Прятки с любовью - Жанна Софт

Тот, впрочем, не собирался вступать в равный бой со мной, предпочитая сыпать угрозы женщине.

— Я тебя из-под земли достану, сука, — рыкнул он в, пятясь от меня, — Ты еще ответишь за то, что сделала, слышишь⁈

Света кивнула. Конечно, она слышала.

Сдержанно оправив платье, и прикрыв синяки, оставленные грубыми пальцами на бедрах, она, закусив губу, опустила ресницы.

Плачет?

— Ты в порядке? — мне было неловко.

Женщина рвано кивает и поправляет макияж.

— Тебя домой подвезти? Где подруги делись?

Рыжая красавица поднимает на меня свои глаза, и я только сейчас понимаю, что они у нее такого же цвета, как мои. Удивительно. Редко, когда встретишь именно такой оттенок.

— Никакие они мне не подруги, — фыркает она устало и бредет к парковке, должно быть, принимая мое предложение подвезти до дома.

Иду следом, на ходу доставая ключи от машины и пикнув сигналкой, обозначаю Свете свое транспортное средство. Это черный ауди.

Она молча садится на пассажирское сидение, и я замечаю, как от стресса подрагивают ее руки. Сажусь за руль, и включаю зажигание.

Машина моя, но иногда я катал на ней и босса, поэтому внутри все было безупречно. Она оглядывается, должно быть ищет какие-то минусы, но судя по ее лицу — не находит.

— Классная тачка, — деловито замечает, сложив коленки и повернувшись ко мне вполоборота.

Я невольно смотрю на ее ноги, пока мое сознание обволакивает аромат ее духов. Представляю, как было бы классно покувыркаться с этой красоткой. Но потом думаю о том, как она идет в ментовку и пишет на меня изнасилование, и весь запал разом сникает. Красочно вижу шантаж и угрозы, с обещанием забрать заявление.

Осторожность. Вот что важно.

Впрочем, я и так уже подставляюсь. Привел ее в свою машину.

Включаю регистратор, на всякий случай. Он снимает и снаружи, и салон. Она, как будто внимания не обращает.

— Где ты живешь? — я привожу ауди в движение, выводя с парковки на дорогу.

— Не хочу домой, — вдруг сообщает Света, — Воронин знает, где я живу.

Кошусь на нее, на мгновение отрываясь от дороги.

— Воронин — это который из них? Жирный?

Она брезгливо кривится, и качает головой.

— Фу, нет. Второй, который депутат.

— Так он еще и депутат! — я усмехаюсь и качаю головой, — Капец, ты бесстрашная.

Женщина хмурит красивые брови и смотрит на меня в упор, словно хочет дырку протереть.

— Ты эскортница? — прямо спрашиваю, чтобы сразу все недоразумения отсечь.

— А что, хочешь мне денег предложить? — ехидно отзывается она.

Я усмехаюсь и смотрю в ее лицо.

Блин. Вот если честно, отдал бы всю зарплату, только бы трахнуть ее. Не раздумывая. Хотя, это как-то низко что ли. Но золотая рыбка странным образом отбила у меня гордость и порядочность, заставляя низменно желать ее тела. Уловив заминку, она рассмеялась.

— Расслабься. Я не шлюха, и спать с тобой не буду. Даже за деньги.

А вот это уже было обидно.

Я резко ударяю по тормозам, едва успевая съехать на обочину. Светка чуть не слетает с сидения, но внимание рыжей мне привлечь удалось. Она напряженно следит за моими дальнейшими действиями, а я поворачиваюсь к ней и улыбаюсь.

Вероятно, она ожидала другой реакции.

Тянусь к ее ногам, но не лапаю ее, а всего лишь достаю из бардачка свой бумажник.

— Дело есть, — комментирую деловито, — Посиди.

Она следит за мной, но вероятно не понимает, что происходит. Выхожу из машины, и иду к магазину, покупаю там бутылку хорошего шампанского.

Возвращаюсь к ней, вручаю покупку, пока моя новая знакомая недоуменно следит за происходящим.

— Поедем на набережную рассвет встречать, — поясняю я, — Но ты свою идею на счет секса придержи. Вдруг передумаешь.

Подмигиваю рыжей с едкой ухмылкой и вновь гоню тачку.

Паркуюсь не далеко от набережной, и выхожу из машины. Светлана следует за мной, и разобраться в ее чувствах я пока не могу.

Держу ее за руку, во второй — бутылка шампанского, подмышкой свернутый клетчатый плед, что я прихватил из багажник. Ее ладошка прохладная, и мне кажется, что она нервничает. Но виду не подает.

Веду ее решительно к воде, минуя зеленую зону напротив Москва-Сити, стелю на землю плед. Она молча наблюдает, скрестив руки на груди.

— Да ты у нас романтик, — едко замечает рыжая, но меня так просто не проймешь, — Ты как будто подготовился заранее. Часто сюда девушек привозишь?

Я не отвечаю, деловито расправляя плед и водрузив в его центр бутылку.

— Можешь разуться, — киваю на ее туфли, на высоченных каблуках, — Мы тут посидим немного, скоро твоего бывшего выключит от всего того, что он принял, и ты сможешь вернуться домой.

Открываю шампанское, успев перехватить пробку, с легким хлопком, и протягиваю ей бутылку.

Света с улыбкой ее принимает, и садится на плед.

— А ты решительный.

Ничего не отвечаю. Сажусь рядом с ней, вытянув ногу с протезом перед собой, смотрю на алеющее небо, и отблески солнца в небоскребах.

Она отпивает немного шипучки с горла бутылки, и тоже демонстрирует длинные ноги. Я невольно любуюсь ими вновь. И она это знает.

— Что с твоей ногой? — вдруг спрашивает.

Внимательная, надо же.

— Протез, — сухо отвечаю, — В Чеченскую потерял. Пацаном еще был.

По ее лицу пробегает странная тень, но Светлана никак не комментирует свои мысли. Я тоже не продолжаю разговор на эту тему.

— А этот твой депутат, — помолчав, осторожно спрашиваю, — Чего развелись?

Рыжая мрачно смотрит на розовеющее небо.

— Изменил с моей подругой.

— А он знал, что вы подруги? — этот вопрос возник из подслушанного в туалете разговора.

Она отрицательно качает головой, и ее волосы вспыхивают отблеском лавы в рассветном солнце.

— Что ж, сочувствую.

Света усмехается и делает жадный глоток из бутылки.

— Все мужики — кобели. Этого следовало ожидать. Какой бы совершенной не была его женщина, он всегда ищет новую, — издает она.

И я понимаю, что сам того не желая, нарвался на исповедь.

— И ты решила отомстить?

Светлана переводит на меня свой взгляд и медленно отставляет бутылку на сырую траву. Интригует.

— В каком-то смысле, — лениво говорит она, медленно подбираясь ко мне, на коленках, словно дерзкая кошечка, сияющая в рассвете.

Перекидывает одну ногу, усаживается на меня, оседлав.

— И мне будешь мстить? — жар ее тела, прижатого к моему, пробуждает во мне шквал ядерного желания, которое ударяет по шарам мощнее любого алкоголя.

Светлана буквально ослепила меня. Каюсь. Яркая, словно огонь, она лишила меня возможности рассуждать здраво, но я искренне пытался.

Мои руки сами собой оказываются на ее ягодицах, она обхватывает мое лицо руками