Выбор за тобой - Лина Мур

свою руку и сильнее вжимаюсь в стену, только вот его ладонь на моей талии вызывает ещё более худшее самочувствие. Головокружение, резко возникшее притяжение и самый настоящий сексуальный голод.

– Отпусти, немедленно, – слабо ударяю его по плечам и отскакиваю в сторону, а этот… этот невозможный обманщик смеётся. И как смеётся! Хрипло, эротично и очень интимно.

– Хватит пользоваться моей энергией, Рэйг. Это нечестно. Ты даже разрешения не спросил, – прочищая горло, делаю ещё один шаг, на всякий случай. О, нет, это нужно сделать, потому что моё тело предаёт меня с каждым вздохом, пропитанного эротизмом кислорода.

– Я никогда не спрашиваю разрешения, Эйрин. Да и если об этом спрашивать вас, женщин, то мужчины были бы вечно одинокими и проклятыми, – усмехается он.

– У меня будешь спрашивать, иначе я тоже придумаю что-то такое, чтобы ты отравился ей. Понятно?

– Конечно, – ни черта он не будет делать так, как прошу. По наглым светящимся глазам вижу, что снова врёт.

– Что ж, можно теперь и приступить к обсуждению твоего предложения. Итак, ты решила помочь мне и поступить так, как я просил до этого. Ты займёшь место Ирэн на определённое время, и мы введём в заблуждение мой народ, – удивляюсь тому, как легко он перешёл на серьёзную тему, а я так не могу. Наблюдаю за каждым его движением, и это так… манит. Хочется запустить пальцы в его мягкие волосы и, распустив, насладиться ими, вдохнуть аромат и…

– Эйрин, ты принимала сегодня своё «лекарство»? – Перебивая мои мысли, интересуется Рэйг, делая ударение на последнем слове.

– Что? Лекарство? Нет… я не больна, – медленно отвечаю ему.

– Нейтрализующий силу суккуба настой, заговорённый для тебя, – цокая, поясняет он.

Какой, к чёрту, настой? Мне так жарко. Боже, так жарко и хочется прикоснуться к себе. Раздеться, провести пальцами по груди и поиграть ногтем с возбуждёнными и ноющими от отсутствия ласки сосками.

– Чёрт, появись, – рыкает он, а я словно в дурмане вижу совсем иное. Так живо. Ярко.

Рэйг подходит ко мне, резко разрывает ночную сорочку и толкает к стене. Как подхватывает меня под ягодицы и шипит от прикосновения моих зубов, кусающих его губы в нетерпении, пока он стягивает штаны.

– Повелитель?

– Ты приносил сегодня чай для Эйрин?

Его член с силой прорывается в меня, и я, запрокидывая голову, издаю стон удовольствия, наслаждаясь, как он растягивает меня и причиняет сладкую боль.

– Ой… я… ох, повелитель, так… вот же…

– Отвечай! Приносил?

– Да… я же… как жарко здесь…

Его пальцы впиваются в мои ягодицы, и Рэйг входит в меня, заставляя кричать от наслаждения. Никакой нежности. Грубо, как животное. Берёт меня у стены. Трахает с такой силой, что голова идёт кругом.

– Приносил… два раза… я не могу, Повелитель, так… вау, вот это кайф…

– Неси свежий! Живо!

С моих губ срывается стон, и я карябаю свою шею ногтями.

– Не пила, да? Вот всё с тобой идёт наперекосяк, Эйрин! Прекрати это делать, поняла? Прекрати, – меня встряхивают за плечи, а я чувствую, как буквально полыхаю от возбуждения.

– Рэйг, – выдыхаю я, видя только глаза, сводящие с ума. Хочу гореть в них! Хочу быть пеплом!

– Не воздействуй на меня, Эйрин, ты… не воздействуй, я приказываю тебе! Не питай меня сексуальной энергией, тебе же хуже будет! – Шипит он в мои губы. Так близко. Ну же…

– Повелитель, вот, – мой взгляд резко перемещается на красивого голубоглазого парня, отчего он сглатывает, а потом соблазнительно улыбается.

– Ещё чего, наглый проходимец! Пошёл вон отсюда! Только попробуй прикоснуться к ней! – Чичи исчезает, и я обиженно выпячиваю губу.

– Пей… давай, рот открывай и пей… – Рэйг одной рукой пытается влить в меня вонючую и горькую жидкость, а другой – крепко притягивает к своему телу. Мотаю головой, не желая останавливать такие приятные фантазии, возбуждающие пульсацию внизу живота. Настой расплёскивается по моему лицу.

– Хватит поливать меня этой гадостью… не хочу, – упрямо сжимаю губы.

– Иначе ты сведёшь с ума всех мужчин, которые с тобой познакомятся, – Рэйг старается открыть мой рот, но я подавляю смех на его жалкие потуги.

– Эйрин, не вынуждай меня применять свою силу… – резко поднимаю руку и выбиваю из его пальцев кружку. Она летит вбок, и всё разливается.

– А если мне нравится это? – Отталкиваю его, и мне так хорошо. Я чувствую себя невероятно сильной женщиной.

– Зато мне не нравится. Сейчас принесут ещё…

– Да, расслабься, все фантазии прошли. А вот скажи, Чичи, он же парень верно? Но он говорил, что не предаётся сексуальной близости, значит, у него нет члена? – От моего вопроса лицо Рэйга вытягивается, а затем он злобно сверкает глазами.

– Нет, у него нет ни того, ни другого. Если ты хоть пальцем…

– Но язык у него есть и пальцы, кстати, тоже. Главное, уметь ими правильно пользоваться, – нараспев перебиваю его и направляюсь к ванной комнате. Мне нужно уединиться, ведь столько интересного сейчас в моей голове.

– Эйрин!

– Хороших снов, Рэйг, а я пойду пофантазирую о том, что может мужчина без члена вытворять языком. Надо же, раньше мне это казалось очень вульгарным. А оказывается… – не завершая фразу, закрываю перед носом Рэйга дверь в ванную и мечтательно улыбаюсь.

Может быть, не так плохо иметь чужие способности суккуба и быть так сильно возбуждённой? Это словно открывает во мне запертые двери стыда и придаёт раскованности. Мне это нравится, очень нравится. Вероятно, я больше и, правда, не буду пить этот нейтрализующий настой, ведь он лишает меня таких возможностей.

Глава 19

Подпевая себе под нос, спускаюсь по лестнице, наслаждаясь тонким шёлком зелёного цвета, струящегося по ногам платья. Улыбаюсь, когда ткань разлетается и немного оголяет ноги. Так я в жизни себя не чувствовала! Красивой, одухотворённой и очень возбуждённой. Наверно, самое лучшее, что случилось со мной – обретение способностей суккуба. И весь мир изменился. Даже движения мои стали плавнее и эротичней, внешность краше, я уже не говорю о том, сколько энергии внутри скопилось за весь день.

– Миледи Эйрин, – поднимая голову, смотрю на молодого парня, кланяющегося мне. Белые волосы собраны в косу, чёрный наряд, который здесь так любим, придаёт ему загадочности, а глаза, затянутые белой дымкой, просто в восторг приводят. Я уже его видела. На балу. Точно помню, он мне алкоголь приносил.

– Как твоё имя, милый? – Медленно подхожу к нему и чувствую, как моё тело возгорается от восторженного жадного взгляда, направленного на меня. Он не слепой, просто кто-то из миллионных волшебных тварей.

– Я… эм… я… Гаус, моя Госпожа, – заикаясь, отвечает он.

– Гаус, ты же скажешь мне, где в данный момент находится Рэйг, правда? – Игриво дотрагиваюсь до его бледного лица пальцами, и даже не волнует, что он за существо. Но зрение у него точно есть, просто форма магии вот такая удивительно красивая. Кончики пальцев немного покалывает, пока Гаус то открывает рот, то закрывает его.

– Я… мне запрещено…

– Но ведь мне можно, по секрету, да? – Шепчу, поправляя якобы выбившийся из его волос локон. Ощущение, словно тонкие нити втекают в меня, придавая ещё больше уверенности и радости внутри. Это суккуб. Чичи сказал, что если не буду принимать гадкое пойло, а я его просто выливаю в раковину, то буду питаться энергией похоти и возбуждения, как и сама смогу насылать эти чувства на всех мужчин, которых встречу. И это невообразимо здорово!

– В кабинете, миледи Эйрин. Обсуждает планы с сиром Волхом, – моментально отвечает он.

– Какой хороший мальчик, спасибо. Мы ещё встретимся, – подмигивая ему и оставляя в полном недоумении, плыву налево и кружусь, тихо смеясь той лёгкости и ощущению счастья в сердце. Моё платье, найденное в самом дальнем углу будуара, ярко переливается на груди и на поясе крупными камнями, спускающейся вниз вышивкой серебристой нитью.

Без стука распахиваю дверь, вызывая сразу же поворот мужских голов в мою сторону. На лице Волха моментально появляется мягкая улыбка, и он выпрямляется, кланяясь мне. А вот лицо Рэйга искажается от раздражения, и он прикрывает рукой что-то, разложенное на столе, на что они пялились, пока я не впорхнула в комнату, словно луч солнца.

– Где твои манеры, Эйрин? Я запрещаю тебе вламываться в мой кабинет, когда я занят! Вон отсюда! – Зло повышая голос, Рэйг поднимается из своего кресла.

– Ой,