Во власти Короля Мёртвых - Мэллори Бенджамин

но сегодня на нём были нашивки. Мои глаза пробежали по каждой из них, словно чем дольше я смотрела, тем больше смысл мог внезапно открыться мне, но я понятия не имела, что они все означали.

Аррик был выгравирован на горизонтальной нашивке, которая находилась выше остальных.

На их форме, блядь, были написаны их имена.

Я не могла оторвать от этого взгляд. Вот оно. Если сегодня дракины должны были быть в официальной одежде, всё, что мне нужно было сделать, — просмотреть их грудь, и я найду имя Хаэля.

Наконец.

— Нолли, — Аррик ждал меня, и я поняла, что смотрела на него. — Иди на балкон.

— Куда ты идёшь?

Он не ответил, вместо этого оставил меня стоять одну посреди трибун, в полном окружении драконов.

Я опустила глаза, когда направилась вверх по ступеням к балкону.

Сегодня было жарко, но я поклялась, что чем ближе к вершине я поднималась, тем плотнее становился воздух. Словно драконы источали пар из своих пастей и заточали нас в своём тепле.

Кэш уже был на балконе к тому времени, как я поднялась по ступеням, и впервые он не пил.

Шезлонги всё ещё были здесь со вчерашнего дня, но столы с едой убрали.

Я направилась к перилам, у которых стоял Кэш, когда мой взгляд зацепился за что-то зелёное. Я собралась развернуться, когда он остановил меня.

— Не надо, — предупредил он. — Не смотри в глаза, иначе они сожгут наш балкон.

— Точно, — сказала я, заставляя свой взгляд вернуться к проекции, которая освещала пустую яму.

Из двухсот пятидесяти инициированных, начавших Варготи, только девяносто остались в живых после вчерашних боёв, и, по словам Кэша, сегодня было нормально потерять ещё треть от этого числа. Не то чтобы я могла видеть кого-то из них сейчас. Яма всё ещё была пуста…

— Сколько здесь драконов? — прошептала я, потому что их не казалось достаточно.

— Шестьдесят, — сказал Кэш.

Шестьдесят… это означало, что тридцать инициированных не получат дракона.

— Но это не значит, что все шестьдесят сегодня образуют Винкулум, — добавил Кэш. — Некоторые решают подождать ещё столетие, чтобы найти своего наездника.

Я старалась сохранять спокойствие, пока Кэш отвечал на мои вопросы, но, честно говоря, это было трудно. Все шестьдесят драконов сидели на вершине Купола, ожидая начала, и я полностью осознавала их присутствие.

Король Элион поднялся со своего трона на другой стороне Купола, и кто-то с Меткой проецирования звука усилил его речь, чтобы всем было слышно.

— Добро пожаловать на третий день Варготи, — объявил он, а затем перешёл к длинной тираде об истории дракинов. Половину его речи я пропустила мимо ушей, мой взгляд всё время скользил в сторону Аррика. Когда он оставил меня на нижних уровнях, я понятия не имела, куда он пошёл. Но теперь я могла видеть, как он стоит за королём Элионом. Его выражение лица было жёстким, как всегда, а спина прямой и неподвижной.

— Разве Лидер Дракинов не смотрит турнир? — прошептала я Кэшу, потому что на данный момент уже было ненормально не видеть его.

Кэш усмехнулся.

— И ты продолжаешь уверять себя, что не интересуешься наездниками?

Мои щёки запылали, и я собиралась наброситься на него, когда под ямой открылся скрытый дверной проём. В Куполе стало жутко тихо, когда дверь застонала, и вышел один наездник.

Он указал на туннельный проём, вопросительно глядя на меня.

— Как, по-твоему, наездники попадают в яму?

Я никогда не задумывалась об этом. В первые два дня Варготи все инициированные уже ждали внизу. Я посмотрела вниз на яму собственными глазами, игнорируя проекцию. Я не видела ни одной ступеньки, ведущей в неё, только трибуны, что было примерно двухуровневым падением.

— Куда он ведёт? — спросила я.

— Это подземный туннель, — сказал Кэш, подтверждая мои подозрения. — Один из способов, которым наездники добираются до МонКлема.

— Один из способов? — переспросила я. — Сколько их?

— Понятия не имею, — пожал он плечами. — Как я сказал тебе вчера, наездники скрытны.

Я кивнула. По крайней мере, если я не найду Хаэля, я знала, как пробраться в МонКлем.

Одинокий наездник направился к центру ямы, когда Элион начал говорить.

— Победитель этого года Варготи — Нолан Бринсон, — голос Элиона эхом разнёсся по Куполу. — Независимо от исхода сегодня, у него будет место в Драконьей Армии. Да найдет тебя дракон достойным.

Лицо наездника было увеличено на проекции. У него был самодовольный вид, когда он посмотрел в небо, и я поняла, что он смотрит на драконов.

— А теперь что? — прошептала я, потому что прошло сорок секунд, а никто ничего не делал. Наездник просто стоял, на удивление с прямой спиной, в то время как все на трибунах казались такими же застывшими, словно мы все вместе ждали, когда случится что-то волшебное.

— Просто заткнись и смотри, — огрызнулся Кэш в ответ, его голос всё ещё умудрялся звучать резко, несмотря на то что он был таким же тихим, как мой. Я поклялась, что могла бы услышать, как булавка упала где угодно на арене, настолько тихо было.

Десять секунд спустя тепло хлынуло на вершину Купола, когда дракон заревел. В следующую секунду он оторвался от края и полетел ко дну ямы.

Он был огромным — красная чешуя, длинные когти, три одинаковых шипа на концах крыльев и блеск чешуи, из-за которого казалось, что он горит.

Балкон содрогнулся, когда дракон приземлился в яму. Я не была уверена, чего ожидала, когда наездник вытянул правую руку, но я точно не ожидала, что дракон откроет пасть и сожжёт его…

Буквально сожжёт.

Я ахнула, и это заставило Кэша зайти мне за спину и зажать мне рот рукой.

— Заткнись, иначе ты убьёшь нас всех.

Я кивнула, но я больше не чувствовала давления его руки на моём рте. Я стала прозрачной. Моя Метка проявилась сама собой. Я проплыла сквозь его руку, прежде чем отойти от него на добрый фут. Я попыталась скрыть тот факт, что дрожу, но было уже поздно.

Глаза Кэша расширились, когда он посмотрел на меня, когда понял, что я не добилась абсолютно никакого прогресса в своей Метке.

Мой взгляд метнулся через арену туда, где стоял Аррик, но теперь он не смотрел на турнир, он смотрел прямо на меня.

У меня не было времени обдумать это, потому что огонь внизу прекратился, и наездник, по счастью, всё ещё стоял.

Его кожаный рукав был сожжён, и на его месте слово «дракин» было выжжено на его предплечье вертикальной линией.

— Как… — ахнула я, пытаясь понять это, потому что не могло быть, чтобы дракон