Королева непослушания - Ада Николаева

Медсестра обработала рубцы на спине Влада. Кожа разошлась всего в нескольких местах, но лежать приходилось на боку и никак не удавалось уснуть. Причина казалась очевидна, но только он знал, что дело совсем не в боли.

Владу было не по себе без Алекс за стеной, к которой он мог ворваться в любой момент через проход за зеркалом. Парень чувствовал что-то схожее с одиночеством. Ему хотелось оказаться ближе к ней. Он с трудом удерживал себя в постели, чтобы не сорваться и не примчаться к соседке, когда в груди вдруг защемило. Нехорошее предчувствие прострелило виски и в голове закружило одно единственное желание защитить Алекс.

Вскочив с кровати, Влад выбежал в коридор, где ему тут же преградил путь медперсонал. Парень даже не стал объясняться, начав расталкивать их в разные стороны, когда тревожное чувство внезапно отступило. Неужто показалось?.. Не успел он обдумать свои ощущения, как медсестра воспользовалась его замешательством и вколола парню успокоительное. Последнее, о чём он подумал, была его мистическая связь с Алекс, в которую он не верил, зато точно знал, что его к ней чувства настоящие и без всякой древней чуши из пыльных книг про оборотней.

Глава 14

Глава 14

Настало субботнее утро. Хотя уже скорее день, время ближе к обеду, нежели к завтраку. А я только-только открыла глаза и потянулась.

С наказания Влада прошло четыре дня, которые он провёл в лазарете, хотя должен был освободиться на следующее утро. Как нам объяснили: отец парня настоял на тщательном наблюдении и полном восстановлении, в то же время похвалив персонал за соблюдение традиций, пусть даже под удар попал его собственный сын. Во всяком случае в лицемерии Владимира Леонидовича не обвинишь. Легко радеть за традиции, когда страдает кто-то другой и очень легко их переписать, когда провинилась собственная кровинушка. Он же исключений не делал.

Так что с той ночи мы с Владом не виделись. Я могла бы его навестить в больничном крыле, но под каким предлогом? Я ему не друг, как Стас, и не невеста, как Алиса. Так, соседка, с которой он жарко целовался под дождём… Поцелуй не выходил из головы, а следом за мыслями по телу разливалось тепло. Бесило, что мне это нравится. Хотелось оставаться хладнокровной и здравомыслящей. В конце концов у него есть невеста.

Радовало лишь то, что Алису Влад к себе не подпускал. Их ссора разошлась по пансиону горячей сплетней. Всем известно, как он поплатился кожей на спине за её ошибку. Разве что никто не знал, что это вовсе не была ошибка, а целенаправленное вредительство, правда, не ему. Но как оно часто и бывает — всё пошло не по плану.

Вот и вышло, что в палате у Влада целыми днями торчал Стас, иногда вместе с Каролиной, которая и так подозревала, что между мной и Волковым что-то происходит. Если бы я и хотела, то не смогла бы его навестить, не вызвав подозрений. Я ещё сама не разобралась в своих чувствах, не хватало, чтобы их начали обсуждать посторонние.

Правда мы несколько раз переписывались. Сдержанно и ни о чём. Я спросила: как его самочувствие? А Влад: как мне спиться без него?.. И только потом дописал «за стенкой». Про поцелуй мы оба молчали, словно ничего и не было. Твердила себе не отвечать, прекратить всё это. Знала ведь, что ни к чему хорошему наше общение не приведёт, а потом срывалась и строчила ответ, но так и не рассказала о ночном инциденте с привидевшейся мне тенью. Я обещала не гулять по ночам одна, как и говорила, что никогда не буду целоваться с ним по обоюдному согласию… Похоже, держать слово не моё.

Я встала с постели и направилась в собственную ванную комнату. В одной руке держала зубную щётку, в другой смартфон и листала новостную ленту. Больше меня не задевали посты одногруппников из института. Я окончательно смирилась с учёбой в пансионе. Однажды я всё равно стану художницей, но, как и все оборотни, вынуждена временно поставить на паузу свои планы. Лучше уж так, чем как у Светы, чьи планы рушились налету. Судя по ленте, они с Глебом окончательно расстались. Бывшая подруга страдала по скользкому скульптуру на всеобщее обозрение, записывая нелепые слёзные видео. Я поставила ей молчаливый лайк и отложила телефон, чтобы не сорваться и не написать, что нужно учиться уважать себя, а не лить слёзы! Но ведь я не лучше…

Мне следовало бы разорвать нашу нездоровую связь с Владом, но отчего-то это невыносимо трудно. Я скучала по нему все четыре дня, хоть никогда и не признаюсь в этом. Каждый раз я мгновенно читала его сообщения, но специально тянула с ответом. Иногда считала или даже ставила таймер, а то ещё подумает не то… Владу не стоит знать, что я почувствовала той ночью, когда мы целовались. Для него это всего лишь увлекательная игра перед тем, как остепениться, вступив в свой чудесный династический брак с чистокровной врушкой… ой, простите, волчицей! Его отец наверняка счастлив устроенной сыну помолвкой. Такая породистая девушка, само благородство и добродетель!

Но сколько бы я не язвила в своей голове, действительности это не изменит. И если в ближайшее время я не прекращу всё это, в итоге пострадает один человек — я.

Пока умывалась, телефон снова пиликнул. Потянулась за ним, не переставая чистить зубы.

«Проснулась?» — спросил Влад.

Я так раззадорила себя в мыслях, что пальцы уже набирали три веселые буквы, желая послать моего шесть раз спасителя. Благо я вовремя остановилась, стёрла и написала другое.

«Тебе какое дело?» — Влад улыбнулся, получив мгновенный ответ. Он через экран смартфона чувствовал заинтересованность Алекс, и неважно какие при этом она пишет слова.

Четыре дня в лазарете он мечтал сбежать к ней. Четыре дня набирал и стирал текст эмоциональных сообщений, переписывая на сухие вопросы и подколки. Его сердце стучало и желало излить чувства, но он боялся, что они лишь отпугнут девушку, а потому сдерживал себя в рамках всё того же зазнавшегося гада, каким она его считала. Неважно, если его чувства сильнее, он готов ждать и добиваться, а вот излишний напор может всё испортить. Он не мог так рисковать.

Утром Влада выпустили из лазарета, где продержали лишних три дня по милости его одновременно строгого и опекающего отца. Если себя парень считал новатором, то его самым настоящим консерватором. Отец во