Потерянная пара Дракона - Инна Разина

Много лет назад, еще до рождения Адриана, у отца был помощник-секретарь, дракон из обедневшего рода. Умный, магически одаренный и подающий большие надежды. Но из-за плачевного положения его семьи он не мог рассчитывать на хорошую карьеру. Поэтому довольствовался небольшими должностями и однажды попал к отцу.

Герцог Амальди оценил профессиональные качества помощника, даже подружился с ним и не раз приглашал к себе домой. Я в то время был ребенком и не помнил этого. Тем более, за прошедшие годы у отца сменилось немало таких работников. А сам отец был восхищен трудолюбием своего секретаря, его деловыми способностями и пообещал продвинуть его по служебной лестнице.

Отец собирался выполнить обещание, когда случилось неожиданное. У помощника начали проявляться симптомы необратимого оборота. Сначала он скрывал это, да и сам не мог понять, что с ним происходит. Почему иногда из памяти исчезают целые часы, будто человеческое сознание уходит в спячку.

Но в конце-концов секретарь рассказал все своему начальнику. И перед отцом встал тяжелый выбор: скрыть эту информацию или донести на помощника. Ведь по закону он был обязан сразу сообщить о нем в нужные инстанции. Отец мучился, искал выход. Изучал все, что к тому времени было известно о страшном недуге. И после долгих сомнений решил, что молчать не имеет права.

Да, пока симптомы были слабыми и редкими. Но эта болезнь непредсказуема. Лечения от нее нет, а итог один — потеря человеческой ипостаси. Когда она случится и к каким последствия приведет, никто заранее не предскажет. В результате герцог Амальди все же сообщил о своем помощнике. И того уже на следующий день увезли. Больше отец его не видел. И даже о дальнейшей судьбе не смог узнать, так как сведения о таких случаях засекречивались.

За последующие годы отец так и не смог забыть тот случай. Хотя у него не было другого выхода, он все равно чувствовал себя виноватым за то, что сделал. Он внимательно следил за похожими историями, если о них становилось известно. Изучал законы в этой сфере и то, как они применяются. И пришел к выводу, что законодательство надо менять. Несколько лет занимался подготовкой и наконец вышел на Королевский совет с новыми предложениями.

— Я до сих пор не уверен, что поступил правильно, — слышу глухой голос отца. — Ведь Уильям доверился мне, а я предал его доверие. Не спас его, не нашел другого выхода. Не повторяй моих ошибок, сын. Поступай так, чтобы потом не испытывать стыд. А я буду делать, что могу, для несчастных, пораженных этим недугом.

Внезапно яркая и живая картинка, которую я наблюдаю, меркнет. Только успеваю подумать, что не выполнил наказ отца, совершил еще более страшные ошибки. И тут же выныриваю из воспоминаний, морщась от головной боли. Джон обеспокоенно смотрит на меня и спрашивает о самочувствии. Мысленно сканирую свое состояние и сообщаю, что в целом все в порядке. Из последствий вмешательства осталась лишь боль в голове. Услышав, что это нормально, а боль в течение часа должна пройти, благодарю Джона и ухожу к себе.

У себя в покоях еще раз вспоминаю все подробности разговора с отцом. Пока не очень понимаю, чем мне эта информация должна помочь. Тот секретарь уже давно умер или, что тоже возможно, все эти годы живет в звериной форме в специальной лечебнице для таких, как он. Я не знаю его фамилии, только имя. Хотя это не сложно выяснить. Сведения о всех помощниках отца должны храниться у управляющего нашим особняком.

Ночь, как и собирался, провожу на стуле перед дверью Леи. А рано утром первым делом связываюсь с управляющим и прошу прислать мне список секретарей отца. Получив его, выбираю тех, кто работал с отцом до рождения брата. С нужным именем находится только один — Уильям Андерсон. Отсылаю данные начальнику полиции с просьбой узнать, что случилось с этим драконом.

Ответ получаю быстро, и в нем всего несколько слов. «Уильям Андерсон умер в закрытой лечебнице через месяц после попадания туда.» Пишу новое сообщение, прошу адрес лечебницы, разрешение на посещение и разговор с главным лекарем. Пока не знаю, что мне это даст. Но чувствую, что я на правильном пути.

Глава 34

Грей

Начальник полиции присылает ответ по поводу закрытой лечебницы. Сообщает, что нас готовы принять завтра. Нас — потому что он тоже собирается лететь со мной. Дело сдвинулось с мертвой точки. Пора распутать этот клубок до конца. Я не возражаю. Наверняка в присутствии представителя правопорядка главный лекарь лечебницы будет сговорчивее.

Ну а пока я не собираюсь терять этот день и связываюсь с одним из лучших столичных докторов. Прошу приехать в академию для консультации по сложному случаю. Просьбу приходится писать от своего настоящего имени. Ради обычного преподавателя столичная знаменитость не отправится так далеко. А ради герцога Амальди запросто. Тем более, сумму гонорара я предложил очень приличную. Видимо, настолько большую, что доктор сообщает, что явится прямо сегодня, во второй половине дня.

Получив ответ, отправляюсь предупредить Лею. Она работает в библиотеке и находится там не одна. Рано утром к нам прибыл обещанный отряд охраны. Нэйтан расставил их по академии. А двоих самых толковых мы приставили к моей паре. Теперь они будут ходить за ней хвостом. Другу пришлось придумать правдоподобное объяснение для сотрудников и студентов, почему по зданию разгуливают драконы в форме. И он с этим отлично справился. По крайней мере, ажиотаж от их присутствия сразу уменьшился.

Захожу в читальный зал и направляюсь прямо к Лее, занимающейся восстановлением одной из книг. Она спокойно ждет моего приближения. Не улыбается, как вчера, когда мы были наедине. Но в ее глазах больше нет того горького холодного отторжения, которое замораживало мне душу. Хотя смущенный взгляд на двоих крепких мужчин, сидящих за дальним столом и внимательно наблюдающих за обстановкой, все же бросает.

Я не касаюсь ее, не хочу еще больше смущать. Но разглядываю жадно. Полчаса не вижу ее и уже начинаю скучать. Никто не запретит мне любоваться парой. Скользить восхищенным взглядом по нежной коже, соблазнительным губам, уложенным в простую, но изящную прическу шелковистым локонам. Как же я хочу увидеть их распущенными. Зарыться в них пальцами, рассыпать по обнаженным плечам моей истинной. Сглатываю, прикрывая глаза от до боли желанной картинки, которую возможно никогда не увижу вживую.

Потом беру себя в руки и