Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет - Ангелина Сантос

не хотел отпускать. По коже пробежала тонкая темная искра.Мира вскрикнула.На запястье, рядом с повязкой, проступила едва заметная линия — черная, изломанная, похожая на крыло.Марина смотрела на нее, пока метка не погасла.Потом тихо сказала:— Вот теперь поговорим не только о разводе. Теперь поговорим о том, что у меня украли.

Глава 2. Я больше не буду удобной

Лекарь оказался сухим стариком с глазами человека, который за жизнь видел слишком много чужой крови и слишком мало чужой правды.

Он вошел спустя четверть часа после ухода Эйрана и леди Ровены, нес за собой кожаный саквояж, пахнущий спиртовыми настойками, травами и чем-то горьким, от чего сразу сводило горло. За ним бесшумно скользнул высокий стражник в темной форме Дрейкхолда, но Марина остановила его взглядом еще у порога.— Он зачем?Лекарь замер.Стражник тоже.Мира, стоявшая у кровати с чистой водой, испуганно посмотрела то на Марину, то на дверь.— Миледи, лорд велел…— Лорд велел привести лекаря. Лекарь пришел. Стражник пусть подождет снаружи.Мужчина в форме нахмурился:— Приказ лорда Эйрана…— Передайте лорду Эйрану, что я еще не сбежала из постели, не подожгла замок и не заколдовала лекаря до смерти. Когда соберусь, позову вас заранее.Старик-лекарь кашлянул в кулак. Мира опустила глаза, но Марина успела заметить, как у нее дрогнули губы.Стражник покраснел.— Миледи…— Снаружи, — сказала Марина спокойно.Не громко. Не резко. Именно спокойно.В прежней жизни она не раз замечала: люди, привыкшие давить на чужой страх, терялись перед тихой уверенностью сильнее, чем перед криком.Стражник задержался еще на миг, затем поклонился и вышел.Марина проводила его взглядом, пока дверь не закрылась.— Теперь можно осматривать.Лекарь подошел к кровати. Он не стал ни охать, ни произносить сочувственных слов. Взял ее руку, осторожно развернул запястье, развязал повязку. Кожа под тканью оказалась бледной, воспаленной по краям, с тонким глубоким разрезом. Марина смотрела на чужую рану и чувствовала не ужас, а злость.Тихая Ливия дошла до алтаря одна.Или ее довели.И никто в этом доме не спросил вслух, почему.— Рез был неровный, — сказал лекарь.— Это важно?Он поднял на нее глаза.— Для тех, кто умеет читать раны, важно все.Марина чуть наклонила голову.— И что вы прочли?Лекарь помолчал.— Вы потеряли много крови, миледи. Но не столько, чтобы умереть, если помощь пришла вовремя.— А если помощь задержалась?— Тогда я сейчас разговаривал бы не с вами.Мира тихо всхлипнула.Марина не отвела взгляда от лекаря.— Кто нашел меня у алтаря?— Капитан Гарт.Имя отозвалось в памяти чужим уважением. Рэн Гарт. Глава стражи. Сдержанный, немногословный, честный настолько, насколько позволяла присяга.— Не лорд Эйран?— Нет.— Не леди Ровена?— Нет, миледи.— Не Селеста Вирн?Лекарь посмотрел на нее слишком быстро.Вот это уже было интересно.— Нет, — сказал он после короткой паузы.Марина запомнила эту паузу.— Вы осматривали меня ночью?— Да.— Кто был в комнате?— Лорд Эйран, леди Ровена, капитан Гарт, я и ваша служанка.— Селесты не было?— Леди Вирн не имеет отношения к лечению.— Как приятно. Хоть к чему-то она в этом доме не имеет отношения.Мира снова спрятала улыбку.Лекарь ничего не сказал, но взгляд его стал чуть менее холодным.Он обработал рану. Настойка жгла так, что у Марины потемнело в глазах, однако она не дернулась. В прошлой жизни ей удаляли осколок стекла из ладони после аварии, и тогда она тоже не кричала. Боль вообще редко спрашивает разрешения. Зато ты можешь решить, даст ли она другим власть над тобой.— Глубоко? — спросила она.— Достаточно, чтобы оставить след.— Хорошо.Лекарь замер.— Хорошо?— Будет напоминать.Он впервые посмотрел на нее не как на больную, а как на человека.— О чем?— О том, что в следующий раз я выберу нож не для себя.Мира уронила ложечку в чашку.Лекарь медленно завязал чистую повязку.— Миледи, подобные слова могут быть истолкованы опасно.— А вчерашняя ночь была истолкована удобно. Мне не понравилось.Старик затянул узел, но не больно.— У вас слабость от потери крови. Жар спал. Сердце бьется ровно, хотя утром были перебои. Вам нельзя вставать до вечера.— Нельзя или нежелательно?— Нельзя.— Тогда будем считать, что я встану после обеда.— Миледи.— Мне нужно сменить покои.— Лорд Эйран приказал…— Мне не нужен пересказ приказов лорда Эйрана. Мне нужна ваша оценка. Я могу выдержать переход в другую часть замка?Лекарь поджал губы.— Если вас понесут в кресле и вы не будете упрямиться.— Я не буду упрямиться там, где это мешает делу.— Сомневаюсь.— Вы быстро учитесь.На этот раз он почти улыбнулся.Потом достал маленький пузырек с темной жидкостью.— Три капли в воду утром и вечером. Для восстановления крови. Еще отвар крапивы, гранатовый сок, мясной бульон. Никакого вина. Никаких долгих разговоров.Марина посмотрела на него с сомнением.— В этом доме долгие разговоры явно опаснее вина.— В этом доме опасно все, что сказано без свидетелей, — неожиданно произнес лекарь.Мира застыла.Марина медленно подняла глаза.— Это врачебный совет?— Стариковская привычка ворчать, миледи.— Как вас зовут?— Ферн. Мастер Ферн.— Спасибо, мастер Ферн.Он поклонился.— Отдыхайте. И не думайте, что гордость заменяет кровь в жилах.— А кровь в жилах не заменяет достоинство, мастер Ферн.— Вижу, отдыхать вы все равно не станете.— Постараюсь делать вид.Когда лекарь ушел, Мира закрыла за ним дверь и прислонилась к ней спиной.— Миледи, вы совсем не боитесь лорда?Марина посмотрела на свою перевязанную руку.— Боюсь.— Но вы с ним так говорили…— Потому что бояться и подчиняться — не одно и то же.Мира молчала, будто эту мысль нужно было сначала попробовать на вкус.Марина откинулась на подушки. Слабость накатывала тяжелыми волнами, но разум оставался ясным. Даже слишком ясным. Прежняя Ливия оставила ей обрывки памяти — разрозненные, болезненные, как осколки зеркала в ладони. Их нужно было собрать. Осторожно. Иначе можно было порезаться о чужую жизнь до самой души.— Рассказывай, — сказала она.Мира вздрогнула.— Что, миледи?— Все. Сначала — кто живет в замке. Потом — кто имеет власть. Потом — кто вчера видел меня до того, как меня нашли у алтаря.— Сейчас?— Сейчас.— Вам нельзя долго говорить.— Тогда говори ты.Мира подошла ближе, села на край низкой скамеечки у кровати и сжала руки на коленях.— Замок Дрейкхолд принадлежит лорду Эйрану. После смерти старого лорда он стал главой рода. Леди Ровена управляет внутренним порядком: слугами, кладовыми, приемами, покоями, всем, что касается дома. Капитан Гарт отвечает за стражу. Мастер Орден — за архивы, договоры и родовые записи. Лорд Кай приезжает и уезжает, как ему вздумается, но его любят в нижнем крыле.— Почему?— Он шутит со слугами и помнит имена.— Редкое качество для аристократа?Мира кивнула так серьезно, что Марина