Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона! - Виолетта Вейл

— Что именно касалось?

— Я не знаю.

— Продолжайте.

— Потом принц Кассиан сказал: «Ты не получишь то, чего хочешь, только потому, что решил, будто понимаешь лучше меня».

В зале кто-то едва заметно зашевелился.

— Ответ принца Ариана?

Дорен опустил глаза.

— Он сказал: «Если продолжишь так, ты можешь вообще не дожить до момента, когда придется выбирать».

Молчание стало абсолютным.

Я посмотрела на Ариана.

Он не отвернулся.

Никакого возмущенного отрицания.

Это мне не понравилось больше, чем если бы он вскочил.

Председатель спросил:

— Вы уверены в формулировке?

— Да.

Я автоматически отметила.

Уверенный свидетель.

Снова.

Но теперь ставка была другая.

— Что произошло после? — спросил председатель.

— Я дал понять, что вошел. Принцы прекратили разговор.

— Вы сообщили кому-нибудь?

— Нет. Ссоры внутри семьи не являются делом протокола.

Леонар спокойно спросил:

— Господин Хаст, слышали ли вы какие-либо слова до фразы принца Кассиана о выборе?

— Нет.

— Следовательно, не знаете, что именно обсуждалось?

— Нет.

— Видели угрозу оружием?

— Нет.

— Физический конфликт?

— Нет.

— Спасибо.

Канцлер не защищал Ариана.

Он просто ограничил показание тем, чем оно являлось.

Снова правильно.

Председатель повернулся к Ариану.

— Вы подтверждаете разговор?

— Да.

По залу прошел тихий шепот.

Король ничего не сказал.

— Подтверждаете указанную фразу?

— Не дословно. Но смысл был близким.

Я почувствовала неприятный холод.

— Объясните смысл, — потребовал председатель.

Ариан немного помолчал.

— Кассиан собирался лично участвовать в поездке на Северный рубеж через несколько дней.

— И?

— До этого он дважды переживал тяжелые приступы после обращения.

Эван, сидевший ближе к концу стола, резко поднял голову.

Вот теперь раскрылась часть медицинской тайны.

Ариан продолжил:

— Я узнал об одном из приступов случайно. Не знал всего диагноза, который услышал только после смерти. Но понимал, что брат рискует. Мы спорили, должен ли он ехать.

Это имело смысл.

Но пока только как объяснение.

— Фраза о том, что он может не дожить до выбора? — спросил председатель.

— Я говорил о том, что он может погибнуть в дороге или во время обращения, если продолжит игнорировать состояние.

— Почему господин Хаст услышал это как угрозу?

Ариан посмотрел на свидетеля.

— Это вопрос к нему.

Дорен напрягся.

Председатель вмешался:

— Ваше высочество, сейчас вопрос к вам.

— Тогда ответ тот же. Я не знаю, как другой человек интерпретировал часть разговора, не слышав его начала.

С точки зрения логики это было верно.

С точки зрения политики — почти бесполезно.

Потому что в зале уже прозвучала угроза смерти.

И через два дня Кассиан умер.

Председатель продолжил:

— Был ли между вами конфликт по вопросам наследования?

— Нет.

— По решениям Совета?

— Да.

— Каким?

— Несколько месяцев мы расходились по вопросу северных гарнизонов, налогов на приграничную торговлю и назначения управляющего в Тарне.

— По вопросу брака Кассиана с леди Селиной Роар?

Ариан нахмурился.

— Это вообще не было моим решением.

— Но вы высказывались против.

— Я говорил брату, что политический брак не имеет смысла, если обе стороны его ненавидят.

Где-то справа раздался неприятный шепот.

Я запомнила.

Еще одна возможная тема слухов.

— Вы получаете прямое право на престол после смерти брата, — сказал один из советников. — Отрицать выгоду невозможно.

Ариан посмотрел на него.

— Я и не отрицаю юридический факт.

— Тогда понимаете, почему Совет обязан рассмотреть вопрос о вашей возможной причастности.

— Понимаю.

И снова никакой обиды.

Это был человек, который несколько дней слушал от меня, что неприятную версию нельзя отвергать только потому, что она неприятная.

Теперь этот принцип развернулся против него.

Председатель Совета попросил принести материалы следствия.

На стол легла тонкая папка.

Я уже знала, что в ней.

Время смерти.

Яд.

Медицинское хранилище.

Показания слуг.

Но потом секретарь достал еще один лист.

Его я не видела.

— Вчера вечером Следственному управлению переданы сведения о том, что в ночь смерти принца Кассиана ваше высочество покидали официальный ужин примерно на двадцать минут.

Ариан посмотрел на него.

— Да.

Я резко подняла голову.

Он мне об этом не говорил.

— Куда вы ходили? — спросил председатель.

— В северный двор.

— Один?

— Да.

— Свидетели?

— Стража видела меня на выходе и возвращении.

— Между этими моментами?

— Не знаю.

— Почему покинули ужин?

Ариан помолчал.

— Получил сообщение от командира северной стражи.

— Где сообщение?

— Передал секретарю после возвращения.

— Секретарь говорит, что документа у него нет.

Теперь это становилось хуже.

Ариан впервые выглядел по-настоящему удивленным.

— Его не нашли?

— Нет.

— Тогда ищите у меня в рабочем кабинете.

— Уже проверили.

— Значит, среди бумаг в управлении.

— Проверили и там.

Ариан повернулся к Верену, стоявшему у двери.

Тот едва заметно покачал головой.

Я почувствовала знакомое неприятное ощущение, когда цепочка фактов внезапно становится слишком удобной.

Ссора.

Угроза.

Прямая выгода.

Необъясненный уход с ужина.

Исчезнувший документ.

И все это появляется в момент, когда Ариан должен официально стать наследником.

Председатель сказал:

— Пока это не обвинение. Но Совет не может игнорировать обстоятельства.

— Я и не прошу.

Король наконец заговорил.

— Ариан.

Тот повернулся к отцу.

— Да.

— Есть ли еще что-то, о чем Совет узнает не от тебя?

Вопрос был тяжелее остальных.

Ариан несколько секунд молчал.

— Нет.

— Ты уверен?

— Да.

Король кивнул.

Но доверия в этом движении я не увидела.

После короткого совещания Совет принял решение.

Право Ариана на наследование подтверждалось временно, в силу прямой линии рода.

Но до завершения расследования смерти Кассиана он не мог участвовать в рассмотрении вопросов, которые напрямую касались наследственного перехода.

Это было ожидаемо.

Следующее решение оказалось хуже.

— В связи с возможным конфликтом интересов, — зачитал председатель, — принц Ариан Вейр временно отстраняется от непосредственного руководства расследованием смерти принца Кассиана.

Я почувствовала, как внутри все напряглось.

Ариан не возразил сразу.

— Кто принимает дело?

Председатель посмотрел на Леонара.

Канцлер поднялся.

— Совет предлагает временную комиссию из трех человек. Следственное управление продолжит собирать доказательства, но решения по ключевым действиям будут подтверждаться комиссией.

— И кто ее возглавит? — спросил Ариан.

— Лорд Рейман Тасс.

Тот самый человек, которого Леонар предлагал раньше.

Эван тихо выругался.

Я запомнила это.

Ариан сказал:

— Возражаю.

Председатель нахмурился.

—