Ветер с Северного моря - Анна Морион

– От ягод, пожалуй, я тоже не откажусь. Но прикажи собрать их прислуге: боюсь, я испачкаю мои новые перчатки, и отец очень расстроится, – сказала Энн, и ее глаза блеснули. – Ну, так что же? Обнадежишь ли ты меня, моя дорогая Хелен? Есть ли у твоего норвежского красавца брат?

– Увы… Только сестра, – пожала плечами Хелен.

– Старшая или младшая?

– Старшая. Но он почти ничего о ней не рассказывает. Как я понимаю, отношения между ними не такие дружеские, как между тобой и Джулией. – Хелен вдруг задумалась: почему Бьорн-Магнэ не желает беседовать о его семье и жизни в Норвегии? Она не раз пыталась мягко выведать о его прошлом, ведь, все-таки, он ее супруг, и она должна была бы знать о нем все… Но он лишь улыбался и говорил, что его прошлое осталось в прошлом, как и его сестра. Но что стало причиной их размолвки? К чему такая скрытность с его стороны?

– Сестра… Увы, сестра мне точно не подходит! – негромко рассмеялась Энн. – Может быть, кузен?

– Кузена не имеется тоже, но имеется лучший друг, – просияла Хелен: направление мыслей подруги было ей очень по душе.

– Тот высокий пират с бородой и косой? – уточнила Энн.

– Стайн. Стайн Хаврюд. Капитан флотилии моего мужа, – с добродушной усмешкой подтвердила Хелен. – Ты, должно быть, встречала его в церкви до моего приезда?

– Я никогда не видела, чтобы он посещал воскресную службу… Только твоего мужа и герцога Найтингейла с женой… Она такая красивая, такая яркая! – Энн мечтательно улыбнулась.

– А еще добрая и заботливая, – мягко добавила Хелен. – Но продолжай же: где и как ты встретила мистера Хаврюда?

– Это было в марте, в одном из кафе в центре города. Они сидели там все четверо и пили кофе. Мы с отцом и Джулией тоже были там, и мистер Нордстранд представил нам своего друга… Признаюсь, он ужасно напугал меня в ту встречу, – поведала Энн. – Но, прошу, не настаивай на его кандидатуре.

– Не буду. Я понимаю тебя: в день моего приезда в дом мужа, меня и отца встретил мистер Хаврюд, и я приняла его за Бьорна-Магнэ… – Хелен прикрыла губы ладонью, чтобы не засмеяться: потешаться над Стайном было бы жестоко и недостойно – он был верным другом ее супруга, а значит, верен и ей. – Но он не так уж плох. Правда, он много ест. Очень много. Эти норвежцы без ума от рыбы, а значит, моя дорогая Энн, на балу тебя ждут масса рыбных блюд.

– Я так рада, что ты устраиваешь этот бал. После того, как ты в первый раз появилась в церкви, вся округа говорила только о тебе, – поведала Энн.

– Вся ли? – Хелен хитро улыбнулась.

– Вся. Но, конечно, мнение буржуа и аристократии разошлись, – тихо сказала Энн. – Ты знакома с миссис Нилман?

– Можно и так сказать, – улыбнулась Хелен.

– Она пригласила подруг-аристократок в свой салон, и они обсуждали твой бал… И договорились, что, когда придут ваши приглашения, они даже не почтут вас вежливым отказом. – Энн покачала головой. – Только подумай!

– Как жаль, что такой радостной возможности у них не появится. – Хелен наигранно вздохнула, но затем устремила на подругу заговорщический взгляд: – Потому что ни одна из этих жаб приглашения на мой бал не получит!

– О, это будет самым настоящим скандалом! – всплеснула руками Энн и засмеялась. Затем, уняв смех, она протянула Хелен ладонь, и та с улыбкой приняла ее. – Но мне нужно ехать домой. Мой отец пригласил на ужин одного из своих клиентов, и надеется, что, проведя время в моей компании, наш гость упадет на одно колено и предложит мне брак.

– В таком случае, не смею задерживать тебя. Но погоди минуту: я прикажу насобирать себе яблок и ежевики. Но, Энн, не чувствуешь ли ты, что твой отец давит на тебя? Желаешь ли ты выйти замуж? – осторожно спросила Хелен, помня о том, что ее саму никогда не спрашивали о том, желает ли она становится замужней дамой или нет – ее поставили перед фактом, который она, беспомощно, приняла.

– О, я не против брака, нет. Но это должен быть приятный, опрятный и достойный мужчина, – спокойным тоном ответила на это Энн. – Поэтому, если тебе такой мужчина знаком, прошу, – представь нас друг другу.

– Обязательно, – пообещала Хелен и пожала ладонь подруги.

Вскоре Энн уехала с полной корзиной яблок и с большим лукошком ежевики. Хелен помахала вслед карете подруги и, довольно улыбнувшись, направилась в дом. Когда она подошла к двери, до ее ушей донесся отдаленный цокот копыт, и это заставило ее обернуться: к хозяйскому дому Мидскуг-Манор приближалась незнакомая, красивая карета, заправленная двойкой серых лошадей.

«Гости? – удивилась Хелен, не смея войти в дом и оставаясь стоять спиной к двери. – Должно быть, кто-то из знакомых моего мужа. Возможно, новый клиент? Что ж, нужно найти Бьорна-Магнэ и сказать, чтобы сейчас же сменил свои лохмотья на костюм.»

Лошади замедлили шаг. Карета остановилась едва ли не у входа в дом.

Хелен терпеливо ждала, улыбавшись своей фальшиво-дружелюбной улыбкой. Но эта улыбка померкла в тот же миг, когда Хелен увидела, кто вышел из этой незнакомой кареты.

– Что вы здесь делаете? – одними губами, не понимая, что происходит, сказала Хелен.

Все ее существо охватил страх.

Пальцы вцепились в складки платья.

Сердце громко застучало.

– Не путешествие, а самое настоящее мучение! – услышала Хелен такой знакомый голос, который, однако, она желала бы забыть и больше никогда не слышать.

– Что делать с багажом, мадам? – вежливо осведомился кучер, привезший сюда свою хозяйку.

– Занеси его в дом. Здесь живет моя дочь… – Миссис Валент, одетая в темное дорожное платье, обвела несколько брезгливым взглядом фасад дома и только затем заметила Хелен, смотрящую на нее с неверием и отторжением в глазах. – А вот и она сама… – Миссис Валент вскинула подбородок и твердым шагом направилась к дочери. – Хелен! Прикажи прислуге приготовить для меня лучшую гостевую комнату! И подай мне ланч! Ну же,