Неправедные ангелы - Алисия Рамос

начале строительства. После того, как его оставили, Рокко и несколько других парней решили превратить его в тюрьму. Я вздрогнула, вспомнив, как меня загоняли в канализацию и оставляли там на несколько часов. Дыра была тем местом, где ты заканчивал за то, что не соответствовал правилам, установленным кем-то, кто думал, что он имеет хоть каплю значения в любой из наших жизней, или когда ему этого хотелось.

Мое сердце сжалось, а чувство вины сдавило грудь. Я не могла оставить Райли. Он не заслуживал быть брошенным здесь, и я не простила бы себе, если бы поступила как Рокко. Может быть, вместо этого я могла бы помочь ему. Показать ему лучшие укромные уголки, рассказать ему все тонкости группового дома и показать Райли, что именно заставляло Рокко и его сальных друзей нервничать. Может быть, если я помогу ему, то когда-нибудь он поможет мне сбежать.

Вдоль территории оставалось несколько огней безопасности, и, к счастью, один из них был достаточно близко к канализационному стоку. Тусклый оранжевый свет падал на землю, и я могла видеть длинные пальцы Райли, просунутые через отверстия в сливной решетке. Его ворчание и тихие всхлипы показывали, как усердно он пытался выбраться. Я приняла решение и помчалась к месту из своих кошмаров.

Земля была уже холодной и влажной, когда я опустилась на колени, и печаль пронизала меня. Райли сгорбился и уже промок под дождем, он был слишком высок, чтобы поместиться там в том виде, в каком он был. Я могла представить, что его колени были сведены вместе от боли. Было слышно, как по меньшим боковым трубам пробираются крысы, и Райли шмыгнул носом, умышленно пытаясь отогнать их.

— Пожалуйста, вытащи меня отсюда, — взмолился он. — Я не люблю темноту.

Упершись руками в колени, я потянула за тяжелый металл. Неудивительно, что он не сдвинулся с места. Я сделала паузу и глубоко вздохнула, пытаясь снова потерпеть неудачу.

— Дай мне свою руку, — потребовала я. Его дрожащие пальцы нерешительно переплелись с моими, и я крепко сжала их. — Через несколько минут я попробую снова. Я обещаю.

— Пожалуйста, не оставляй меня здесь.

— Никогда. Кстати, ты не похож на Райли. У тебя есть прозвище? Большинство тех, кто входит в эти двери, рано или поздно получают его. Так что, если ты этого не сделаешь, ничего страшного, — я уставилась на него через решетку. Его ботинки теперь были погружены под воду, и если я оставлю его еще немного, он потеряет их; не похоже, что эта старая сука что-то здесь заменила. Нам пришлось бы прибегнуть к воровству или попрошайничеству. Однажды я украла обувь прямо с клетчатого одеяла в парке, пока мать играла в песочнице со своими детьми. Я переросла их, но они были всем, что у меня было. Казалось, что деньги, которые поступали в приют, всегда «пропадали».

Я не стала бы говорить Райли суровую правду, только надеясь, что он не столкнулся с такими же трудностями. Я спросила его имя только для того, чтобы начать разговор и отвлечь его от текущей ситуации. На самом деле меня не волновало прозвище; мне действительно нравилось имя Райли.

Несмотря ни на что, его губы изогнулись в легкой улыбке. — Обычно я называю себя вторым именем, но мы только что познакомились. Еще слишком рано говорить тебе об этом, — пошутил он.

— Отдай это мне, или я могу уйти, — я попыталась встать, но он отказался отпустить меня, крепко сжав мою руку. — Хорошо, хорошо. Что, если я просто дам тебе одно вместо этого? — нерешительно спросила я.

Он кивнул. — Вытащи меня, и можешь делать все, что захочешь, Веснушка.

Темнота никак не могла скрыть мои раскрасневшиеся щеки. Никто никогда раньше не упоминал о моих веснушках. Бабочки запорхали у меня в животе, что было странно. Прогнав это чувство, я снова сосредоточилась на решетке. Я была полна решимости освободить его, даже если это насторожит Рокко. Он этого не заслужил. Никто из нас этого не заслуживал.

— Извини, прошло несколько дней с тех пор, как я ела в последний раз. Я не такая сильная, как обычно, — призналась я, меняя позу, чтобы лучше держаться. — Ты поднажми, а я потяну. На счет три.

— Один.

— Два.

— Три!

Он толкнул, а я потянула изо всех сил. Вместе мы смогли сдвинуть решетку, перевернув ее на землю рядом с нами. Взяв Райли за руку, я помогла ему выбраться и встать на ноги. — Я знаю, у тебя, наверное, болят ноги, но мы должны убираться отсюда, пока нас кто-нибудь не услышал или в нас не ударила молния, — выдохнула я, указывая на деревья.

Он изо всех сил пытался отдышаться, но кивнул, и мы вместе направились через лес к моему убежищу. Дорога туда заняла около десяти минут, и к тому времени, как я продралась сквозь густой кустарник, скрывавший вход в землянку, я совершенно запыхалась.

Мы втиснули наши тела в небольшое пространство, и я попыталась улыбнуться в его сторону. — Я знаю, что она тесная, но я решила, что все лучше, чем дыра, — пожала я плечами.

Перекладывая кое-какие вещи, я нащупала припрятанные в дальнем углу мятные палочки. Если я в ближайшее время чего-нибудь не съем, то потеряю сознание. Мои дрожащие пальцы копались в грязи, пока не наткнулись на пластиковый пакет. В этот момент я слизывала грязь с конфет, просто чтобы поесть.

После того, как я вдохнула несколько мятных палочек, Райли прочистил горло. — Ты кажешься опасной. Мне это нравится.

Я рассмеялась. — Ну, живя в этой дыре, ты вроде как должен быть таким. Но не похоже, что тебе здесь место. Почему ты здесь?

— Почему ты? — в его ответе сквозило скрытое предупреждение, и я отступила.

Должна ли я рассказывать кому-то, кого я только что встретила, историю своей жизни? Действительно ли ему было не все равно?

Никогда в жизни мне не хотелось просто сломаться и все кому-нибудь рассказать. Это никогда не казалось безопасным. Но когда его глаза встретились с моими, терпеливо ожидая ответов, я почувствовала, что могу доверять ему.

— Моя мать она...она...наркоманка. Ее поймали при попытке продать меня офицеру под прикрытием, — небольшое пространство начало приближаться ко мне, и моя грудь сжалась от охватившей меня паники. — Это было тоже не в первый раз. Это началось, когда мне было десять, по крайней мере, я думаю, что тогда это началось. Это могло быть и раньше, но я ничего не помню о своей жизни до этого. Если у нее не было денег, я была следующей, кого