Матрёшка для наглеца Гошки - Рокси Нокс

помощь, привезти, отвезти, перетащить тяжелые коробки с сувенирами и сумки с продуктами из магазина. А танцует как! Девушки дышать забывают, когда он выходит танцевать свою лезгинку.

Только для меня его измена перечеркнула все хорошее, что в нем было.

Чмо бородатое – отныне вот он кто для меня!

Мы стоим, измеряя друг друга взглядом. Сегодня я уже один раз справилась с «пивным бароном». И с этим джигитом как-нибудь справлюсь тоже. Матрешек на всех хватит.

– Не надо пугать меня, Ацамаз. Пуганая уже.

– Прости, извини! – вдруг резко переобувается он. – Я погорячился. Сама понимаешь, кровь горячая, южная, – натянуто улыбается. – Но, Марин, я прошу тебя, как человек, – продолжает настойчивым тоном. – Послезавтра приедут мои родные. Отец, дядьки… Подарки привезут. А в моей квартире одни стены, стыдно приводить туда родственников. Побудь моей женой еще несколько дней. Впусти меня. Просто посидим за столом, потом я все улажу и исчезну. Обещаю.

Он протягивает руки, будто хочет взять мои, но я завожу свои ладони за спину. В его глазах читается страх. Не перед потерей меня, а перед своим позором. Перед тем, что скажут на Кавказе: Ацамаза жена выгнала из дома, как шавку, не уважает его, срамит перед людьми. Этого он боится!

– Знаешь, – говорю я, глядя куда-то мимо его плеча. – У Залесских особняк большой. И Алиса, твоя… новая любовь, наверняка будет рада принять твоих и своих будущих родственников с подарками. Уходи.

– Ай, ну что ты такое говоришь? Это ты моя жена, а не она. Золотые горы дам, Марина. Все, что захочешь. Квартиру подарю тебе свою, которая в еще ремонте. Или машину… Хочешь?

Ох, какой щедрый, ты погляди! Это что-то новенькое.

– У меня уже есть своя квартира. И машина. А твои золотые горы, Ацамаз, – смотрю ему прямо в глаза, – оказались всего лишь позолоченным дерьмом.

Он замолкает, сжав кулаки. Вижу, как вздулись вены на его шее. Джигит, вы только посмотрите на него! Ему сейчас важнее всего сохранить лицо перед теми, чье мнение для него – закон. А на меня плевать.

К ступеням подходит наш сосед со своим старым лабрадором. Пес, виляя хвостом, тычется мордой мне в ладонь. Сосед кивает мне, бросая на Ацамаза неодобрительный взгляд. Его здесь почему-то не любят.

– Марина, пожалуйста… – снова начинает бывший, но я перебиваю.

– Знаешь, что мне сказала моя бабка, крымчанка? – голос мой звучит тихо и четко. – Настоящего джигита видно не по тому, как он скачет на коне, а по тому, как он держит слово. Ты раз сто клялся мне в любви и верности. И что? Все твои красивые слова оказались чушью для наивных дурочек. Только мне не нравится быть дурой! Так что скачи к своей новой любови без оглядки. Может, там тебе поверят и помогут.

Как вспомню… Как он любил кичиться кодексом горца, когда ему это было выгодно. Смех разбирает!

Не дожидаясь ответа, поворачиваюсь к подъезду.

– Проходите, я вас пропускаю, – говорю соседу с нарочитой легкостью.

Дверь с сильным стуком захлопывается за нами. Я не оборачиваюсь.

Квартира встречает меня тишиной. Той самой желанной тишиной, которую Юсупов всегда нарушал – то своим громким смехом, то хлопаньем дверей, то бесконечными созвонами.

Прислоняюсь спиной к холодильнику и закрываю глаза. Все. Кончено.

Потом иду по комнатам и провожу ревизию. На полке в прихожей лежат его любимые духи, от которых теперь тошнит. В шкафу – забытая потрепанная футболка. В туалете пластиковый кувшин с тонким носиком, которым он пользовался после оправления потребностей.

Каждый предмет словно напоминание о собственной глупости и о нескольких годах, прожитых, по сути, с чужим человеком. Я так и не приняла их менталитет.

Надеюсь, Алиса Залесская с радостью будет молиться вместе с ним на одном коврике и слушать наставления сварливой свекрухи, как надо ухаживать за ее мальчиком. Чем поить, чем кормить, во что одевать.

Господь! Я ему была как мамка. А ведь он всего на три года младше меня.

Но теперь всё! Избавилась.

Беру большую спортивную сумку и методично без злости начинаю наполнять ее всем этим оставшимся от него хламом.

Затем открываю сайт службы доставки и заполняю данные. Адрес. Получатель Алиса Залесская. В графе «Комментарий для курьера» пишу: «Личные вещи Ацамаза. Передайте новой хозяйке. Старая – освобождает полки».

Выбираю самую дорогую доставку – «к определенному времени, на завтра». Пусть привезут прямо к завтраку, на котором будет присутствовать папаша Залесский. Надеюсь, ему понравится мой «подарочек» – ношенные трусы и носки будущего зятька. И не только…

Возвращаюсь на кухню, вскрываю бутылку хорошего шампусика. Наливаю себе один бокал.

– За свободу, – тихо говорю себе и делаю небольшой глоток. – Горько!

Глава 6

Глава 6

Георгий

– Что это за дерьмо?! – рычу, смотря на потрепанную спортивную сумку. – Кто принес?

Я проснулся не в духе из-за чертовой Матрешки, которая меня вчера кинула. Повелся как мальчишка на ее дурную провокацию с женитьбой. Надо было не отпускать ее никуда, а продолжать уламывать!

Баба только после развода, голодная, несчастная… Куда бы она делась? Пригрелась бы на моей груди. И дала бы, да еще как! Об этом ее тело, висящее в окне, говорило. Как она текла, как кончала, сжав мои пальцы в тисках. Эх, упустил...

Но вернемся к сумке.

– Это для Вашей дочери, – говорит перепуганная домработница. – Я сейчас унесу.

– Стоп. Надо проверить, что там внутри. Вдруг взрывчатка.

Горничная бледнеет, а я надеваю перчатку и принимаюсь за обследование содержимого.

Достаю на свет божий сильно поношенные мужские труханы и брезгливо морщусь.

– Я так понимаю, это шмот Алискиного воздыхателя? Выбросить! Отнести на уличную мусорку. Немедленно.

Ну, Матрёшка, только я хотел забыть тебя, как ты напомнила о себе. Да так, что аппетит теперь испорчен на весь день.

Надо что-то предпринять в ответ!

Может, розы ей заказать?

Да прям щас, не заслужила!

Нет, надо что-то такое, чтобы тоже над ней поугарать. Но что… что?

Нужен маленький, но болезненный щелчок по носу за эту сумку с тряпьем и каким-то дурацким кувшином.

Придумал!

Звоню своему креативщику. Пусть закажет от моего имени самый