Шепчущие во тьме - Эшли Элизабет

Его пальцы немедленно возвращаются к моему клитору, и я чувствую, как каждая мышца моего тела напрягается, пока проходят минуты. Стон, который я издаю, не похож ни на один звук, который я когда-либо издавала, когда мои пальцы сжимают простыни в тугой кулак.

Его губы касаются моего уха. — Моя, — рычит он, заставляя моё сердце бешено колотиться под рёбрами.

Я его.

Мои руки обхватывают его тело, пальцы впиваются в его бицепсы, и он ловит мои губы в таком умопомрачительном поцелуе, что каждый нерв в моём теле взрывается отчаянным пламенем.

Его руки на мне.

Его губы на моих.

Его вкус захлёстывает мои чувства.

Его член внутри, наполняя меня, заставляя чувствовать себя цельной впервые в жизни.

Это идеальный шторм для самого сильного оргазма, который я когда-либо испытывала. Моё тело выгибается на кровати, когда каждая волна удовольствия прокатывается сквозь меня, как неумолимая приливная волна, врезаясь в мою душу.

Он продолжает толкаться, пока моё тело дрожит под ним, становясь вялым, когда его движения становятся неровными. Глубокий горловой звук срывается с его губ. Его тепло наполняет меня, прерывистое дыхание совпадает с моим собственным, когда он зарывается лицом в изгиб моей шеи.

Мы лежим в комфортной тишине, мои руки скользят по его мускулистой спине, запоминая каждый дюйм.

В конце концов он устраивается так, что лежит рядом со мной, его рука обхватывает мою щёку, поворачивая моё лицо к нему. Его брови хмурятся, когда он пытается прочитать моё лицо.

«Ты в порядке?»

Я прижимаюсь губами к его, мягко, смакуя его вкус, потому что кто знает, что случится после того, как мы покинем этот остров.

— Это было лучше, чем любая сексуальная сцена, о которой я когда-либо читала, — говорю я ему, прикусывая нижнюю губу, чтобы сдержать смех.

Широкая улыбка расплывается по его лицу. Он такой убийственно красивый, что у меня на глазах выступают слёзы, которые я не позволю показаться.

— Спасибо, что нарушил для меня правило, — шепчу я, прежде чем закрыть глаза и положить голову ему на грудь, где я провожу остаток ночи в его объятиях, желая, чтобы мы могли каким-то образом проводить каждую ночь так.

И на несколько украденных часов почти кажется, что так и будет.

Глава 1

8

Мауро

Влага капает с моего лица, пока я рассматриваю новых охранников, которым поручено защищать мою семью. Воздух в тренировочном центре густой от запаха пота и крови. Последние шесть часов мы гоняли их по полной: упражнения на проверку реакции, изнурительные силовые комплексы и бескомпромиссные спарринги без права на пощаду.

Они не худшие из тех, кого я тренировал. Но и далеко не лучшие. Им нужна дисциплина. Точность. Время под давлением. Но с правильным руководством и достаточным количеством боли, думаю, они заслужат своё место.

Рука Вина сжимает моё плечо. — Что думаешь?

Я провожу предплечьем по лбу, смахивая пот, мой взгляд скользит по каждому мужчине. Затем я даю один, обдуманный кивок.

— Хорошо, — замечает Вин. Он поворачивается к ним лицом, его голос прорезает комнату. — На сегодня достаточно. Быть здесь завтра ровно в семь утра на подготовку по стрельбе. — Его глаза сужаются. — Промахнетесь хоть раз — и будете паковать чемоданы быстрее, чем успеете сказать arrivederci. Capisce?

Резкий хор «Так точно, сэр» следует за этим, эхом отражаясь от стен, когда они все уходят.

— Итак, честно, — начинает Вин, — как они? Есть реальные кандидаты, которых стоит добавить в нашу команду?

Я достаю из кармана телефон и печатаю: «Несколько. Им ещё многому учиться, но со временем из них выйдут достойные охранники».

Он поворачивает шею, ослабляя галстук.

— Это можно обмозговать. — Он прислоняется к угловому столбу, скрещивая руки на груди. — Мой контакт предупредил, что Васильевы планировали использовать сегодня ночью Бостонский порт, так что я поговорил с главой семьи О'Брайенов, Нилом. Они сейчас ждут их там. Готовы сделать так, чтобы этого не случилось.

«А как же женщины?»

— Он заверил меня, что о них позаботятся. Никаких фокусов. Они относятся к этому дерьму так же серьёзно, как и мы.

Я киваю. Очередная неудачная попытка импорта со стороны Васильевых — это хорошо. Ещё один успешный шаг на пути к их уничтожению.

— Помяни чёрта, и он позвонит, — бормочет Вин, ставя телефон между нами. — Михаил, какой приятный сюрприз.

Мои брови взлетают вверх.

— Винченцо, на этот раз ты действительно перешёл все границы. — Голос Михаила звучит ещё холоднее, чем я помню, его тон пропитан оттенком ярости.

— Извини, — начинает Вин, — я был так занят в последнее время, управляя империей, что тебе придётся освежить мою память, что именно я сделал, что тебя, видимо, так разозлило.

Михаил тяжело дышит в трубку. — Во-первых, ты перехватываешь наши импортные товары, что обходится мне в целое состояние, а во-вторых, ты идёшь и сносишь мой завод к чёртовой матери!

Вин цокает. — Похоже, тебе не помешает выпить. О, подожди… — Он усмехается. — Трудно наслаждаться собственным продуктом, когда ты больше не можешь его производить.

— Почему ты, грёбаный mudak…

— Давай проясним кое-что прямо сейчас, — игривое поведение Вина превращается во что-то опасное. — Если ты решишь заниматься такой мерзостью и варварством, как похищение и продажа невинных женщин и детей на чёрном рынке, я остановлю тебя. И тот факт, что ты думал, что сможешь провернуть это дерьмо на моей территории, просто доказывает мне, что ты ещё тупее, чем выглядишь. Если хочешь войны, Михаил, я с радостью приведу её к твоему порогу.

Глухой удар эхом разносится по линии, вероятно, Михаил что-то ударил.

— До этого момента мы вели себя с тобой и твоими братьями по-хорошему, но это твоё последнее предупреждение. Если ты снова сунешь свой нос в дела моей семьи, у твоих действий будут последствия. Которые затронут тех, кто тебе дороже всего.

— Угрожай моей семье ещё раз и посмотри, что я с этим сделаю.

Вин заканчивает звонок, глядя на тёмный экран. Его дыхание вырывается с трудом, тело слишком напряжено.

Я шагаю к нему, сжимая его плечо.

Он быстро проводит рукой по лицу, качая головой. — Трудно не сорваться, когда он угрожает моей семье. По крайней мере, это был не Казимир. Этот ублюдок