Шторм ярости и мести - Мелисса Рёрих

Тесса остановилась в нескольких футах от Теона, слегка запрокинув голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

— У твоего отца есть место в Районе Развлечений в Подземелье. Поговори с Альфой и Бетой и прихвати побольше монет.

Ничто из того, что она сказала, не имело смысла. У его отца не было никаких владений в районе Развлечений, а Альфа и Бета, заправлявшие там, были непостоянны. И им нельзя было доверять. Они предадут союзника ради более выгодного предложения в мгновение ока.

Позади нее вспыхнул портал. Тесса развернулась, чтобы уйти, но замерла перед самым шагом. Глядя через плечо, она добавила:

— Чтобы ты понимал — это одолжение для него, а не для тебя. Потому что мне он, вообще-то, тоже был не безразличен.

И она исчезла.

— Лука, подожди. Дай мне объяснить, — начал Теон, видя, как его друг гасит пламя, которое все еще горело в его руках. Почти так, словно он забыл о его существовании.

— Мне нужно проследить, чтобы она ничего не разнесла, — ответил тот, прежде чем раствориться в воздухе.

Теон сжал переносицу большим и указательным пальцами, зажмурившись. Он глубоко вдохнул, задержал дыхание на несколько секунд и резко выдохнул.

— Я так понимаю, это была Тесса, — осторожно начала Элиза. — Но тот мужчина был…

— Мой Хранитель, — сказал Теон, открывая глаза и встречаясь с потрясенным взглядом Разика. — И если верить твоей королеве: он еще и твой брат.

ГЛАВА 14. Тесса

Она ступила на берег реки Уинфелл, протекающей прямо у стен Акрополя в королевстве Ариуса. Тесса не знала, зачем пришла сюда. Разумнее было бы вернуться во Фавен, но ее сила все еще была слишком мятежной и злой, и она никак не могла взять ее под контроль.

Ее босые ноги утопали в наметенном снегу, но она не чувствовала холода, который пытался пробраться до самых костей. Подол платья мгновенно промок, влажная ткань липла к голеням и лодыжкам. Нити света все еще обвивали ее руки, грудь, живот. Каждый шаг отдавался эхом молний. И, хотя признаться в этом было некому, но Тессу начинал пугать тот факт, что она не может обуздать эту мощь.

Бесполезная.

Вот кем она была с этой силой. Совершенно бесполезной.

Да, она сильнее Теона. Да, у нее была теория, что она — самое могущественное существо в Девраме, но в итоге она бы проиграла тот бой с Теоном. Все, что он делал — это защищался. Та малая часть силы, которую он применил против нее, не была пределом его возможностей. Это было очевидно по тому, как он позволял магии проявляться вокруг себя, и это было… упоительно. Это было единственное слово, которым она могла описать Теона, окруженного клубами тьмы, с широко распахнутыми теневыми крыльями. Она не могла оторвать глаз.

А ее магия?

Боги… ее сила хотела его так же сильно, как и она сама, и Тесса пыталась взять свое. Она бросалась на него, обрывая любые поводки, на которых Тесса пыталась ее удержать. Теон отвечал ударом на удар, управляя своей тьмой с точностью и мастерством, которые она не могла даже вообразить. Это не должно было ее удивлять. Его целью был контроль над всем миром. Разумеется, он полностью овладел своей магией еще до того, как ему исполнилось тридцать. Он ведь был ненамного старше ее. Лет пять, не больше. Она определенно не могла использовать оправдание, что ее сила масштабнее, когда только что видела то, что даже не могло быть его максимумом. Что было бы, если бы он в конце концов начал черпать силу из нее?

Между пальцами ног хлюпала грязь. Она протоптала тропинку там, где мерила шагами берег частично замерзшей реки. Ее платье теперь было не только мокрым, но и грязным. Сила все еще кружила вокруг нее. Обычно ей нравилось, когда магия вела себя так. Это давало чувство безопасности и защищенности. Ей не нужно было зависеть от чьей-то защиты. У нее был ее свет. Это все, что ей было нужно. Но сейчас она чувствовала… Хаос.

Потеря контроля.

Импульсивность.

Дикость.

Желание просто сдаться, позволить магии окончательно взять верх, было настолько сильным, когда она корчилась в ее душе, требуя все больше и больше. Забирая то, что хотела. Она вспомнила, как Теон однажды сказал ей: если она позволит, магия поглотит ее, пока ничего не останется.

«Ничего не останется» звучит не так уж плохо…

Эта мысль крутилась в голове, пока она медленно поворачивалась к реке. Вода у берегов замерзла, но течение посередине было неистовым, оно ломало куски льда на ходу.

Сможет ли она вообще утонуть? Это вообще убьет дочь бога?

— Нет, Тесса, — раздался рык через их связь.

В то же время темный голос произнес:

— Только попробуй, маленькая буря.

Она тряхнула головой, звуки их голосов утихомирили хаотичные мысли. Она не хотела пересекать Завесу. В какой-то момент жизни, возможно, но не сейчас. Во всяком случае, не в большинстве дней.

— Что это у нас тут? — раздалось воркование, заставившее Тессу обернуться. — Маленький Источник там, где ей быть не положено?

Она наблюдала, как из тени выскользнула высокая костлявая фигура в каком-то длинном плаще. Капюшон был поднят, скрывая лицо от солнца. На самом деле, не было видно ни дюйма плоти, что только подтвердило догадку Тессы: это было Дитя Ночи.

— Я не Источник, — парировала она; свет начал собираться в ее руках, искрясь энергией.

— Может, и не для Лорда Ариуса, но ты точно Источник чего-то, — ответил он, подкрадываясь ближе.

— Кто тебя послал? — потребовала она ответа, помня слова Теона о том, что вампиров часто нанимают как наемников.

Мужчина недовольно цокнул.

— Ты же знаешь, я не могу предать нанимателя. Даже если бы захотел, метка сокрытия не даст мне вымолвить ни слова.

Звук хрустящего под ногами снега заставил Тессу обернуться — появился еще один вампир. И еще один. И еще. Это было как в Подземелье, только на этот раз она была одна.

Сердце колотилось, пока они смыкали кольцо; сила вибрировала вокруг нее. Она изрядно потратилась с Теоном, и теперь магия была готова пировать и восполнять запасы. Она не контролировала ее, и часть ее души была не против. Ее свет вспыхнул в широком радиусе. Дети Ночи зашипели и отпрянули.

— Он предал свой народ, заключив связь с тобой, — прошипел предводитель группы. — Десять лет они проповедовали нам свободу. Говорили, что видят в нас нечто большее, чем остальной мир. А потом он приводит