Измена. Новая жена дракона - Адриана Вайс

желанием исполнить приказ нашего господина. А, значит, и судить его не может никто другой, кроме нашего господина. Поэтому, если Эктор Форес, занимающий должность командира гвардии, продолжит игнорировать приказы господина, мне не останется ничего другого, как…

В голосе Конрада прорезается сталь, а его глаза опасно блестят.

– …освободить его от этой должности, – заканчивает он настолько ледяным голосом, что меня бьет озноб.

Даже не смотря на их разницу в габаритах, у меня складывается уверенность в том, что Конрад ясно отдает отчет в собственных словах. Более того, это же понимают и стоящие рядом с ним гвардейцы. Потому что некоторые, пусть и с опаской, но тоже обнажают оружие и наводят его на гиганта.

Неужели, мы спасены?

Но гигант бешеным взглядом обводит взглядом тех, кто навел на него мечи и яростно ревет:

– Уничтожить мятежников! Всех до одного! За голову каждого я лично выплачу двойное жалование!

Мое сердце, которое и так трепыхается от ужаса, останавливается окончательно и камнем летит вниз. На секунду у меня все-таки появляется робкая надежда, что гиганта никто не послушает, но…

Стоит ему сказать про деньги, как остальные гвардейцы тоже обнажают оружие и направляют их кто на нас с Раулем, а кто на Конрада с остальными. И гвардейцев, которые решили послушать гиганта, оказывается больше.

Бывшие товарищи с оружием в руках замирают в руках замирают, напряженно всматриваясь в глаза друг другу. Мне кажется, будто время останавливается, а я слышу звенящее напряжение, которое повисло в воздухе.

А потом, замершее время резко набирает бег.

Неизвестные, которые подбирались к нам по коридору, вдруг с грохотом врезаются в запертую дверь. Оглушительный в гробовой тишине звук срабатывает как спусковой механизм и замершие друг напротив друга гвардейцы, с пронзительными криками, кидаются на бывших соратников.

Звенящая тишина моментально наполняются истошными возглазами, лязгом стали и все тем же грохотом, с которым неизвестные ломают запертую дверь.

Уго в панике прижимается ко мне, а я сама едва могу соображать. Разум плывет от страха и непонимания что мн еделать. Я буквально оказалась меж двух огней, где с одной стороны неизвестные, перекрывшие единственный путь к отступлению, а с другой, гвардейцы Маркоса, которые сцепились между собой.

Но самый большой ужас в меня вселяет лысый гигант, который с яростным ревом орудует своим громадным топором, раскидывая всех на своем пути и направляясь… прямо к нам!

– Уничтожу! – ревет он, словно безумный, подбираясь все ближе и ближе.

И в тот момент, когда между нами остаются считанные шаги и Рауль кидается на него с одним коротким мечом, мое сознание не выдерживает.

Вокруг все разом темнеет и начинает заваливаться на бок. Оглушительные звуки, которые тупой болью отдаются во всем теле, резко затихают, а я чувствую как проваливаюсь в мутное забытье.

Но даже так я ощущаю мучительное беспокойство, а где-то вдали улавливаю отголосок чего-то теплого и родного. Смутно похожего на яркое пламя, которое вот-вот охватит яростным огнем все вокруг.

И на секунду, я ловлю себя на мысли, что не против этого. Не против, чтобы я прикоснулась к этому пламени, ведь только оно по-настоящему способно защитить меня.

Но это пламя вдруг резко отходит на второй план, а я чувствую, будто меня трясут.

С трудом открываю глаза и понимаю, что я… на руках?

Вскидываю голову и встречаюсь взглядом с Раулем. Он бежит вверх по винтовой каменной лестнице, бережно держа меня на руках. А рядом с ним несется взволнованный Уго.

– Госпожа… вы очнулись? – срывается на полушепот из-за сбитого дыхания Рауль.

– Да… где мы? Где тот гигант?

Лицо Рауля дергается, а взгляд становится настолько яростным, что просто обжигает. Выскочив на площадку между этажами, Рауль кидает взгляд за спину, а потом неохотно отвечает:

– Конрад его задержал, чтобы выиграть нам время.

Грудь моментально сдавливает от боли. Я сразу понимаю что так гложет Рауля, потому что сама не хотела бы, чтобы Конрад пострадал.

Если уж на то пошло, я бы очень хотела, чтобы вообще никто здесь не пострадал. Не для того женщины рождают детей, не для того матери их растят, чтобы они сражались друг с другом.

Но, к сожалению, это зависит не от меня.

Я тяжело сглатываю и уже хочу попросить Рауля опустить меня на землю, как со спины раздается странный шум. Я успеваю заметить только то, что Уго вдруг с криком “Берегись!” кидается в сторону.

А потом происходит что-то непонятное.

Мы с Раулем летим на ледяной каменный пол. Я в ужасе выставляю перед собой руки, больно ударяюсь ладонями. Меня разворачивает и отбрасывает дальше. Кубарем лечу, обдирая запястья и локти, не в силах остановить падение. Врезаюсь спиной в стену, отчего дыхание перехватывает, из горла вырывается болезненный хрип, а перед глазами мельтешат бордовые пятна.

Сквозь эти мельтешащие всполохи не сразу нахожу Рауля, который лежит на животе поодаль. По лбу у него сползает капля крови, его глаза полузакрыты, но при этом, он тяжело упирается ладонями в пол, пытаясь подняться.

А над ним возвышается израненный гигант. Он вонзает испепеляющий взгляд в Рауля.

– Думали от меня сбежать?! – грохочет он, – Вы только продлили свою агонию!

Он наклоняется над Раулем и меня меня бросает в жар от осознания того, что сейчас хочет сделать гигант. Сердце тут же заходится болью, наружу вперемешку с хрипами, вырывается отчаянное:

– Рауль… не смей его трогать!

Гигант замирает, так и не коснувшись Рауля и медленно поворачивает голову в мою сторону. На его лице снова появляется тот самый кровожадный оскал, с которым он смотрел на меня внизу, в подвале, и от которого тело сковывает ужас.

– Как скажешь. Тогда, я начну с тебя.

Одним неуловимым рывком, что неожиданно для его телосложения. гигант оказывается возле меня. Хватает меня обжигающе горячими пальцами за горло и без труда поднимает на вытянутой руке.

Горло будто тисками сжимают. Тупая боль заполняет сознание, грудь разрывает от нехватки воздуха, безумная паника накрывает меня с головой.

– Отпусти ее… – раздается за спиной гиганта слабый голос Рауля, – Зачем она тебе нужна?

– Мне до нее нет никакого дела, – не сводя с меня кровожадного взгляда, внезапно отвечает гигант, – Но моя нанимательница готова заплатить за ее голову целое состояние. Так что, даже хорошо, что вы скрылись от меня тогда, в карете. За это время цена на вас только выросла.

Глава 38

Не знаю