Королева непослушания - Ада Николаева

— Я отведу тебя в дом.

— Не хочу возвращаться. Давай ещё немного побудем одни.

* * *

По возвращению в пансион нас ждал выговор. Двадцать восемь человек сдерживали смех и зевоту, когда один Вячеслав Яковлевич распинался, пытаясь нас запугать. Гости покинули школу рано утром, не став дожидаться возращения своих отпрысков, переложив воспитание на профессора, с чем он очевидно не справлялся.

Не страшно нести наказание, когда провинились все. Эта массовость и сплочённость буквально витала в воздухе вперемешку с амбре от ночных коктейлей. Правда в моей душе помимо всего застыла тревога, поутихшая с лучами солнца. Однако я всё ещё не знала: был ли нападавший случайным сельским маньяком или одним из нас? Кому и чем я могла насолить, а главное, нужно ли ещё опасаться? Хотелось бы верить, что всему виной совпадение, не имеющее никакого отношения к ребятам. Мало ли сколько в России живёт оборотней, а может Влад и вовсе ошибся. Подонок сбежал, а рядом с его нашлись собачьи следы. Это же посёлок, мало ли там шляется по кустам живности.

— За такой проступок я имею полное право отстранить всех вас от занятий! — продолжал свою тираду Вячеслав Яковлевич.

— Как страшно… — прозвучал голос из толпы.

— Продано, хоть отосплюсь! — воскликнул другой.

Мужчина пыхтел, еле сдерживая собственного внутреннего зверя. Даже прохладный дождь и отсутствующее солнце не могли остудить его пылающие щёки. Утро выдалось на редкость пасмурным для лета, но хорошо ложилось на моё текущее настроение. Меня не волновали слова профессора в отличие от синяка на шее.

— Трое из вас проявили ответственность! — он всё ещё распинался. — Из тридцати одного студента лишь трое оказались достаточно взрослыми и рассудительными, чтобы не участвовать в побеге! После занятий, пока они будут отдыхать, все остальные понесут заслуженное наказание!

— И что это за наказание такое? — спросила стоящая рядом со мной Каролина, скрестив на груди руки. Тушь размазалась на её глазах, а роскошное изумрудное платье больше напоминало смятую тряпку.

— То, что вам прежде незнакомо, — тяжёлый труд! А сейчас марш приводить себя в порядок и на занятия! Никакого сна и поблажек!

Первое занятие проходило у Демьяна. Из-за непрекращающегося дождя урок перенесли под навес. Я уже предвкушала, как подремлю с закрытыми глазами, пока остальные ребята закашливаются от благовоний и закрывают уши от «тишины» из колонки. Но не тут-то было. В пансионе нашли способ раздражать и меня, поставив передо носом некий травяной чай, от которого исходил невыносимый смрад. Причём чувствовала его только я. Он не оказывал на меня того же эффекта, что способы, действовавшие на волков, но создавал неприятное ощущение дискомфорта. Я испытывала нескончаемые потуги к рвоте, нежели ярость или желание обратиться. Что ж, рвота — неотъемлемая часть кошачьей сущности. Хорошо бы ещё всё это прилетело на Демьяна, устроившего мне эту пытку. Но преподавать, как назло, отсел подальше. Жаль, жаль.

Я сидела с закрытыми глазами и боролась с рвотными позывами, когда мой телефон тихо пиликнул, извещая о новом уведомлении. Приоткрыв один глаз, я заметила, что и Марго потянулась за своим смартфоном, проверить, что на этот раз Ульяна выложила в чат. Сначала изменилось её выражение лица, а затем взгляд устремился ко мне. В этот миг мой телефон издал ещё один звуковой сигнал. На этот раз мне пришло личное сообщение от Каролины:

«Тебе хана, подружка… Буду приносить цветы на твою могилку. Ты какие предпочитаешь?».

Прежде, чем ответить ей, я открыла чат, пряча смартфон между сложенных в позе Будды икр. Нужно было понять из-за чего мне прогнозируют столь безрадужное будущее. Видео нашего с Каролиной танца на барной стойке… Кружок от Ульяны о том, как нам весело… Мой позорный флирт со Стасом, который я бы предпочла не видеть… Мотнула в самый низ, а там фото того, как Влад тащит меня за руку в дом, а на следующем снимке дверь за нами закрывается и опускаются жалюзи, оставляя дальнейшие события на потеху фантазии.

— Вот блин… — пробубнила себе под нос, принявшись читать комментарии:

«Отальфачил, мужик!» — написал Стас, собрав уже тринадцать лайков.

«А где была Алиса?!! — поинтересовалась миссис Губа, которую на самом деле звали Камилла. — Она прибьёт новенькую, когда узнает!!!».

«Шлюпка», — добавила мадам Нарощенная коса, она же просто Тоня.

Протерев сонные глаза и отодвинувшись от рвотного чая, я написала ответ Каролине:

«Я не боюсь Алису».

Теперь я была практически уверена, что за нападением стояла именно она, пусть и не своими собственными руками.

Дальнейший учебный день проходил на автопилоте. Ни у кого не было ни сил, ни желания впитывать знания. Отовсюду раздавались зевки, а порой и посапывание. И вот, когда казалось бы, что занятия подошли к концу, Вячеслав Яковлевич не забыл об обещанном наказании, появившись на пороге аудитории аккурат за пять минут до конца.

— Да ладно⁈ — возмутилось сразу несколько человек. Я охотно разделила их чувства, мечтая последний час о подушке и одеяле.

— Ну, молодые люди, вы сами виноваты! — победно воскликнул профессор. — Не стоило думать, что побег сойдёт вам с рук. А теперь все марш за мной, кроме Маргариты, Тимофея и Николая. Вы молодцы!

Однако вместо гордости названные ребята опустили глаза, столкнувшись с неодобрительными взглядами сокурсников. И если Тиму с Ником было с большего всё равно, то Марго заметно нервничала, оторвавшись от группы. В отличие от братьев она не сама отказалась от побега, её просто никто не приглашал. Девушка чувствовала себя изгоем, и прекрасно знала за что, а потому подчёркнутая похвальба со стороны преподавателя только сильнее рушила её и без того шаткое положение в студенческом социуме. И поделом.

Нас вывели во двор под противный моросящий дождь и собирающиеся ранние сумерки из-за пасмурной погоды. Вокруг всё выглядело по-старому и никто не понимал, что мы должны будем делать.

— Работаете до самого ужина! — объявил Вячеслав Яковлевич. — Часть рабочих, — он специально и подчёркнуто назвал нас именно так, — займётся обновлением краски на воротах. Ещё часть поливкой растений и стрижкой кустов.

— Поливкой растений?.. — захихикала Каролина. — Дождь идёт, алё! Нам помогают сами небеса!

— Не паясничай! — рявкнул профессор. — Будете делать, что сказано.

— Вы когда-нибудь пробовали красить что-либо под