Запретные игры - Виктория Вашингтон

Когда я вхожу в знакомый коридор, все внимание обращается на меня. Но я не останавливаюсь, шаг за шагом приближаясь к своему классу.

В моей голове крутится множество мыслей, и я понимаю, что предстоит сложный день. Однако я решена не дать слухам и разговорам мешать моему возвращению в школу.

Проходя мимо знакомых лиц, я чувствую на себе их взгляды и слышу шепот. Но я смотрю прямо вперед, не позволяя сомнениям и страху овладеть мной. Моя решимость только укрепляется, когда я вижу знакомых, которые улыбаются мне и поддерживают в этот нелегкий момент. Я знаю, что не одна, и это дает мне силы.

Поднимаясь по лестнице к классу, я чувствую, как сердце стучит сильнее. Но когда я открываю дверь и вижу улыбки своих одноклассников, я понимаю, что все будет хорошо. Я занимаю свое место за партой и готовлюсь к урокам, чувствуя, что новая глава моей жизни только начинается. Я готова принять вызовы, которые принесет мне этот день, и двигаться вперед, несмотря ни на что.

То, что произошло за последние несколько месяцев, изменило мою жизнь навсегда. Я больше не та девушка, которая была раньше, но я чувствую, что стала сильнее и увереннее. Я знаю, что передо мной еще много трудностей и испытаний, но теперь я знаю, что у меня есть люди, которые всегда будут рядом и поддержат меня в любой ситуации.

— Вернулась? — слышу знакомый голос, когда после урока стою возле шкафчика.

— Да, — ощущаю внутреннюю дрожь, когда поворачиваюсь к Давиду и тяну губы в улыбке.

Немиров сам отсутствовал в городе больше нескольких месяцев. Его мама перенесла множество операций, которые наконец-то дали результат.

Мы с ним часто переписывались и поддерживали друг друга, но не виделись.

Мне нужно было время.

Смогла ли я понять его поступок? Да. Простить? Отчасти.

Я все время пыталась поставить себя на его место и постоянно приходила к выводу, что поступила бы точно так же, если бы дело касалось здоровья мамы или Ромы.

Да и зачем далеко ходить, если изначально я сама использовала Немирова исключительно в собственных целях, для своей защиты?

— Ты помнишь, что должна мне кое-что? — спрашивает он.

Стал ещё более широким и подкаченным за это время.

— Например? — вопросительно приподнимаю бровь, ощущая тот самый трепет, что и раньше, в его присутствии.

— Вальс, — ухмыляется он. — С конкурса ты сбежала. Прошу возместить это на выпускном.

— Хм, — закусываю губу, ощущая волну тепла, прошедшую мурашками по телу. — Я могу подумать?

— Думать можешь, — кивает он. — Но отказы не принимаются.

— Вот как, — смеюсь. — А ты нахал.

— Я тебе больше скажу, — он подмигивает и берет меня за руку. — Ты по прежнему моя девушка, Дарина. Никакого окончания отношений я не принимаю. Ты стала ею ещё четыре месяца назад и ровно с того момента так для меня было всего.

Щеки заливаются румянцем и именно в этот момент, Давид прижимает меня к себе и целует в макушку.

— Я безумно скучал, — шепчет мне на ухо. — Ужасно словно так долго не видеть человека, в которого так сильно влюблен.

— Я тоже скучала, — произношу едва слышно то, что чувствую каждой клеточкой тела. — Слишком сложно, — увилисто проговариваю я.

Но Давид все понимает, так как в эту секунду прижимает к себе ещё сильнее. Так, что аж воздуха не хватает.

Встречая новый день в своей школе, я понимаю, что прошлое уже позади, и передо мной открывается целый мир возможностей. Я принимаю все изменения в своей жизни с открытым сердцем и готова к новым вызовам и приключениям, которые ждут меня. Я готова идти вперед с уверенностью и силой. Новая жизнь начинается сейчас, и я рада принять все, что она принесет мне.

Иногда жизнь преподносит нам испытания, с которыми, казалось бы, невозможно справиться. Но теперь я знаю наверняка, что после них наступает награда.

Все поменялась настолько, что я даже предположить себе не могла, что нечто подобное возможно. Но то, насколько счастлива я была в данном моменте, стоило каждой из пройденных трудностей, бессонных ночей, и уничтоженных нервных клеток.