Шторм ярости и мести - Мелисса Рёрих

— А ты чем-то отличаешься? — парировал он. Его магия осторожно вплеталась в ее свет.

— Почему все продолжают попрекать меня этим?! — вскипела она, и Теон замер: ленты света начали стремительно обвивать ее руки.

Воздух вокруг нее зашевелился, заряжаясь хаотичной энергией, и следующие слова она сказала скорее себе, чем ему:

— Они сами сделали меня такой. Они пытались сделать меня незначительной. Слишком дикой. Слишком импульсивной. И теперь, когда я присоединяюсь к ним? Становлюсь монстром? Одной из них? — ее взгляд снова впился в него. — Я именно то, чем ты хотел меня видеть, — в ее голосе прозвучали безумные нотки. — То, кого они боятся так же сильно, как тебя.

— Вместе, красавица. Я хотел, чтобы они боялись того, кем мы станем вместе, — поправил он.

Все в нем пришло в состояние повышенной готовности, когда в воздухе вокруг нее заплясали искорки, похожие на золотую и серебряную золу. Или, возможно, это были тлеющие угли.

— И не ценой моего народа. Не ценой жизни Акселя.

— Ты сам сделал меня такой, Теон, — рявкнула она, вскакивая на ноги. Она вырвала кинжал из стола, искры энергии посыпались по золотому лезвию. — Ты и Лука. Твой отец. Мать Корделия. Все это гребаное королевство. Вы не имеете права выбирать злодеев. Вы не имеете права выбирать жертвы.

— А ты имеешь?

— Это то, чего требует от меня Судьбы, — резко ответила она.

— Судьбы не имеют права владеть тобой, Тесса.

— А ты имеешь? — передразнила она.

— Твои слова о том, что это судьба, ничем не отличаются от слов Лордов и Леди о том, что предназначение фейри — служить, — сказал он.

Его тьма просачивалась в свет все сильнее.

Смех Тессы прозвучал резко.

— Ты хочешь сказать, что внезапно поверил в то, что у фейри должен быть выбор, Теон Сент-Оркас?

Говорил ли он это на самом деле?

Дни были такими загруженными и беспокойными, что у него едва хватало времени поговорить с Корбином и Лэнгом о том, что им известно, а когда удавалось — они говорили туманно. Это само по себе бесило, но он пытался…

Выстроить доверие, что ли?

Он не знал.

Во всем этом он уже не был до конца уверен, во что верить. Но он знал, что ему нужно защитить свое королевство и невинных людей, которые даже не подозревают, что вот-вот станут жертвами в войне, о которой они даже не знают. Он верил в это так же сильно, как она верила в то, что ее цель — разрушить все до основания.

Нам всегда было суждено уничтожить друг друга.

Он отбросил эхо ее слов и, сменив тактику, сказал:

— Я говорю, что это кажется трусостью — не заботиться о ком-то, кто так сильно заботился о тебе. И чтобы мы друг друга правильно поняли, я сейчас говорю об Акселе.

Это уточнение заставило ярость на ее лице застыть.

— О, продолжай, — промурлыкала она. — Расскажи мне еще, какая я трусиха.

Он заставил себя сдержать эмоции еще немного, чувствуя, как его тьма осторожно освобождает запястья от ее света.

— Он сражался за тебя, Тесса! — рявкнул он. — Он дал тебе время сбежать от Павила и Матиаса. Он пытался спасти тебя в ночь церемонии Проявления. Он бежал вместе с тобой, и… Ему было, блядь, не все равно, а тебе — явно наплевать.

Он освободил руки как раз вовремя, чтобы остановить выброс силы, который она в него швырнула.

Тьма встретилась со светом.

Он почувствовал силу этого столкновения, когда оно разошлось волной, но сумел устоять на ногах. Тьма мгновенно окутала его подобно броне. Тесса могла быть сильнее него, но это не значило, что она может легко его одолеть. Он никогда по-настоящему не давал ей отпор. И из-за этого она, похоже, решила, что победа над ним не потребует усилий. Ее потрясение от того, что он освободился от пут, было тому доказательством.

Его тьма потекла по полу густым чернильным туманом по колено. Появились его теневые крылья, широко распахнувшись за спиной. Теон знал, что его глаза сейчас больше черные, чем зеленые. Черные сферы парили возле его рук, готовые выпустить оружие из карманного измерения, а магия пульсировала в ладони, ожидая приказа.

А Тесса смотрела на него, широко раскрыв глаза. Ее щиты упали, и он смог ее почувствовать. В ней не было ни капли страха. Нет, все, что он чувствовал, было…

Желанием? Этого не могло быть.

Но на него смотрел благоговейный трепет. Ее магия казалась такой же завороженной, как и она сама. Нити света потянулись к его тьме. Он позволил своей силе подняться навстречу ее силе, дразня и искушая. Магия Тессы хотела того же, чего и она сама, и Теон не был удивлен.

Сила всегда будет тянуться к силе, и, несмотря на ее присутствие в этом мире. Теон все еще оставался одним из самых могущественных из представителей Наследия в Девраме. Это был первый раз, когда он позволил ей увидеть всю полноту своих даров.

— Нравится то, что видишь, красавица? — спросил он, понимая свое превосходство. Ее сила по-прежнему искала его.

— Нет! — но это прозвучало прерывисто.

Глаза Тессы все еще блуждали, медленно скользя по его телу и задерживаясь. Через связь определенно шло желание и потребность. Ее магия была в вибрирующем неистовстве, которое он физически ощущал.

— Ты ведь лгала мне той ночью, правда?

— Что? — спросила она, завороженная магией вокруг.

Теон сразу понял, что если он не выведет ее из этого состояния в ближайшее время, у него будут проблемы посерьезнее. Ее магия поглотит ее, а по словам Луки, она так и не научилась ее контролировать.

Он сделал шаг к ней, произнося:

— Никто больше не касался тебя после меня. Не было никого между твоими бедрами… ничьих рук на твоем теле… ничьих губ на твоих…

— Ты ошибаешься, — сказала она, и он почувствовал рывок, когда магия попыталась вернуть Тессу себе.

— Неужели?

— Да, — отрезала она, наконец встретившись с ним взглядом. — Буквально вчера я целовалась с другим. Разве не для этого ты прислал его ко мне?

Он замер.

Лука поцеловал ее?

Ее улыбка стала шире, и он почувствовал, как ее сила взметнулась в ответ.

А затем он почувствовал рывок своей собственной силы.

Он цокнул языком, погружая тьму в ее магию.

— Думаешь, все будет так просто, умная буря?

Тесса нахмурилась, магия снова взметнулась, а на ее лбу пролегла морщинка от концентрации. Она была так сосредоточена на попытке забрать его магию, что не почувствовала, как