В поисках себя - Лайла Сэйдж

— Охотно верю. — За тот год, что я здесь прожил, электричество отключали раз шесть или семь.

— Тебе реально стоит обзавестись генератором, — заметила Коллинз.

Я приоткрыл один глаз и посмотрел на нее. Она сидела, повернувшись ко мне всем корпусом, оперевшись локтем о спинку дивана и подперев щеку ладонью. Взгляд ее был устремлен прямо на меня. Сдвинь я колено буквально на пару дюймов35, и я бы коснулся ее.

Я сдвинул колено.

— Мне это уже говорили, — выдохнул я. — А чем ты обычно занимаешься, когда гаснет свет?

— Мы с Кларк обычно болтали с призраками, — ответила Коллинз. — Ну или играли в настолки. Еще это всегда казалось идеальным временем для хорошего хоррор-романа, но мне быстро надоедало держать фонарик.

— А призраки терпеть не могут искусственный свет, — процитировал я ее.

— Точно, — кивнула она. — А еще они не любят паршивую погоду.

— Они что, могут промокнуть? — уточнил я. Коллинз все еще улыбалась, качая головой. — Под дождем, в смысле.

— Думаю, это просто одна из тех привычек, что перекочевывают из жизни в смерть. Ты привыкаешь сидеть дома, когда идет дождь, или греться у камина, когда валит снег, что-то в этом роде.

— В этом есть смысл, — кивнул я.

Тот Брэди, который встретил Коллинз месяц назад, ни за что бы не поверил, с какой легкостью я теперь воспринимаю эти факты о потустороннем. Он бы наверняка решил, что я свихнулся точно так же, как и она.

Но теперь, после собственного опыта с призраками, мне стало куда проще замечать, как ее глаза постоянно отслеживают что-то вокруг, где бы мы ни находились. Я видел надежду в ее взгляде, когда она замечала то, чего не видел я, и как эта надежда мгновенно угасала, стоило ей обронить фразу, не получившую ожидавшегося ответа.

— И о чем вы тогда болтали с призраками? — спросил я, открыв оба глаза и повернув голову к ней.

Коллинз пожала плечами.

— Мне нравилось слушать их истории.

— О чем?

— О их жизни, обычно. Но еще о том, как они умерли или что успели повидать с тех пор. Они видят наш мир куда отчетливее, чем мы когда-либо сможем, им проще охватить картину целиком, тогда как я постоянно теряюсь в деталях. Мне просто нравится слушать о жизни с их колокольни.

Я никогда не задумывался об этом под таким углом. Коллинз пододвинулась чуть ближе.

— Я, э-э… никому раньше не рассказывала о своих способностях. Приятно… что ты знаешь.

Это застало меня врасплох.

— Вообще никому? — переспросил я. — Ни друзьям, ни парню, ни даже Буну?

Расспросы Коллинз о Джеки невольно заставили меня задуматься и о ее романтическом прошлом. Оставила ли она кого-то позади, когда вернулась в Свитуотер-Пик?

Коллинз покачала головой.

— У меня толком и не было таких друзей. Мне было тяжело сближаться с кем-либо из сферы фотографии. Моя карьера поперла довольно быстро. Это, плюс мое общее недоверие к людям, сослужило свою службу. Я никогда толком не понимала, нравлюсь ли я людям сама по себе или им просто нравится то, что я создаю, и те перспективы, которые они во мне видят. Думаю, избегать дружбы было моей формой самосохранения. Всегда казалось неразумным открывать людям больше личного, чем необходимо.

— А как насчет парня? — уточнил я, надеясь, что прозвучало это максимально непринужденно.

— Ты пытаешься выудить информацию, — с ухмылкой раскусила меня Коллинз.

— Ну и что? — парировал я. — Ты делала то же самое на днях, и я клюнул.

— Справедливо, — Коллинз ненадолго задумалась. — Не думаю, что у меня когда-либо были отношения в том смысле, как ты их понимаешь. Я с трудом представляю, каково это — пробыть на одном месте семь месяцев, не говоря уже о семи годах. Если честно, я даже восхищаюсь этим, такой стабильностью.

— У тебя серьезно никогда не было парня? — переспросил я. — Или девушки?

Коллинз покачала головой.

— Не-а. Пара моментов была, когда мы подбирались близко к этому. Я люблю секс и близость, а в такие моменты грани иногда размываются, но я никогда не позволяла себе заходить слишком далеко.

Стоило Коллинз просто произнести слово «секс», как плотину в моей голове сорвало. Голову мгновенно затопило всем тем, что я так усердно подавлял в себе все эти дни: татуировкой в виде кинжала, уходящей под черную мини-юбку; невесомой майкой, в которой она спала и которая не оставляла ни единого шанса воображению; тем, как она разглядывала мое тело во время нашей неожиданной стычки… и даже тем, как она наклонилась над кухонным островком в субботу.

Коллинз пощелкала пальцами перед самым моим носом, отчего я вздрогнул.

— Что? — быстро выдохнул я.

— Ты вообще выпал, — она ухмыльнулась. — В каких облаках летаешь?

— Ни в каких, — быстро отрезал я. — Просто мне тяжело поверить, что у тебя никогда не было отношений. Ты ведь…

Коллинз изогнула бровь.

— Я ведь «что», Брэди?

— К-красивая, — запнулся я. — И интригующая.

— Хм. Ну, спасибо, — отозвалась Коллинз. — Но как бы там ни было, эта способность — та часть меня, которую я всегда с умом оберегала. Иногда кажется, что это вообще единственное, что мне удалось защитить.

Я был глубоко тронут тем, что она доверилась мне настолько, чтобы открыться, но одновременно мне стало больно за ту Коллинз, которая считала, что ей нужна такая защита.

— А как же Бун? — спросил я.

Коллинз покачала головой.

— Мы никогда не говорили ему напрямую, но Бун чертовски наблюдателен. Он всегда знает больше, чем показывает, так что я уверена, что где-то в глубине души он в курсе, что семейка Картрайт не совсем обычная.

— Вся твоя семья так может?

— Разговаривать и видеть можем только мы с Кларк. Моя мама называет себя «чувствительной», то есть она ощущает то, что мы видим. Она знает, когда призраки рядом, чует их намерения и энергию. Нам с сестрой просто досталась мутировавшая версия ее генов, так уж вышло.

— А твой отец?

— Абсолютно обычный, — с мягкой улыбкой ответила Коллинз. — Но он неизменно повторяет, что это вполне логично, что невероятная женщина, в которую он влюбился, родила еще двух не менее невероятных женщин.

— У тебя отличная семья, — искренне заметил я.

Коллинз кивнула.

— А ты умеешь слушать.

Я уже начинал ловить себя на мысли, что слушать Коллинз — одно из моих самых любимых занятий.

— Ты слушаешь призраков, я слушаю тебя, пойдет?

— Пойдет, — согласилась Коллинз.

— У меня идея. Ты сказала, вы играли в настолки, когда отключали свет? — Она кивнула. — Ты в деле?

— Мне надо сначала взглянуть на игры, прежде чем соглашаться, — с