Двор тьмы - К. Н. Кроуфорд

— Есть идеи, куда мы направляемся? — спросила я через некоторое время.

— Мэддан не может ориентироваться в Эмейне. Это остров с несколькими городами на восточном берегу. Остальная часть — дикая местность, населённая только самыми древними фейри. Фейри настолько старыми, что они практически сливаются с окружающей местностью. Вот куда он направляется.

— Ты когда-нибудь бывал здесь раньше?

— В рамках обучения Теневых Фейри мы провели здесь годы. И моя мама часто водила меня сюда. Это она научила меня выслеживать и охотиться.

И снова у меня сложилось впечатление, что его мама — великолепная женщина. Я хотела сказать что-нибудь ободряющее, что-то вроде: «Похоже, она из тех женщин, с которыми и в неволе всё будет в порядке», но всё, что я могла придумать, звучало легкомысленно и бессердечно, а не успокаивало. И что я знала? Возможно, кто-то вроде Руадана, который провёл годы, тренируясь в дикой природе, не нуждался в заверениях.

— Чем были твои родители? — внезапно спросил Руадан.

Это был довольно странный способ задать вопрос. Не «кем были твои родители». Он хотел знать, какова вторая половина моей родословной.

— Я знаю не больше твоего, — я терпеть не могла лгать. Я даже не была хорошей лгуньей. И всё же я не могла сказать ему правду.

Я хотела сменить тему, прежде чем Руадан начнёт расспрашивать о подробностях. Например, «Откуда ты родом? Когда ты в последний раз видела своих родителей?». То, чего я хотела избежать.

— Ты сказал, что Великий Магистр Савус ненавидел тебя много лет, — сказала я. — Что он с тобой делал?

Как только я почувствовала, что воздух вокруг меня стал ледяным, и увидела, как дыхание у меня перед лицом превращается в пар, я поняла, что задела за живое. По крайней мере, мне удалось сменить тему. На нас налетел резкий порыв ветра, и я молча прокляла холод.

Через минуту я уже была уверена, что Руадан не захочет отвечать.

Затем он бросил на меня быстрый взгляд, его глаза блестели в темноте.

— Ты видела татуировку у меня на спине?

— Да. Слово фейри? Что оно означает?

— Теневые Фейри Эмейна делятся на когорты, каждая из которых названа в честь своего вида дерева. Моей когортой был тис. В этой когорте у меня было два сводных брата — сыновья моей матери. Мы были вместе на протяжении веков, обучаясь в Эмейне, сражаясь и убивая врагов нашего королевства.

У меня уже внутри всё сжалось от страха. Он сказал, что его братья погибли.

— Когда я примкнул к Лондонскому Институту, — продолжил он, — Великий Магистр Савус отправил меня на задание. Он посоветовал мне нанять моих старых соратников — нас называли Эбуроны. Мужчины Тиса. Великий Магистр Савус сказал нам, что мы охотимся за ангелом, за тем, кто никогда не должен был приходить на Землю.

У меня пересохло во рту.

— Что случилось? — с железными нервами я заставила свой голос оставаться ровным.

— Мне пришлось открыть портал в другой мир. Ангел прятался там, жил со своей семьёй. На самом деле, они жили в маленькой деревушке. Когда я прибыл и увидел коттедж, меня это сбило с толку — жена с рыжими волосами. И сын. Маленький мальчик, который убежал, как только мы приехали. Я не понимал. Ангелы не могут иметь детей. Удовольствие, которое они испытали бы при зачатии ребёнка, заставило бы их пасть.

Я едва могла дышать, пока он говорил. Весь воздух покинул мои лёгкие.

— Это был не ангел, — продолжил он. — Не обычный ангел. Это был Всадник Смерти. Один из архитекторов апокалипсиса. Ты знаешь, какие разрушения может причинить такое существо?

Мой разум оцепенел. О да. Я знала.

— Что случилось с твоей группой? — спросила я на удивление спокойным голосом, но уже знала ответ.

— Мертвы. Все до единого умерли у меня на глазах.

Я медленно выдохнула.

— Почему ты не умер?

— Я был там единственным, в ком текла кровь бога-демона. Меня почти невозможно убить. К сожалению, Смерть тоже нельзя убить. Но после того, что он сделал, он в моём списке, и я найду способ покончить с ним и его братией. Он убил почти всех, кого я любил. Он защищал своего сына, но попал в свою жену из-за перекрёстного огня. Я помню, как увидел её лежащей в грязи. Он убил и других фейри. Тех, кто жил с ним. Его сын был единственным, кому удалось спастись.

Мои мысли выходили из-под контроля, и я приказала своему сердцебиению замедлиться. Руадан, вероятно, мог это услышать. Это предупредило бы его о том, что что-то не так. Только когда я овладела собой, я снова заговорила.

— Ты хочешь убить его сына?

— Конечно. Такое существо чудовищно. Сейчас он был бы взрослым мужчиной. Мне лишь нужно узнать, кто он такой.

Кровь застучала у меня в ушах.

— И именно Савус отправил тебя на это задание.

— Да. Какая-то часть меня всегда задавалась вопросом, не сделал ли он это нарочно. Возможно, это была не просто ошибка. Но, может быть, он знал, что там притаилась Смерть.

Над нами повисло тяжёлое молчание.

— Мне жаль, что ты потерял свою команду, — сказала я наконец. — И своих сводных братьев. У тебя остались родственники?

— Нет. Моя младшая сестра унаследовала трон, но на этом всё и закончилось.

— Если она младше, почему ты не унаследовал трон? — спросила я. — Или как насчёт Кейна?

— Незаконнорожденный.

— Прошу прощения?

— Я был незаконнорожденным. А с Кейном мы родственники по отцовской линии. Старейшины города обсуждали линию наследования, но в конце концов выбрали королеву Бригантию. Я не против. Я больше воин, чем принц.

— Твоя родная сестра не поверит тебе без доказательств?

— Я думаю, она поверит. Но Высший Совет — нет.

Мои мысли всё ещё возвращались ко всему, что Руадан рассказал мне ранее — о нападении на всадника, о гибели всей его когорты.

В голове проносились образы мёртвых фейри, разбросанных по полю. Я почти чувствовала запах смерти… но как только запах разложения коснулся моего носа, он рассеялся, и я вдохнула запах свежего хлеба. Это напомнило мне о доме. Доме до того, как Балерос нашёл меня. Где вокруг нас росла малина.

Теперь свет, казалось, становился ярче — сияющий серебристый лунный свет, пробивающийся сквозь деревья. Пока я шла, я больше не могла видеть Руадана, но это меня не беспокоило. Я чувствовала умиротворение.

Какое-то движение в тёмных кустах привлекло моё внимание, и воздух наполнился