становится прерывистым. Пощипывая струны гитары, он поет так нежно и искренне, что мне хочется укутаться в эту мелодию. Я никогда не испытывала такого покоя и удовольствия. Хотя, пожалуй, испытывала – в тот единственный раз в конюшне, когда я полностью отдалась ему, позабыв обо всем на свете. Остался лишь его запах, и тепло, и прикосновение, и опустошающее ощущение, что так и должно быть.

Его пение вызывает точно такие же ощущения. Страшно напоминающие возвращение домой.

Я покачиваюсь в такт музыке, и я не буду возражать, если эта серенада приклеится ко мне и будет звучать в голове днем и ночью. Я не решаюсь отвести от Броуди глаза ни на один миг. И вот, когда песня заканчивается, наши взгляды снова встречаются, но я, все еще под впечатлением от проникновенной песни, почти не в состоянии осознать, что в его глазах светится любовь.

Одна песня превращается в три, а затем Броуди сменяет – не знаю, надолго ли – диджей, которого я еще раньше приметила в углу танцплощадки, и к молодоженам присоединяются гости. Как только раздается энергичная мелодия из прошлого, сестра, накрыв мою руку ладонью, ласково шепчет мне слова поддержки, и я вскакиваю со стула, чтобы отправиться на поиски того, кто только что ушел со сцены.

Стуча каблуками по танцплощадке, я проскальзываю мимо гостей, которые со смехом наблюдают, как в тщательно срежиссированный танец невесты встревают друзья жениха. Я и сама еле сдерживаю смех от страшно нескоординированных движений и выбираюсь через боковую дверь в лобби отеля.

Двое охранников болтают в нескольких метрах справа от меня и не обращают никакого внимания на мою персону, а я тем временем начинаю поиски. В лобби царит приятная пустота, словно новобрачные забронировали для своего праздника весь отель. Возможно, так