Ты не заслуживаешь любви - Татьяна Катаева

— Извините, я правда не понимаю, о ком вы говорите, — пытаюсь говорить я мягко, даже с улыбкой. Вышло? Поверил?

— Такое вообще бывает? — во все глаза смотрит он на меня. Блядь, он не верит мне.

— Поверьте, бывает и хуже, — устало выдыхаю.

— Тебе нужна помощь? — я хочу попросить, чтобы не говорил Даниилу. Чтобы молчал, если хочет помочь. Но в этот момент я поворачиваю голову в направлении Даниила. Всё такой же. Собранный. Красавый и...

— Мне никто не поможет, — говорю и, наконец-то высвободив руку, ухожу оттуда.

И я была права, когда сказала так. Назар рассказал ему. Стоило ожидать. Да и, наверное, я ждала этого. Конечно, где-то в подсознании я молилась, чтобы это не произошло. Но уверена ли я, что именно это я просила у Бога?!

— Ну здравствуй, По-Ли-На! — шепчут его губы.

— Даня, я...

Я должна была ему что-то сказать. Объяснить. Но, услышав его смех и увидев боль в глазах, я поняла, что это не тот Даниил, которого я раньше знала и любила.

— В багажник её...

Нет, это монстр, которого я создала.

Глава 40. Полина

Иногда он смотрит на неё и думает, что потеряет всё. Иногда она смотрит на него и понимает, что уже потеряла себя.

Когда открывают багажник и я вижу проблески света, наконец-то выдыхаю. Руки и ноги отекли от неудобного положения. Голова гудит. Единственный плюс — это машина премиум-класса с огромным и более-менее комфортным багажником. Правда ли это? Да. Но в моей голове это звучит лишь для утешения. Потому что, если бы багажник был как в «Москвиче», то я бы и часу в нём не выдержала. А тут даже было мягко.

— Тащите её в подвал, — слышу его приказ.

Только не подвал, — хочу крикнуть ему. Я их боюсь. Ненавижу это место. В нём сыро, холодно, мерзко и страшно. Но... я молчу. В горле пересохло. Я успеваю лишь увидеть, что Даниил стоит ко мне спиной и даже не смотрит, как огромный здоровяк тащит меня к дому.

Ноги ватные, не слушаются. Я даже шагов не могу нормально сделать. На одной ноге слетает обувь, и мне приходится подпрыгивая идти дальше. Меня ещё не дотащили туда, но я уже хочу бежать.

Вот только куда? А главное, зачем?

Ответь, Полина, себе на самый главный вопрос: смогла ли ты жить без него? Жила ли!?

За два года ни одного мужчины, ни одного поцелуя, ни одного взгляда в сторону противоположного пола. Я... будто превратилась в мумию. Точнее, стала ею. Я жила жизнью Александры Авдеевой. Да, моя жизнь кардинально изменилась. Не было привычных студенческих будней. Не было постоянства, уверенности, спокойствия. Я каждый день оборачивалась и боялась, что тень за моей спиной — это их тень. Что нашли и закончат то, что не вышло два года назад.

Страх — он был со мной каждый день моей жизни. Но что хуже всего, во мне жила пустота. Она разрасталась и поглощала с каждым днём всё больше. Будто меня прежнюю засасывало в водоворот, из которого нет выхода.

Думаете, почему Александра — дизайнер свадебных платьев? Думаете, случайно? Просто вышло красиво нарисовать и понеслась? Нет. Я намеренно не давала себе забыть ту боль. Тот день. Тот миг, когда я потеряла его. Когда поняла, что натворила. Потому что если забуду и перестану чувствовать, меня затянет окончательно.

Меня заталкивают в сырое, холодное помещение. Да, тут не так страшно, как в фильмах показывают. Крыс не видно — уже хорошо. На полу матрас, я так понимаю, для меня. Теперь тут буду жить?

Что ты сделаешь, Дань? Силой возьмёшь? Не страшно. Мне уже ничего не страшно. Я... Я два года назад стала причиной, по которой два человека сгорели заживо. Поначалу меня даже совесть душила. А потом отпустило...

Два года назад. День свадьбы

— Когда приедет машина? — спрашиваю я, пока надеваю назад своё бельё и рядом брошенный спортивный костюм. Моё скромное свадебное платье валяется на полу. По нему прошёлся обувью Валерий Владимирович, оставляя отпечатки своих подошв. Будто оскверняя этот день, меня и нашу с Даниилом любовь.

С сегодняшнего дня для меня он больше не человек. Мразь. Таких убить не жалко. Если когда-то мне в руки дадут пистолет и он станет передо мной, я ни на секунду не моргну — выстрелю.

— Сиди молча и не дёргайся, — чуть ли не рычит парень, который приехал уже после того, как все оставили меня тут одну. Хотелось ответить в тон его ответа, но у меня не было сил. Меня раздавили, как таракана.

О чём ты только думала, Полина, когда пошла на это всё? Даня, он же... Может поверить отцу, а не мне.

Нет! Нет! Не может. Он любит меня. Вон, предложение сделал. Жениться хочет. Так легко он не может поверить в то, что я ему изменяю. Да ещё и с тремя парнями сразу. Он почувствует подвох. Должен почувствовать.

Парень выходит из номера, а я иду к зеркалу в ванной, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Ужас. Умываюсь холодной водой, смываю все остатки макияжа. Волосы в пучок.

За дверью слышу шорох. В номер снова вернулась парочка.

— Слушай, это же куча денег, — слышу голос парня.

— Я знаю. Он отдал их этой шмаре. Подстилка его сына. За кой хрен — я не понимаю.

Я выхожу из ванной, иду прямиком к ним. Не нравятся они мне. Но, возможно, они могут помочь. Я дам им деньги, а они помогут мне связаться с Даниилом.

— Я отдам их вам, только помогите мне.

— Что ты хочешь? — сразу же загорается парень. Да у него на лице написано, что он падок до денег.

— Помогите связаться с Ахматовым младшим. Я отдам вам всю сумку.

— Надо подумать... — начинает парень.

— Ты придурок? Ахматов старший нас убьёт, — перебивает его девушка.

— Да с такими деньгами он нас не найдёт больше. Свалим за бугор, и всё будет у нас пучком.

Я слушаю их и не дышу. Мне бы один звонок Дане — и всё. Я бы объяснила ему. Доказала, что не виновна. Как — не знаю. Но я бы смогла.

— Ладно, — вроде как соглашается девушка. — Только я хочу ещё твои серьги, — руку протягивает. Вот же сука, я им триста тысяч отдаю, но ей мало всё равно.

Пальцы дрожат, когда я