Подаренная Снежному. Королевство Драконов - Дора Коуст

Снежный форд резко ударил по тормозам. До ворот особняка оставалось всего ничего.

Глава 19. Полет души

Я испугалась.

Дыхание перехватило, а сердце нехорошо ухнуло в груди. Взглянув на форда, я ожидала чего угодно. Очередного приступа ярости, если честно. Этим днем я совершенно точно перегнула палку, забылась, с кем имею дело, а теперь…

Должна была расплатиться за откровенность с лихвой.

Никогда не видела в глазах Снежного шторм. Это была не снежная буря, не метель, заметающая все вокруг ослепляющей белизной. Нечто новое, пугающее, опасное. Оно пряталось под двумя иглами черных зрачков.

Я перестала дышать, когда господин Прейн вдруг коснулся ладонью моей щеки и настойчиво скользнул пальцами по волосам, захватывая затылок. В этом движении не было ни нежности, ни ласки. Сжав волосы, он прильнул к моим губам и выпил сорвавшийся с них судорожный выдох.

Даже если бы хотела, я бы не успела сомкнуть губы. Его язык ворвался в мой рот, будто ударяя. Я и не представляла, что поцелуй может быть таким. Жалящим, наказывающим, терзающим.

Жалкая попытка вырваться ни к чему не привела. Вторая рука дракона сомкнулась на талии как жесткий корсет, и я против воли вздрогнула. Жар прокатывался по телу неудержимыми волнами. Сердце барабанной дробью стучало в груди.

В этот момент я себе не принадлежала. Потерялась в Квелине, словно в урагане, который уносил с собой здравый смысл.

Но не отвечала на его поцелуй. Просто не посмела бы! Не могла позволить себе перейти через эту границу.

Словно осознав, что я не отвечаю, Снежный изменил тактику. Его губы действовали все медленнее. Теперь целовал бережно, аккуратно. Он вкладывал в каждое касание столько нежности, что мое бедное сердце сжалось.

Распахнув веки, я встретилась с серыми глазами. Они были наполнены туманом, но все быстрее обретали ясность.

Когда кто-то постучал в стекло позади Квелина, дракон уже не целовал. Не отпускал меня, касаясь лбом моего лба. Все так же придерживал затылок и талию, но не давал отодвинуться ни на миллиметр. Наше сбившееся дыхание смешивалось. Мы смотрели друг на друга.

В его глазах отражалась перепуганная я.

‒ По этой улице и дети гуляют, между прочим, ‒ со смешком окликнул нас Ледяной.

‒ Катись к Крылатому, Бальд! ‒ ответил Снежный, обрушая каждое слово на мои губы.

Рассмеявшись, ледяной дракон отправился к особняку.

Я медленно высвободилась из ладоней господина Прейна. Отодвигалась осторожно, без резких движений, по-прежнему пребывая в полном ошеломлении от произошедшего. Даже говорить ничего не хотелось. Губы нестерпимо горели.

Откинувшись на сиденье, Квелин с шумом выдохнул. Я тоже выпрямилась. Сейчас мы смотрели на падающий за стеклом снег, на очередное магавто, занявшее пустое место у тротуара прямо перед нами.

‒ Извините, ‒ произнес Снежный глухо. ‒ Но вы же понимаете, что это был вынужденный поцелуй? Я заметил Глыбальда и только поэтому… Теперь он точно не станет сомневаться в наших отношениях и вряд ли подойдет к вам.

Я кивнула, едва расслышав его слова. Ощущала себя опустошенной. Где-то внутри странным образом всколыхнулась обида. Это было так ново и в какой-то мере изумляло. Я не ожидала, что меня заденет причина этого поцелуя.

‒ Спасибо за заботу, но больше… ‒ Я сглотнула и выдавила на грани слышимости: ‒ Не делайте так, пожалуйста.

‒ Полагаю, больше и не потребуется, ‒ произнес он, по-прежнему не глядя на меня.

Уголки моих губ нервно дрогнули, когда я все же стянула ремень с крючка. Наверное, следовало сказать что-нибудь на прощание, но сил на вежливость не осталось.

Выбравшись из магавто, я побрела к воротам особняка. «Накинь плащ и беги! Беги прямо сейчас!» ‒ истерично шептал внутренний голос. Длинная пустая улица уходила далеко вперед. Высокие заборы и снег помогли бы мне скрыться, но куда бежать?

Я не могла вернуться к Рейшику без артефакта.

Я сама шагнула в распахнутые ворота.

На горящие губы падал холодный снег. В этом снегу хотелось искупаться целиком. Я заживо плавилась в отголосках чужих поцелуев.

Чужой взгляд вонзился мне прямо в спину. Ощутив его, я обернулась всего на миг. Мною вновь завладел страх, что сейчас точно случится нечто непоправимое. Что-то, что гораздо хуже сорванного с губ поцелуя.

Нас со Снежным разделяло шагов пятнадцать, не больше. Приподнятый подбородок, острые скулы и пугающая решимость в серых глазах. Губы форда превратились в тонкую линию, а потом он все же сделал очередной шаг, пересекая ворота.

Я сорвалась с места, не помня себя. Взлетела по ступеням, толкнула тяжелые двери и скрылась в холле особняка. Стражники со скучающим видом ждали мою обувь и куртку, но я не удостоила их даже взглядом.

Сердце стучало у самого горла. В голове стоял туман. Я преодолела расстояние до своей комнаты, не запомнив ни одного шага. Но перед дверью была вынуждена остановиться.

Привалившись к стене плечом, рядом с моей комнатой стоял Ледяной. Кого именно поджидал Глыбальд, спрашивать было не нужно.

Его появление сработало как ведро воды. Я мгновенно пришла в себя и ощутила скрытую опасность. Не обманывалась его расслабленной позой. Голубые глаза смотрели с прищуром. Он явно что-то задумал, но знать, что именно, я не хотела.

‒ Как погуляли, фиса Лифорд? ‒ поинтересовался он, обнажая зубы.

‒ Хорошо, спасибо, ‒ ответила сдержанно. ‒ Извините, я устала, и мне нужно переодеться к ужину.

Шагнув к двери, я только и успела, что приложить ладонь. Дверь поддалась, приоткрылась лишь на миг, но тут же захлопнулась от моей дернувшейся руки.

Потому что дернулась вся я, когда на талии сомкнулись руки Ледяного.

‒ Успеешь еще переодеться, ‒ выдохнул он мне в лицо. ‒ Знаешь, Тез, мне так нужно согреться.

‒ Купите грелку! ‒ воскликнула я и что было сил наступила ему на ногу.

Такого Глыбальд точно не ожидал. Выпустив меня из объятий, он запрыгал на одной ноге. От моей пятки на мыске его посеребренного сапога осталась вмятина, но это было все, что я успела заметить.

Юркнув в темную комнату, я захлопнула створку и быстро придвинула к ней кресло. Поставила так, чтобы сиденье давило всем весом на дверь, но понимала, что надолго оно его не задержит. Если дракон был в ярости, его не останавливали даже стены.

Ледяной форд громко рассмеялся за дверью. Он хохотал от души, и, пожалуй, такое поведение напугало меня