Джентльмен Джим (ЛП) - Мими Мэтьюз

Он вернулся в «Грильон» один, перевязал рану и лёг обратно в постель. Простыни пахли ею. Мылом, лавандовой водой и сладковатой помадой, которой она укладывала свои густые пряди для бала.

Сон был беспокойным.

Поднявшись спустя время, он принял ванну, переоделся и направился на Гросвенор-сквер, готовый принять на себя всю ярость деда. Вместо этого он обнаружил пустой дом.

— Его светлость вышел, — сказал Джессап.

— Куда? В клуб? — Сент-Клер протянул дворецкому шляпу, пальто и перчатки.

— Не могу сказать, милорд. Он уехал в некоторой спешке.

Сент-Клер нахмурился. У него не было настроения для неясностей. Голова раскалывалась от вчерашнего бренди, а пулевая рана в руке болела адски.

— Не время делать из этого тайну, Джессап. Если что-то расстроило моего деда, лучше выложи всё прямо.

Джессап сдержанно кашлянул.

— Если бы я рискнул предположить, сэр, я бы сказал, что это связано с экземпляром «Беллс Уикли Мессенджер», который он читал за завтраком.

Сент-Клер на мгновение закрыл глаза. «Беллс Уикли Мессенджер» был одним из тех скандальных листков, которые дед пристрастился читать с их приезда в Лондон. Он приходил каждое воскресное утро точно в срок и подавался графу вместе с кофе.

— Принеси мне газету, — сказал Сент-Клер, направляясь в библиотеку. — Немедленно.

Джессап принёс его сразу. Газета была раскрыта на отчёте о бале у леди Паркхерст.

Сент-Клер откинулся на край дедовского стола, держа газету в руке. Он пробежал глазами по мелкому чёрному шрифту. Начиналось всё с обычной белиберды — кто присутствовал и во что был одет. Затем переходило к слухам и намёкам.

Пальцы его сжали бумагу, когда он прочитал оскорбительный пассаж:

Вопросы о таинственном наследнике лорда А*** множатся. Хотя мы не склонны предполагать нечто зловещее, теперь мы можем с уверенностью сообщить, что преобладающие слухи указывают на его происхождение не в Италии, а в Западной Англии. Может ли это быть причиной его вражды с неким сомерсетским сквайром? И также — внимания к некоей сомерсетской красавице?

Сент-Клер отшвырнул газету на стол с отвращением. Статья не была случайной догадкой. Кто-то им это подсказал. Кто-то, знавший о его отношениях с Фредом и Мэгги из первых рук.

Был ли это Лайонел? На балу он напрямую спросил, не старый ли враг Фред для Сент-Клера. Или же это был сам Фред? Смог ли он наконец сложить два и два?

Сент-Клер считал последнее маловероятным.

Фред был — и всегда был — туп, как пробка. Безмозглый задира, действующий больше по инстинкту, чем по разуму. Не говоря уж о том, что каждый раз, когда он сталкивался со Сент-Клером, видимость была плохой. Было либо темно, либо затенено дымом и мерцающим светом свечей. Даже в утро их дуэли условия были туманными, над пустошью клубилась густая мгла.

Нет. Фред не узнал его. Пока ещё нет. Но таким, как он, легко мог манипулировать подходящий человек. Кто-то хитрый и расчётливый, знающий, как сыграть на тщеславии и неуверенности Фреда.

Кто-то вроде Лайонела Бересфорда.

Выйдя из библиотеки, Сент-Клер немедленно велел подать свой кабриолет.

Управлять с раненой рукой было непросто. Швы тянуло каждый раз, когда он сжимал поводья. Но путь был недолгим — чуть больше мили.

Лайонел с матерью сняли скромный дом на Халф Мун-стрит. Адрес был респектабельный, хотя и не шикарный. Подъезжая, Сент-Клер вполне ожидал увидеть какой-нибудь признак присутствия деда. Но элегантный чёрный лакированный экипаж графа нигде не было видно.

— Погуляй с лошадьми, Энцо, — сказал Сент-Клер, спрыгивая с кожаного сиденья своего кабриолета.

Грум подбежал, чтобы взять поводья.

Сент-Клер постучал в парадную дверь. Её тотчас открыл молодой лакей в кричащей розовой ливрее.

Его кадык задвигался.

— Да, сэр?

— Лорд Сент-Клер к мистеру Бересфорду. — Сент-Клер не стал дожидаться приглашения. Он вошёл прямо в узкий холл, снимая перчатки и нетерпеливо похлопывая ими по ладони. — Немедленно.

Лакей засеменил вверх по лестнице на второй этаж. Спустя мгновения на лестничной площадке появился Лайонел. На нём был плотно сидящий фрак и столь же облегающие панталоны. Накрахмаленные воротнички рубашки вздымались до самых ушей, а громоздкий шейный платок был завязан в какой-то вычурной вариации узла «Водопад».

— Кузен, — сказал он. — Я вас не ждал.

Сент-Клер поднялся по ступеням.

— Значит, вы не и наполовину так умны, как я предполагал.

Глаза Лайонела блеснули под тяжёлыми веками.

— Ах. Вы, я полагаю, прочли статью в «Беллс Уикли Мессенджер».

— Статья, за которой стоите вы.

— Как я уже говорил, кузен, вы переоцениваете меня. — Он жестом пригласил Сент-Клера присоединиться к нему в уютно обставленной гостиной. — Мама будет рада вас видеть. Она огорчена, что ни вы, ни лорд Аллендейл ещё не соизволили нанести ей визит. Уверена, это просто упущение.

Лавиния Бересфорд восседала на диванчике с пухлыми подушками, в кружевном чепце с лентами на голове и с кусочком вышивки в руках.

— Лорд Сент-Клер! — Отложив рукоделие, она поднялась и сделала реверанс.

— Войдите же, милорд. И, умоляю, присядьте. — Она бросила сыну лукавый взгляд. — Какой же ты негодник, Лайонел. Мог бы предупредить, что ждёшь кузена.

— Я его не ждал, — ответил Лайонел.

— А должны были, — сказал Сент-Клер, — после того гнусной статьи в газете.

— Вы её прочли? — миссис Бересфорд цокнула языком, снова усаживаясь. — Какой шок! Намекать, что вы родились в Сомерсете, из всех мест. Самозванец, как они, кажется, полагают. Вовсе не полуитальянец. Интересно, откуда у них могла взяться такая идея?

Лайонел сел, лениво вздохнув.

— Лорд Сент-Клер полагает, что это мы им её подали.

— Мы? — Её глаза округлились. — Но мы же ничего о вас не знаем, милорд. Ни о вашей жизни в Италии, ни в Сомерсете. — Она хихикнула. — Хотя я не вижу большой сложности в том, чтобы прояснить вопрос. Вам всего лишь нужно предъявить свидетельство о браке ваших родителей. Оно у вас есть, да? Даже на континенте, полагаю.

Сент-Клер не сделал движения, чтобы сесть. Это был не светский визит.

— По какому праву вы требуете от меня доказательств?

— О, нет. Мы бы никогда не требовали. Не от наследника Аллендейла. Что вы о нас думаете? — Ещё одно хихиканье. — Это, конечно, лишь совет. Если наследника — предполагаемого наследника — обвиняют в незаконнорождённости, то, само собой, простейший выход — предъявить документы. Почему бы их не предъявить, если нечего скрывать?

— Моему деду не понравятся ваши требования, — сказал Сент-Клер. — Простые или нет.

— Они совершенно безобидны, — сказала миссис Бересфорд. — И продиктованы семейным духом.

— Они, мадам, равносильны тому, чтобы назвать моего деда лжецом. Назвать лжецом меня. — Сент-Клер сделал шаг вперёд. —