Притворись моей невестой, бывшая! - Саяна Горская

На улице темно, мороз намного бодрее московского. Воздух обжигает нос, дыхание превращается в белое облачко. Перед входом в аэропорт стоит ряд такси, мигают огоньки, мерзнут водители в пуховиках у машин.

Сажусь в первое попавшееся такси, устраиваюсь на заднем сиденье, оттаиваю. Машина трогается, мы выезжаем на трассу.

До города около тридцати километров, лента асфальта освещена редкими фонарями. За окнами чёрные силуэты леса, редкие заправки, щиты с рекламой. Мигание дальнего на встречке, тёмное небо, дорожная разметка. Свет фар смазывает сугробы, снег поблёскивает сахарной крошкой.

Прислоняюсь лбом к прохладному стеклу. Где-то там, за этой темнотой, мои школьные маршруты, дворы, где я каталась на «плюшке», дом, в котором провела детство.

Таксист включает радио, по салону разносится вечное новогоднее «Три белых коня». А я ловлю себя на том, что улыбаюсь.

Когда город наконец начинает прорисовываться, становится ещё светлее. Сначала нас встречают спальные районы: многоэтажки, гирлянды на балконах, ёлки у торговых центров. Потом огни становятся плотнее.

Мы выезжаем на мост. Под нами – чёрная лента воды, над которой ползёт пар. Огни отражаются в реке длинными дрожащими дорожками. На другом берегу – домики, фонари, огни. Это такой живой, мощный и знакомый пейзаж, что у меня перехватывает дыхание.

– Приехали, – говорит таксист, когда мы останавливаемся у отеля.

Лезу в сумку за кошельком.

Холодею. Кошелька нет…

Проверяю карман, внутреннее отделение, ещё один карман, маленький потайной, где у меня всегда лежит немного налички. Пальцы шарят быстрее, я выворачиваю сумку, но не нахожу ни телефона, ни кошелька с картами и деньгами. Ничего.

Такой липкий ужас прокатывается по спине, что даже ноги становятся ватными.

Картинка в голове вспыхивает сама собой. Столкновение, приятный парфюм, тёплая рука, белозубая улыбка. Павел наклоняется за моей косметикой, закрывает молнию, помогает подняться, держит мою ладонь.

Он держал и мою сумку.

– Нет. Только не это!

– Что-то случилось? – Поворачивается ко мне водитель.

Поднимаю на него глаза.

– Кажется, меня только что обчистили…

Глава 6

Расплачиваюсь с таксистом. Выворачиваю из внутреннего кармана сумочки всё до последней монетки. Этого всё равно не хватает. Хорошо ещё, что водитель только тяжело вздыхает, а не требует в счёт долга мои золотые серьги.

– Ладно уж, – ворчит. – На вас сегодня и так, видно, все звёзды с неба попадали. Идите с богом.

Бормочу «спасибо», вылезаю с чемоданом и сумкой. И только у входа в отель понимаю, насколько мне повезло, что номер я полностью оплатила заранее. Без кошелька, без телефона, без карт я сейчас с тем же успехом могла бы ночевать в аэропорту.

С грехом пополам заселяюсь.

Люкс оправдывает каждую копейку, вложенную в него. Огромная кровать, мягкий ковёр, в котором утопают ноги, кресло у панорамного окна, за которым светится Красноярск. Подхожу ближе, прижимаюсь ладонями к холодному стеклу.

Внизу переливаются огни дорог, тянется Енисей. Вдали видно остров Отдыха с центральной ёлкой: яркое пятно света, вокруг которого крутится жизнь. Машины, люди, огоньки, гирлянды. Новый год идёт сюда полным ходом.

Так, надо заблокировать карты. Немедленно.

Иду к столу, поднимаю трубку стационарного телефона. Рядом лежит карточка с инструкцией по набору: городские, междугородние, международные, какие-то коды. Номера банка в голове, конечно же, нет. И посмотреть негде – сотовый-то уплыл вместе с широкой улыбкой грёбаного проходимца Павла.

Сажусь на край кровати, делаю пару переборов пальцами телефонной трубке. Хочется поплакать и побиться головой о стену.

– Так, Семёнова, паника потом. Сначала действия.

Действия напрашиваются простые и старомодные: найти живого человека, у которого есть телефон, и попросить им воспользоваться. Телефоном, конечно. Не человеком. Объяснить ситуацию, пережить пару сочувственных или любопытных взглядов, но зато вернуть себе хоть какой-то контроль.

Мысли о том, что надо сейчас кому-то рассказывать свою историю, совсем не радуют, но перспектива, что Павел бегает по магазинам с моими деньгами, радует ещё меньше.

Подхожу к зеркалу, оцениваю свой вид. Не бог весть что, но не катастрофа: волосы немного растрёпаны, но их можно пригладить. Скидываю шубку, поправляю простенький пиджачок на плечах.

Выбираюсь в коридор. Здесь тихо, ковёр глушит шаги, свет мягкий, возле каждой двери горит аккуратная лампочка с номером.

Почему-то останавливаюсь у того, что справа. Дверь там приоткрыта на пару сантиметров. Из щели льётся тёплый свет, слышен тихий голос.

Стучу тихонько и просовываю в номер любопытный нос.

Мужской, низкий и чуть уставший голос становится громче.

– Да где я тебе её найду, Матвей? – говорит невидимый сосед. – Раньше надо было думать, до того, как я с Дариной расстался. Хоть какой-то толк от неё был бы.

Просовываю голову ещё немного. Мужчина стоит у окна спиной ко мне. На бёдрах небрежно повязано белое полотенце, вода ещё скатывается по бронзовой коже. Плечи широкие, спина сильная, волосы тёмные, влажные.

– А теперь и думать забудь, – продолжает он. – Не буду я, как дурак, по городу мотаться в поисках невесты. Мне работать нужно, а не статисток подбирать. Да наплевать мне, что они там про семейные ценности говорят. Нет у меня здесь подходящих знакомых! Все мои подруги детства либо глубоко замужем, либо уехали, либо… Лучше даже не думать.

Пауза.

– Всё, Матвей, завязывай страдать, – голос становится сухим и раздражённым. – Выкручусь и без невесты. Бывай.

Телефон с громким стуком отлетает на низкий стеклянный столик.

Да, похоже не лучший момент я выбрала. С одной стороны, мне срочно нужен телефон. С другой – мужчина этот явно не в настроении играть в доброго самаритянина.

Но отступать поздно.

Собрав всю храбрость, стучу ещё раз, на этот раз так, чтобы точно услышали. Открываю дверь шире.

– Добрый вечер. Прошу прощения, что без приглашения. Я хотела бы попросить у вас…

Мужчина оборачивается. Раздражение на лице сменяется изумлением.

Я же застываю на пороге, вцепившись в косяк так, что костяшки пальцев белеют.

– Марк?

– Света?

Глава 7

Если бы кто-то неделю назад сказал мне, что я окажусь в роскошном отеле в Красноярске и увижу Марка Сафина в полотенце, я бы решила, что это побочный эффект от закиси азота у стоматолога.

Марк Сафин.

Моя первая большая любовь.

Моя главная глупость девятнадцати лет.

Мы с ним встречались почти два года. Дешёвые кафешки, прогулки по набережной, поцелуи в подъездах, планы покорить мир: он – мир бизнеса, я – книжный. Потом Марк взял курс на Москву, уехал в столицу на время, и это время плавно растянулось в навсегда.

Сначала были звонки