Путешествие в Древний Китай - Лора Лей

* * *

Беда не приходит одна: следующей стала смерть бабушки Нинг. Эта прекрасная женщина скончалась во сне через год после похорон доктора Су. И Бай Ниу с дедом Веньхуа остались вдвоем.

К этому времени, благодаря деньгам Су Бингвеня, у Бай Ниу было уже две автомастерских и автомойка, а также клиника, которую она смогла расширить до популярного центра традиционной медицины с курсами акупунктуры, массажа, лечебной гимнастики и траволечения.

В память о докторе Су она по выходным приходила в центр и проводила сеансы массажа и акупунктуры самостоятельно, поскольку успела, еще при его жизни и по его рекомендации, получить сертификаты по обеим специальностям, успешно сдав необходимый минимум в ассоциации китайских врачей-традиционалистов.

* * *

Тридцатилетие Бай Ниу справляла в компании деда на курорте в Янчжоу. Они прекрасно провели время, греясь в природных источниках и наслаждаясь красотой окружающей природы. Благодаря занятиям тай-чи, силе духа и заботе внучки Вэй Веньхуа намеревался прожить еще лет десять и выдать-таки её замуж, невзирая на уверения девушки, что жизнь прекрасна и без наличия в ней мужчин.

Дедушка Вэй был настойчив, и в течение следующих пяти лет время от времени отправлял Ниу-Ниу на свидания с какими-то знакомыми его знакомых, их сыновьями, внуками, племянниками, партнерами по бизнесу.

Бай Ниу честно ходила в кино, обедала, ужинала, даже каталась на лошадях с претендентами на её тушку, но неизменно возвращалась домой одна: не нравилась она, и не нравились ей. Чаще первое (не красавица, да, и старая — «огрызок», увы), не реже — второе (глупый, нахальный, просто козёл).

Дед расстраивался, переживал, но не терял надежды устроить личную жизнь единственной внучки. И, отправившись на очередную встречу в «парк невест», был сбит на переходе пьяным мажором…

* * *

Бай Ниу примчалась в больницу и просидела рядом с впавшим в кому дедом три дня, не отходя от его койки дальше, чем в туалет тут же, в ВИП-палате, которую оплатила сразу, как только оказалась в больнице.

Сидя рядом с бледным, опутанным трубками последним дорогим человеком, держа его за руку, женщина мало думала, только молилась, чтобы ее замечательный дед очнулся и был с ней дальше, даже если для этого придется выйти замуж.

Желание Бай Ниу исполнилось: дед очнулся на четвертый день.

— Дочка… Прости за всё… Не так я хотел уйти… — голос Вэй Веньхуа был слабым, но четким, как всегда. — В моем столе найдешь шкатулку, всё в ней — для тебя… И … письмо матери отвези, сама, и браслет белый ей отдай… Будь умницей, малышка … Дорогая моя Ниу-Ниу, живи счастливо…

Рука старика потянулась к голове внучки, но безжизненно упала…

Бай Ниу осталась одна. По-настоящему.

Глава 4

История Бай Ниу, окончание

Следующие два месяца Бай Ниу помнила смутно: похороны, тишина в квартире, посещение полицейского участка, нотариуса, мастерские, бессонница, отчаяние, злость, пустота…

Она ела, работала, принимала решения, говорила, ходила по инстанциям по поводу аварии и наследства, даже в бассейн и на тренировки, но при этом молодая женщина всё воспринимала как-то отстраненно, будто через стекло: вроде видит, слышит, а не чувствует.

Как ей это удавалось, Ниу-Ниу не задумывалась, внешне оставаясь прежней: внимательной, сосредоточенной, вежливой, только более молчаливой. Еще она не плакала — совсем, даже в одиночестве.

* * *

Ей, как и другим жертвам наезда (их оказалось трое, только двое выжили, а дед Вэй — нет), отец виновника аварии предложил разойтись полюбовно: он оплатит медицинские расходы и дополнительно вручит значительную сумму компенсации каждому (или родственникам жертвы), а они откажутся от судебного преследования, учитывая искреннее раскаяние нарушителя и его добрую волю в поддержке потерпевших.

На всех встречах с ответчиком Бай Ниу хранила молчание, внимательно слушала речи представительного мужчины — отца мажора и смотрела на самого парня, пытающегося выглядеть раскаившимся и сожалеющим о своем проступке. Но только пытающимся — это женщина понимала очень хорошо.

Ей приходилось почти ежедневно принимать подобных молодых людей в своей мастерской: избалованные, самоуверенные, наглые и жестокие, они считали себя выше законов благодаря деньгам и власти родителей.

Будь Бай Ниу сильнее в тот момент, она продолжила бы борьбу, стала бы судиться и прочее, но свалившееся на неё горе, не осознанное до конца, и не принятая потеря мешали действовать жестко, поэтому она просто плыла по течению, подчиняясь мнению большинства. Незамутненная болью часть сознания предложила оставить решение «на потом», как и обязательную расплату, когда найдутся силы для адекватных рассуждений и поступков.

Поэтому Бай Ниу приняла предложенную компенсацию (довольно большую сумму, кстати), подписала отказ от претензий и молча удалилась. Отец и мажор остались ею очень довольны, решив, видимо, что уродина глупа и не представляет опасности.

* * *

Бай Ниу с похорон не заходила в комнату деда — не могла. Даже получив от нотариуса сведения, что ей досталась квартира, мастерская деда и небольшой счет в банке, который предстояло поделить с матерью, молодая женщина не выразила никаких эмоций: она обо всем уже догадалась. Да и не в деньгах было дело: ничто не могло вернуть дорогого человека, поэтому материальные вещи имели второстепенное значение.

Неизвестно, сколь долго пребывала бы она в таком эмоциональном коматозе, если бы однажды не пришло письмо от матери, и не вспомнилась бы предсмертная просьба Вэй Веньхуа.

Только тогда Бай Ниу зашла в комнату деда, открыла тумбочку в его письменном столе и взяла оттуда небольшую деревянную шкатулку-головоломку. Пришлось напрячь мозги, чтобы добраться до содержимого коробочки.

Как и сказал дед, внутри лежало письмо к её матери и несколько, явно старинных, нефритовых украшений: белый браслет, пара серебряных серег с травянисто-зеленым камнем, такой же браслет и мужское кольцо кроваво-красного цвета. Даже не разбираясь в антиквариате, Бай Ниу поняла, что стоить эти вещи должны весьма и весьма недешево, поскольку нефрит был чист, гладок и насыщен цветом.

Молодая женщина взяла в руки кольцо, надела его на большой палец левой руки и….разрыдалась. Она плакала горько, безутешно, сильно и долго. Вспоминала, сожалела, злилась, горевала, снова сожалела… Выплакивала боль всех потерь за последние годы, принимала случившееся, прощалась с ушедшими, успокаивалась и решалась жить дальше.

* * *

На следующий день, объявив о недолгом отсутствии, Бай Ниу раздала указания подчиненным, купила билет на самолет до ближайшего к месту жительства матери города, купила некоторые тоники