Королева непослушания - Ада Николаева

— Это всё ещё воровство. Вы понимаете, Владислав? — спросила Варвара.

— Конечно.

— И готовы понести наказание?

— Да.

От такого развития событий у меня приоткрылся рот, а Алиса и вовсе занервничала, поняв, что натворила.

— Я отзываю своё обвинение! — воскликнула она.

— Даже ради шутки стащить чужое — преступление! — упёрлась завхоз. — В пансионе такого не потерпят!

— Вы накажите будущего альфу? — взгляд Алисы метался между Владом и Варварой.

— Оборотни понимают только силу. Горячую кровь нужно контролировать, тем более у будущего альфы. Владислав должен подавать пример. Если вожак начнёт нарушать правила, то что остановит остальных?

Алиса задёргалась, перестав походить на саму себя. Фарфоровую кожу побило алыми пятнами, а лицо не понимало, какую ему играть эмоцию.

— Неважно, — отмахнулась она. — Кулон нашёлся. Замнём эту тему и…

— Наказанию быть! — строго заявила строгая женщина в строгом сером костюме. Слишком много строгости для одного человека, но это сработало. Алиса тотчас умолкла. — Вы свободны, Алиса.

— Я…

— Ступайте.

Девушка посмотрела на своего жениха, но тот даже не взглянул на неё в ответ. Задрав повыше подбородок, она неспешно двинулась к выходу, притормозила возле меня и прошептала:

— Ты подлая воровка.

— Я не крала твой кулон, и ты это знаешь.

— А я и не о кулоне вовсе.

Влад вышел во двор в сопровождении Варвары, своего тренера по борьбе и Вячеслава Яковлевича. Почти все студенты предпочли сну зрелище, когда будущий альфа стащил с тела мокрую футболку, оставшись стоять обнажённый по пояс. Его подтянутое тело блестело от дождя, а по рельефным впадинам скатывались капли.

— Сила контролируется силой! — объявил профессор. — Владислав совершил проступок, карающийся в пансионе по всей строгости. Его невеста слёзно умоляла меня отменить наказание, но какой это подаст пример остальным?..

Вячеслав Яковлевич распинался дальше, но Влад его не слушал. Чёрные глаза парня смотрели в одном единственном направлении, сталкиваясь с опухшими от недосыпа ореховыми омутами.

— Прости, любимый! — раздался сбоку голос Алисы, но он даже не повернулся. — Я не знала, что это шутка. На твоём месте должна быть я!

Даже в такой момент его невеста играла роль, а дождь помогал сымитировать несуществующие слёзы. Влад не сердился, он радовался, что вовремя вошёл в комнату Алекс и сумел защитить соседку. Вчера в посёлке он появился слишком поздно и хоть спугнул маньяка в итоге — это не спасло новенькую от тонкого синяка на шее. Сегодня же он мог забрать всю её незаслуженную боль себе.

— Владислав признался в краже, — продолжал профессор. — Наказание будет смягчено. Семь ударов плетью вместо десяти, как было предписано с основания школы!

Влад смотрел на Алекс, чьё лицо исказила гримаса ужаса, когда она услышала приговор. Девушка очень мало знала о правилах пансиона и ещё меньше о порядках оборотней. Даже будущий альфа бессилен перед законами стаи.

Влада не заботило, как он выглядит перед остальными, даже когда тренер сказал ему встать на колени и обхватить руками ствол дерева. Парень продолжал смотреть на новенькую, чьи мокрые светлые волосы липли к лицу, а по шее и плечам стекала чёрная краска с окрашенных прядей.

— Вы не можете! — не выдержала Алекс, выйдя вперёд. — Влад, вставай!

Парень молча улыбнулся. Её беспокойство согревало ему душу под проливным дождём. Хотя сам он предпочёл бы, чтобы она никогда не видела его в столь уязвимом положении.

— Влад не виноват! — Алекс преградила путь тренеру с плетью в руке.

Влад знал, что обязан подчиниться. Он волк, часть стаи. Это она кошка и не подчиняется никому. Новенькая может противиться, но ей не остановить их в одиночку, как бы она не упиралась. Кажется, Алекс даже оцарапала лицо Варваре, когда та стала оттаскивать девушку.

— Отпустите меня, долбаные варвары! Что за средневековье вы тут устроили⁈ — последнее, что услышал парень перед тем, как первый удар обжёг кожу.

Влад попытался и дальше фокусироваться на голосе новенькой, но вскоре все сторонние звуки растворились в пучине шума, зазвеневшем в ушах. Ему ничего не оставалось, как стиснуть зубы и считать удары в надежде не закричать. Тренер бил сильно, но без желания серьёзно навредить. Плеть должна отбить у провинившегося желание воровать, но не оставить шрамы на теле будущего альфы.

Несмотря на боль, Влад снова попытался найти глазами Алекс. Не успели их взгляды встретиться, как просвистел второй удар. Парень зажмурился, а когда вновь распахнул глаза, то увидел, как его дикая соседка снова сцепилась с завхозом в попытке остановить творящееся безумие.

Третий удар. Да, это было самое настоящее безумие. Влад нёс телесное наказание за то, чего не делал, хотя и осознавал, что является первопричиной. Он сам отринул в сторону осторожность в общении с новенькой, прекрасно зная лживую натуру своей невесты. Чего только стоила выходка Алисы с Егором в доме у Стаса. Тогда она хотела проучить Влада, теперь же её желчь полилась в сторону Алекс. Влад не мог позволить, чтобы за его неосторожность несла наказание ни в чём неповинная девушка. Та, что ему нравится и не выходит из головы. Та, ради которой он готов вытерпеть и сотню ударов.

Четвёртый удар. Спина горела огнём, а в голове прояснялось. Влад ненавидел традиции оборотней, считая их пережитком прошлого. Физическая боль лишь укрепляла его новаторские убеждения. Зачем в современном мире альфы? Зачем вся эта звериная иерархия? Ограничения? Почему бы просто не жить, как все нормальные люди: свободно и счастливо?

Пятый удар. Влад считал, что обучение в пансионе важно. В первую очередь для самих волков, ведь звериные гены и ярость никуда не делить. Их нужно учиться контролировать ради собственной безопасности и безопасности окружающих. Но зачем всё остальное? Зачем сохранять чистоту крови, обрекая своих детей на вечный контроль внутренних чувств? Почему бы не извести породу, перемешавшись с людьми и в итоге не стать такими, как все? Обычными. Нормальными.

Шестой удар. Зачем нужны эти династические навязанные браки? Влад будущий альфа. Властитель стаи. Богат и красив. Но он не имеет права сам распоряжаться своей судьбой. Не может даже жениться по любви, не связывая свою жизнь с девушкой, которую презирает. Из-за вранья которой он сейчас и терпит всю эту боль, стиснув до скрежета зубы и глядя на другую.

Седьмой удар. Влад мысленно поклялся самому себе, что никогда