Проклятие судьбы - Джеймин Ив

на колени и взяла сэндвич Хантера. Я развернула его с одной стороны, подогнув бумагу под основание, чтобы ничего не капнуло на его дорогой костюм. Когда я протянула сэндвич ему, он приоткрыл губы, сверкнув белоснежной улыбкой, от которой по моей груди разлилось тепло и потекло ниже.

Этот альфа был опасно сексуален, даже когда делал самые простые вещи.

— Дай мне только проехать эту пробку, — сказал он, бросив взгляд сначала на лобовое стекло, а потом снова на меня.

Пытаясь сократить время, на которое он отвлекается от дороги, я поднесла сэндвич к его рту. Запах Хантера усилился, и когда наши взгляды встретились над зависшим между нами сэндвичем, по моей коже пробежал электрический разряд, такой сильный, что я рисковала прожечь в его сиденье еще одну дыру.

Я не была уверена, примет ли он мое угощение, но он приоткрыл губы, и когда эти сильные, хищные зубы впились в хлеб, вся кровь в моем теле устремилась вниз.

Ох, трахни меня.

Он медленно жевал, не сводя с меня глаз, и каким-то чудом не врезался в столб, как это наверняка сделала бы я. Бессознательным, автоматическим движением я снова поднесла к нему сэндвич, и, клянусь, золото в его глазах стало расплавленным. Оно прожигало меня насквозь.

— Маленькая омега, — прохрипел он. — Ты — аномалия, появления которой я не предвидел и к которой никак не мог подготовиться.

«Аномалия» звучало не очень-то лестно, особенно для такого помешанного на контроле человека, как Хантер, который, должно быть, презирает все, что нарушает его привычный распорядок.

Так почему же он не выглядел недовольным?

Он доел свой завтрак за несколько больших укусов, а я, стараясь не замечать дрожи в руках, аккуратно свернула вощеную бумагу. Я не была уверена, что смогу доесть свой сэндвич из-за бури, поднявшейся внутри, но Хантер так посмотрел на мои колени, что я снова принялась за еду.

На вкус сэндвич был как картон, но я съела все до последнего кусочка, запивая кофе.

Это был лучший мокко, который я когда-либо пробовала, но ничто не могло сравниться с запахом Хантера, окутывавшим меня в машине.

Хантер свернул на парковку у огромного синего здания, обшитого вагонкой, с вывеской «Голден Фин» наверху. В логотипе с одного конца был рыболовный крючок, а с другого — якорь. Главные двери были закрыты, и на стоянке стояло всего несколько машин.

— Ресторан открывается на обед и ужин, — сказал Хантер, глуша двигатель. — Мы находимся прямо на пристани, так что это отличное место для семейных праздников, свиданий и корпоративов.

Я заметила воду, когда он заезжал на парковку, и подумала, что это прекрасное место для ресторана морепродуктов.

Когда мы вышли, я забрала наш мусор, потому что Bentley не заслуживал, чтобы с ним обращались как с мусорным ведром. Хантер забрал его у меня, и я вспомнила, как Келлан не позволял мне нести свой собственный багаж. Похоже, ни один из альф не считал, что я способна сама таскать свои вещи, и это раздражало, потому что я никогда ни на кого не полагалась.

Их отношение ко мне выбивало из равновесия, и я ему не доверяла.

Они слишком старались, переигрывали, и рано или поздно их истинная натура проявится.

— Служебный вход, — сказал Хантер, жестом приглашая меня войти первой. — Это не самый шикарный ресторан в Голден-Кло, потому что мы хотим быть доступными для любого бюджета и повода поужинать вне дома.

— В таких местах мне больше всего нравится работать официанткой, — призналась я. — В некоторых забегаловках посетители были слишком грубыми, а для чего-то сверхэлитного у меня недостаточно подготовки.

— В каких забегаловках? — отрезал он, резко останавливаясь.

— Слишком много, чтобы всех упомнить.

Хантер фыркнул, но оставил эту тему, проведя меня в небольшую раздевалку.

— Здесь уже должен быть шкафчик с твоим именем. — Он пробежался взглядом по темно-синим металлическим дверцам, пока не нашел нацарапанное на наклейке с ошибкой имя «Эмелин». — Можешь оставить здесь пальто и телефон.

Телефон все утро не покидал моего кармана, но я хотя бы не забыла его зарядить.

После того как я убрала свои вещи, мы с Хантером оказались на кухне, которая гудела, как улей. С полдюжины сотрудников сновали туда-сюда, полностью поглощенные подготовкой, но когда они заметили альфу, все стихло.

К нам подбежал оборотень и склонил голову.

— Альфа Хантер, мы не ждали вас раньше чем через час.

Это был бета, на несколько дюймов выше меня, с приятным, но ничем не примечательным лицом и густыми волнистыми каштановыми волосами, собранными в пучок на макушке.

— Брэдли, — холодно поприветствовал его Хантер. — Я привел вашу новую сотрудницу.

Брэдли бросил на меня короткий взгляд с приветливой улыбкой на губах.

— Вы, должно быть, Эммелин. Рады видеть вас в команде. Я сегодня менеджер зала, так что вы будете ходить за мной, пока я введу вас в курс дела.

Рычание Хантера заставило его резко обернуться.

— Только помни свое место, бета, — предостерег он. — Никто не прикасается к Эмми.

Брэдли отступил на пару шагов, выставив руки перед собой.

— Конечно, нет. Это само собой разумеется.

Хантер еще несколько секунд давил на него своим авторитетом — дольше, чем было необходимо, но свою мысль он донес предельно ясно.

— Кто-нибудь из нас заедет за тобой в конце смены, — сказал мне альфа, направляясь к выходу. — Не выходи из этого здания одна.

Меня взбесил этот приказ, но я снова решила не вступать в бой без веской причины.

— Поняла, сэр.

Губы Хантера дрогнули, когда я назвала его слегка насмешливым титулом, но он даже не улыбнулся.

— Будь умницей, маленькая омега. — Он повернулся, чтобы уйти, но остановился у самой двери. — Ах да, Брэдли…

Бета тут же подобрался, наклонившись к боссу.

— Ее имя пишется с двумя «м». И, блядь, больше не забывай.

Он ушел прежде, чем менеджер успел ответить, хотя я не могла не заметить, как напряглись черты лица Брэдли. Как только мощная энергетика Хантера покинула здание, бета расслабился.