Столкновение - Э. К. Хантер

не могла удержаться, чтобы не высунуть язык и не облизать нижнюю губу, наблюдая, как пот стекает по его крепким грудным мышцам, которые поднимались вверх и опускались, пока он пытался восстановить дыхание. Я опускаю глаза на его твердый пресс. Татуировки покрывали его сильные руки, от плеч до запястий и по всей груди, все рисунки черными чернилами.

Пока мои глаза блуждали по его крепкому телу, я задавалась вопросом, на что было бы похоже пробежаться по нему руками или даже языком …

— Босс, извините, что прерываю, но Райли хотела с вами поговорить, — сказал Хендрикс, вырывая меня из моих неуместных мыслей и бросая прямо под автобус. В голосе этого ублюдка все еще слышался оттенок юмора, отчего мне захотелось ткнуть его локтем в ребра.

Было очевидно, что он думал, что у меня будут неприятности из-за того, что я потревожила Кая, и это заставило меня ненавидеть Хендрикса еще немного больше.

Рычащее лицо Кая смягчилось, прежде чем он зубами расстегнул ремешок на одной из своих боксерских перчаток. Как только он снял ее, он расстегнул другую и бросил перчатки на ринг, забыв о груше за спиной. Он выбрался из ринга и устремился к нам, отчего бабочки в моем животе ожили.

Моя челюсть отвисла от пола при виде Бога, марширующего ко мне. Мне следовало бы сгоряча вернуться в свою комнату и рассыпаться в извинениях за то, что побеспокоила его, но я не могла пошевелиться. Мои ноги словно приклеились к месту, а глаза практически вылезли из орбит, все логические мысли вылетели из головы.

Никогда в жизни у меня не было такой интуитивной реакции на мужчину, он был чем-то не от мира сего, и я знала, что буду фантазировать об этом моменте неделями, если не больше, месяцами, впереди.

Не то чтобы я, конечно, сказала ему это.

— Все в порядке? — он спросил, когда подошел к нам, его голос был удивительно мягким и не вязался с тем, как он ворвался к нам.

Его вопрос был адресован мне, едва обращая внимание на Хендрикса, и он действительно выглядел так, словно был искренне обеспокоен.

— Э-э... я... эээ.

Гребаный ад.

Я думаю, у меня случился инсульт или что-то в этом роде, потому что я потеряла способность говорить. Я не могла думать ни о чем, кроме чертовски сексуального мужчины, стоящего рядом со мной, тепло которого исходило от его потного тела.

Обеспокоенный взгляд Кая сменился с озабоченного на веселый, и он мотнул головой в сторону Хендрикса, выпроваживая его из комнаты. Краем глаза я увидела, как глаза Хендрикса расширились от того, что его проводили, но, как послушный маленький ягненок, которым он и был, он повернулся и вышел, хлопнув за собой дверью.

Я не могла не быть немного самодовольной. Думаю, это все-таки будут не мои похороны.

Как только дверь закрылась, Кай поднес руку к моему подбородку и нежно закрыл мне рот.

— Тебе там хорошо, звездочка? — спросил он, и его темные глаза загорелись весельем. Прикосновение его влажной руки к моей разгоряченной коже послало легкое покалывание удовольствия прямо в мою сердцевину.

Я не была уверена, его прикосновение или упоминание моего сценического псевдонима вывели меня из-под чар, которые временно наложили на мой рассудок, в любом случае, я прочистила горло и сделала крошечный шаг назад, заставив его руку опуститься.

— Э-э, да. Извини, что побеспокоила тебя, я просто... - какого черта мне захотелось снова с ним разговаривать? Боже, мне нужно было взять себя в руки.

— Тебе не нужно извиняться, Райли, ты можешь побеспокоить меня в любое время, — тепло ответил он.

Это было так, словно я разговаривала с совершенно другим Каем, совершенно непохожим на того, кто был в комнате со мной и Блейз, с холодным, бессердечным ублюдком, который не только выторговал освобождение Блейз в обмен на ночь со мной, но и прижал меня к стене и шептал мне на ухо гадости.

Этого парня нигде не было видно.

— Я не хотела идти с Хендриксом, — выпалила я, сразу почувствовав себя глупо.

Кай посмотрел в сторону двери, через которую незадолго до этого вышел Хендрикс, прежде чем снова встретиться со мной взглядом.

— Хендрикс — один из моих лучших людей, он не причинит тебе вреда.

— Он пугает меня. Ранее он вошел в мою комнату, даже не постучав. Я могла бы быть голой, Кай. — я была честна, но я чувствовала себя сукой из-за того, что втянула Хендрикса в это дело. В свою защиту могу сказать, что мне действительно не понравилось, что он вальсировал в моей комнате. Если он мог сделать это тогда, то мог делать это тогда, когда ему было чертовски приятно, и это заставляло меня чувствовать себя неловко.

Не говоря уже о том, как жутко он на меня все время смотрел.

На лице Кая появилось хмурое выражение, когда он воспринял мои слова, и облегчение от того, что он, похоже, воспринял меня всерьез, охватило меня.

— Я поговорю с ним, — холодно сказал он, когда его глаза снова нашли дверь, прежде чем вернуться ко мне. — Но я уверяю тебя, что это больше не повторится. У меня сегодня есть дела, о которых нужно позаботиться, вот почему мне нужно, чтобы ты поехала с Хендриксом, но я даю тебе слово, он не причинит тебе вреда.

Он взял мою руку в свою и ободряюще сжал. Это было так не похоже на человека, которого я так хорошо знала.

Что, черт возьми, происходит?

У меня вертелось на кончике языка возразить, но разве я не пообещала себе, что дам ему шанс? Все началось с того, что я научилась доверять ему.

— Хорошо.

Он некоторое время смотрел на меня, словно ожидая возражений, вместо этого я неуверенно улыбнулась ему. Только тогда я поняла, что он все еще держит меня за руку. Не то чтобы я тоже отстранилась.

— Было что-нибудь еще? — наконец спросил он, отводя наши взгляды.

— Вообще-то, да, было.

Поехали.

— Я сказала Энджел, что заберу ее игровую приставку из нашей квартиры. Она одержима этой чертовой штукой, и я думаю, что это немного облегчит ее пребывание здесь, — я выговорила, а затем затаила дыхание, ожидая какого-нибудь дерьмового требования, которое выдвинет Кай, чтобы получить чертову игровую приставку.

— Я попрошу одного из моих людей забрать его сегодня.

Подожди.

Что?

— Вот так просто? — удивленно спросила я. — Разве ты ничего не хочешь взамен?

Кай глубоко вздохнул и нахмурился. — Райли, я... - он замолчал, пытаясь подобрать правильные слова. — Нет, я ничего не