Только моя - Лора Павлов

устроился в Lions. Правда, с трудолюбием у Себа было неважно. Он курировал отдел маркетинга, но, по словам отца, появлялся там один-два раза в неделю. Он был душой компании и мастером веселья, но профессионального огня в нем не было.

Да и не нужно было.

Денег у нас хватало, чтобы вообще не работать.

Просто мне всегда хотелось всего добиться самому. Отец сделал себя сам. Он пахал до изнеможения, чтобы его семья ни в чем не нуждалась. Я безмерно его уважал.

Мой дед со стороны матери был «котиком». Я всегда знал, что хочу пойти по этому пути. По крайней мере до того момента, когда пришло время брать ответственность за Lions.

— Пап, — окликнул я, когда его рука легла на дверную ручку.

— Да? — Он обернулся.

— Ты прав. Мне не стоило так говорить. Это больше не повторится. — Я поднял ладонь, когда он улыбнулся, будто я только что сдался. — Я все еще не считаю, что она подходит для этой работы. Но я дам ей шанс.

— Мне большего и не нужно. Самолет вылетает рано утром. Свяжись с Лео и проверь рейсы. За ближайшие две недели ты посетишь десять городов. Найди нам игроков.

Лео был одним из пилотов нашей семьи и работал у нас столько, сколько я себя помнил. Отец умел находить хороших людей и держал их рядом. Я это ценил. Я привык полагаться на небольшой круг тех, кто прикрывал мне спину. Они были моими братьями. Моей семьей. За пределами этого круга я почти никому не доверял.

И уж точно я не доверял маленькой плутовке, которая собиралась лететь со мной в эту поездку.

Ни за что.

3 Дилан

Дюк с утра прислал за мной машину. Я выкатила чемодан из шикарного здания, где жили моя сестра и Хоук. Вернувшись из этой поездки, я должна была переехать в корпоративные апартаменты, принадлежащие «Лайонс». Я их еще не видела, но Роджер уверял, что они впечатляют.

Меня все еще трясло после сцены, которую Вольф устроил вчера. Большинство просто сделали бы вид, что мы не знакомы. А он фактически вывел меня на чистую воду. И потом продолжал меня унижать. По дороге домой я позвонила Эшлан, моей младшей сестренке, и рассказала, что произошло. Это вылилось в семейный видеозвонок со всеми пятью сестрами, и каждая щедро раздавала советы, как «отпустить ситуацию». Я прекрасно знала, как это делается. Просто не считала, что должна.

Но я собиралась быть профессионалом, потому что мне нужна эта работа.

У меня было девяносто дней, чтобы себя доказать.

И я понимала, что Вольф не хочет видеть меня рядом, поэтому собиралась держать его в поле зрения.

— Доброе утро. Я Каспер, — сказал пожилой мужчина, останавливаясь у черной машины и открывая для меня заднюю дверь.

— Доброе утро. Спасибо, что заехали за мной. — Я села в салон и пристегнулась.

Пока мы ехали к ангару, откуда частный самолет должен был доставить нас в Нью-Йорк, я просматривала заметки, которые мы с Роджером разобрали вчера после интервью из ада. Нужно было учитывать множество нюансов, поскольку существовали правила, запрещающие командам связываться с игроками в течение сезона. Окно для переговоров было очень коротким — с двадцать пятого по тридцатое июня. Пять дней на встречи с игроками и обсуждение общих условий контрактов, при этом подписывать соглашения можно было только с первого июля. Нам требовалось несколько новых игроков, и сейчас важно было заложить основу. Встречи с агентами, особенно с теми, кто представлял действующих игроков нашего состава, не нарушали правил. А если вскользь упомянуть интерес к другим спортсменам, можно было хотя бы понять, хотят ли они, чтобы «Лайонс» занялись ими, когда придет время. Я заранее изучила и Хуана Риверу, и его агента, подписалась на них в соцсетях, чтобы почувствовать, с чем именно мы имеем дело.

Я посмотрела в окно, когда мы по шоссе приближались к ангару. Мне стало интересно, будет ли неловко лететь вместе с Вольфом после того, как он ясно дал понять, что не хочет со мной работать.

Я знала, что должна сделать. Мне нужно было расположить к себе Бракстона Джонса, чтобы доказать, что я заслуживаю этот шанс. Роджер заранее предупреждал меня, что потребуется крепкая кожа: когда он и Дюк летали к нему в прошлом году, Бракстон не явился на первую встречу. Судя по всему, он представлял одних из лучших игроков лиги, а человек с таким выбором любит, когда за ним бегают. Вероятно, это было частью его игры.

Я выучила наизусть всю статистику Хуана, чтобы при встрече с Бракстоном хотя бы выглядеть человеком, который понимает, о чем говорит.

Когда мы подъехали к ангару, Каспер помог мне с сумкой и пошел рядом, ведя меня к большому самолету, стоявшему всего в нескольких шагах от нас. Он поднялся по трапу, поставил мой багаж внутрь, затем почти бегом спустился обратно и жестом пригласил меня заходить.

— Счастливого пути, мисс Томас. И добро пожаловать в команду.

— Спасибо. — Я поднялась по трапу и, повернув за угол, встретилась взглядом с Вольфом.

В салоне было, кажется, шесть рядов по два кресла по обе стороны прохода. Я осматривалась, решая, где сесть. Он сидел у прохода во втором ряду.

— Я не кусаюсь, — сказал он низким голосом, лишенным всякого юмора.

Я подавила желание закатить глаза или отпустить колкость. Я была здесь, чтобы доказать, что умею держать себя в руках.

Я села на место по другую сторону прохода от него, поставила портфель на соседнее кресло, затем пристегнулась.

— Я не переживаю. Мы оба профессионалы.

— Пока я не влезаю без очереди, да? — дернулась его челюсть.

— Ну, вы свой ход сделали. Вы сделали все, чтобы я не получила эту работу, и все же я здесь, рядом с вами. По-моему, это похуже, чем влезть без очереди.

В его темно-синем взгляде что-то мелькнуло, но я не смогла понять что. Может, ему стало неловко. А может, он просто проверял, как далеко можно зайти.

Перед нами появился мужчина.

— Мистер Уэйберн, мы готовы к взлету.

— Лео, ты знаешь меня с детства. Пожалуйста, зови меня Вольф. — Он не усмехнулся, но в голосе проскользнула едва заметная ирония. Большинство этого бы не уловило, пугаясь этого громилы. А я всегда замечала мелочи.

Пилот улыбнулся.

— Как скажешь, Вольф. Приятно познакомиться, мисс Томас.

— Можно просто Дилан. Мне тоже приятно познакомиться.

— Отлично. Поднимем эту птичку в небо. — Он повернулся и исчез за дверью, как раз в тот