Исцеление любовью - Снеталия Морозова

Мужчины переглянулись.

- Ведьма! – вздохнул демон.

- Стеша! – Белогор взял меня на руки, посадил в свое кресло, сел мне в ноги на белый ковер, обхватил ступни.

- Маленькая такая! Пташка и есть! – Белогор мял мои пальчики, я их сжимала от щекотки, чем вызывала похоже какое-то дикое желание в медведе.

Он выдохнул протяжно, сжал мои ступни в ладонях, поцеловал их по очереди, разместил себе на колени.

- Влад, в этом кресле я когда-то сидел обезноженный, проклятье шло от ног, вызывая боли, и я не мог ступать. Смелая пташка из другого мира с тяжелым горбом на плечах, с тряпкой на лице излечила меня. С первых минут я понял, что смогу всё, лишь бы слышать голос пташки рядом. Смогу всё!

Стеша, нам предстоит бой, не схватка – бой. Халим обзавелся многотысячной армией волков-людоедов, вырастил их в клетках. Они молоды, им от двадцати до тридцати. Оборотней Осии в разы меньше. Это рассказал Лар перед смертью. Он рассказал и то, что Халим пятьдесят волчиц сгубил, используя их как инкубатор. Кого-то насиловали, кто-то из волчиц добровольно зарабатывал таким промыслом - рожали. Беременность обычных волчиц длится 60-67 дней, в помёте может быть от шести до семнадцаты волчат. Многих волчат Халим купил на невольничьих рынках за пределами Осии, большая часть в стае Халима не оборотни, а просто волки, выращенные убивать. Дикие волки слабее оборотней, но их огромное количество, они злы, голодны, и в них нет ничего человеческого.

Влад – демон-уравнитель, ему предстоит большой путь по исцелению Велионии. Большой путь. Сначала - бой!

После боя примем решение, как мы увеличим дом. Стеша, мы бы всё тебе рассказали, милая моя, смелая моя, пташка моя, без твоего доверия и одобрения нам трудно. Невозможно…никак.

- Хорошо сказал, медведь! Честно сказать, я таких целей себе не ставил – исцелить Велионию. Но, если мою семью кто заденет, я исцелю…Я так исцелю…У меня никогда никого близкого в жизни до этого не было, я не подпускал никого просто к себе.

Я понимала Влада, и у меня никого не было. Влад назвал нас семьёй…уже второй раз. Посмотрела на своих мужчин. Я сидела в кресле владыки, сам Белогор был на полу у моих ног, демон-уравнитель с Земли, что обрел здесь семью, оставив всё в своём прежнем мире, нашел меня. Я ведьма. Тут без комментариев…

Я хочу сегодня зачать! Я хочу родить сыновей! Сыновей, да. Чтобы дети взяли божественную мужскую силу, мужественность, ум, щедрость своих отцов! Были собой и их продолжением. Потом дочек! Дочерей, чтобы мы научились еще большей нежности…

На моем лице, наверное, отображались какие-то эмоции и думы, потому что мужья зачарованно смотрели на меня, не моргая.

Я захватила ворот платья, порвала его, спустила, оголив грудь. Белогор шумно сглотнул, у Влада показались рога.

Я встала, опустила платье с трусами по талии и бедрам, перешагнула, попадая в руки Белогора. Он, закрыв глаза в блаженстве, обхватил меня, укладывая на ковер, целуя в губы. Спиной я чувствовала приятный мех, обжигающие ласки груди, поцелуи на животе, палец внутри, я отдавалась, тело пело. Открыла глаза, попадая в черный омут, Влад подсел, провел рукой по лицу, бровям, губам, ввел большой палец мне в рот, я обхватила его, всосала.

Губы мои стали полнее, я вообще с каждым днем хорошела. Женщина в любви и в сексе – это красивая женщина, да.

Влад наклонился к лицу, тяжело дышал, вводил в меня палец, проводил по зубам, губам, заводясь сильнее. Белогор таранил меня, и я стала дрожать, чувствуя подступающий оргазм. Открыв рот, ушла в экстаз, Белогор вышел из меня, следом член Влада, его быстрый темп, мокрые поцелуи.

- Ведьма! Охуенная! Страстная! Горячая!

Меня перевернули, сзади вошел Белогор, я высунула язык, покрутила тазом, от чего медведь мой простонал, быстро кончая. Я взяла в рот член Влада, он зафиксировал мои руки хвостом, поднимая их над головой и входил в рот. Я от такой позы прогнулась сильно, грудь тряслась. Потом меня посадили верхом на демона, я ухватилась за его рога, скакала как на Черном, остановилась в какой-то миг, покрутила языком в стороны, приглашая член медведя в ротик. Два члена! Отлично! Небольшой перерыв, мне кто-то подает кружку с напитком, я пью, встаю на четвереньки и шагаю по ковру. Слышу рычание и мат, и Влад захватывает мои ягодицы, разводит в стороны и вылизывает между булочек, с каким-то одержимым воем. В это же время Белогор ласкает грудь, крутит соски, размазывает смазку и сперму по моей промежности, по губам половым, задевая оголенный и очень чувствительный клитор. Я прогибаюсь, оттопыривая еще сильнее таз, чувствуя твердую головку у ануса. Останавливаюсь, поднимаю взгляд на Белогора, видя в нем дикую похоть, темно-синие омуты, тяжелое дыхание, мокрую от пота грудь и насаживаюсь сама на член со стоном. Влад кричит. Захватывает бедра, замирает. Во мне всё пульсирует, всё. Я пульсирую вся.

Белогор ложится под меня, вставляет член в вагину, хватает губами соски, трясёт лицом, нежась, целуя и кусая мякоть. Моя вагина невозможно вязкая и горячая, хлюпающая, и член входит легко, заполняет. Я наполнена! Я чувствую себя центром чувствительности! Я сама чувствительность!

Влад с каждым движением выкрикивает хрипло, Белогор шумно стонет. Я раскидываю руки в стороны, как крылья, меня держат мои мужчины, мы танцуем, они ведут, я отдаюсь, лечу. Весь жар собирается в животе, опускается в промежность, и я взрываюсь.

Я слышала свой крик. Самый приятный звук. Крик был похож на освобождение, на радостный вокализ, на арию наслаждения, эйфории, потом я рыдала…немного. Крики мужчин, их подрагивания, потом ленивые поглаживания, и я не хочу разлеплять глаза, чувствую тело, пульсация из частой и сильной, перерастает в редкую и мягкую. Чьи-то руки заботливо вытирают мои половые губки, целуя их, я вздрагиваю от острой чувствительности, сыто потягиваюсь, мурлычу, ощущаю поцелуи в метки с двух сторон, горячие тела по бокам. Я проваливаюсь в сон, пытаясь посчитать, сколько раз я получила оргазм. Много… Улыбаюсь, засыпаю…

Открыла резко глаза. Ночь глубокая. В окне луна, через день она станет полной. В полнолуние у оборотней в стае ритуал на Луну. Я всё это прокручивала в голове, глядя на ночную красавицу. Мы лежали на полу. Обнаженные спали, я между мужьями. Посмотрела на Белогора, он смешно открыл рот во сне, лежал на животе, рука его по-хозяйски покоилась