Чтоб ты подавился! - Виктория Браунли

– У хорошего пловца – да, – ответил капитан, со знанием дела глядя на меня.

– Даже в темноте? – спросила я, и перспектива чего-то подобного показалась мне не такой уж невероятной.

– Это будет немного труднее, но да, думаю, можно, – ответил он коротко.

Стоявший позади меня Генри явно заволновался и заерзал. Может, он просто хотел поскорее вернуться на вечеринку? Он положил ладонь на мою оголенную спину, и я сделала глубокий вдох. Его присутствие утешало.

Краем глаза я заприметила небольшую книжку в кожаном переплете – и подумала, что это может быть судовой журнал. И там можно найти информацию о том, что именно затевает Карла и какого черта в расписании стоит «конкурс пловцов».

Я судорожно решала, как бы мне незаметно прихватить журнал.

Впервые за вечер я прокляла свою сумочку от Chanel. Черт бы побрал эту малявку! Она слишком крохотная, чтобы засунуть в нее журнал.

Куда мне его положить?

Можно было сунуть его в карман пиджака Генри, но я боялась, что он меня выдаст. Ему нравилось тусоваться на вечеринке, а вот воровать могло не понравиться. Или нет? Кто его знает?

Время шло. Пора было решаться.

Стоило капитану отвернуться, чтобы показать Генри нечто за бортом, я схватила журнал и сунула его в нижнее белье. Он казался громоздким и тяжелым, особенно по сравнению с нежной, роскошной облегающей тканью платья.

Внезапно за моей спиной возникла Карла.

Черт! Я прислонилась к стене, прижимая журнал задом.

– Вы двое выглядите божественно, – проворковала она.

Я посмотрела ей в глаза в поисках признаков безумия, но выражение ее лица оставалось нейтральным.

– Пойдемте за мной, – попросила она, попрощавшись с капитаном и выходя из рубки.

Я ковыляла за Карлой и Генри, чувствуя, что журнал может выпасть из платья в любую секунду.

Карла провела нас через всю яхту, избегая палубы, на которой веселились гости. Вокруг нас слышались голоса, так близко, казалось, только руку протяни.

– Давайте вместе посмотрим фейерверки, – проворковала Карла. – У меня лучшая точка обзора.

Мое сердце бешено заколотилось. Я нервно придерживала пальцами судовой журнал, чтобы тот не выпал на палубу. Если бы я выбрала более практичную одежду или хотя бы надела менее женственное белье, то журнал был бы в безопасности.

Карла привела нас на купальную платформу.

Солнце только что село окончательно, и небеса были словно из сказки. При других обстоятельствах я была бы в восторге.

Вода плескалась по краям платформы, убаюкивая нас, будто в колыбели. Карла пригласила меня и Генри присесть на низкий белый кожаный диван напротив нее.

Мы послушались.

Я не знала, что именно чувствует Генри и разделяет ли он мои опасения. Он притих, возможно, больше, чем обычно, или я была настолько напряжена, что мне просто почудилось. Казалось, что стоит разразиться салюту, и мои нервы разлетятся на сотни мелких кусочков.

Я посмотрела на Карлу, и она мне улыбнулась.

– Расслабьтесь, мои дорогие, – попросила она, и я с трудом разжала челюсть, делая вид, будто со мной все в порядке. Это оказалось труднее, чем я думала, и мне кажется, я не преуспела. Я выдавила улыбку, но она выглядела как оскал. Надеясь, что все устаканится, я вернула лицу нейтральное выражение. Углы судового журнала впивались в спину, и я поерзала. Я отчаянно ждала возможности его пролистать и найти разгадку происходящего. Мне просто надо было немного побыть одной. Но как это реализовать?

Глава 46

Купальная платформа – Генри

Хлои все время ерзала. Сначала она не отрывала взгляд от капитана, а теперь казалась совершенно не в себе. Я не мог понять, что ее так взволновало. Она улыбалась так, словно ей к затылку приставили пистолет, и неумело притворялась, что все в порядке. Она знала что-то, чего не знал я?

Купальная платформа качалась на воде, и меня начинало тошнить. Учитывая размер яхты и количество свободного места, где мы могли бы сесть и посмотреть фейерверки, я был удивлен, что Карла привела нас на зады судна. Но, с другой стороны, от нее можно было ожидать чего угодно.

Минуту-другую мы сидели в полной тишине, и тут Карла крикнула:

– Шампанского!

До этого момента я думал, что нас на платформе трое. Но из темноты материализовался официант, подал три бокала шампанского и исчез так же внезапно, как и появился.

Карла неторопливо отпила из бокала и посмотрела на воду.

Я пытался расслабиться.

– Итак, вы здесь… двое финалистов, – начала она.

Мы с Хлои ждали продолжения. Я уже начинал терять терпение.

– Вы зашли так далеко. Поздравляю, – продолжила она. – Знаете, я долго ждала случая написать мемуары, но никак не могла найти человека, который смог бы мне помочь. Подобная работа требует креативности и изящества. Она требует от писателя преданности. Это должен быть человек, который понимает суть моей жизни и моих принципов.

Одна и та же шарманка. Мы уже знали, как Карла обращается с персоналом, и понимали, каких примерно людей она нанимает на работу. Так к чему это все?

Я мечтал, наконец, произнести речь и узнать, кто из нас получит работу.

«Прекрати ломать комедию!» – чуть не заорал я.

Глава 47

Фейерверк – Хлои

Я чувствовала себя легкой добычей, которую загнали в Средиземное море и которая боится за свое будущее. Я представила, как будет разочарован папа, если мы умрем сегодня вечером. «Я учил ее выживать в бушующих водах открытого океана, а она взяла да и потонула на задах французской яхты, – удрученно посетует он. – Я же говорил ей не доверять лягушатникам…»

Карла вперилась в меня взглядом.

Может быть, я была на пределе или просто раньше этого не замечала, но ее взгляд – не сглаженный певучей речью – выглядел устрашающе.

Она продолжила:

– Наконец настал решающий этап собеседования; вы должны доказать мне, насколько вы преданы, насколько бесстрашны.

В ее голосе звучало нечто, что заставило меня занервничать еще больше. Кровь стучала в висках. Бесстрашной я не была точно. Что насчет Генри – я не знала.

Вдруг на платформу спустился Макс и прошептал что-то Карле на ухо.

– Простите, я отлучусь ненадолго, – сказала она. – Технические неполадки с фейерверками.

Они с Максом удалились, оставив нас одних на платформе.

Вокруг нас сгущалась тьма, и вода, еще час назад казавшаяся такой приветливой, начала пугать до одури.

– Какого черта здесь происходит? – шепотом спросила я Генри.

– Понятия не имею, – ответил он. Его голос звучал спокойно, почти безмятежно. – Думаешь, нам скоро придется произносить речь?

– Думаю, нам вообще не дадут с ней выступить, – произнесла я.

– Ты о