Жена на три дня - Ольга Ярошинская

— Точно, — подтвердил Джордж. — На основе чейничного сока. Сам угостишь свою даму или это сделаю я?

Он был того типажа, который обычно нравится женщинам — вертлявый, чернявый, в слишком тесной футболке, облепившей грудные мышцы. Под мышками предательски расплывались круги пота.

Даст взял стакан, и на поверхность вынырнул алый кубик льда. Он медленно таял, источая кровавый сок, будто в бухте кого-то убили.

— Символ стьясти, — пояснил бармен.

Даст пригубил напиток, и горло слегка засаднило. Приворот? Отворот? Что за заразу картавый добавил?

— Кьясивая, — сказал Джордж, провожая липким взглядом Юну. — Но вот взять коктейль: вкусы смешиваются, создавая нечто совейшенно иное. Пить одно и то же — скучно. — Он наклонился через стойку и шепотом сообщил: — У нас гойничная йаботает, Ита, может внести йазнообьязие в жизнь. Если понимаешь, о чем я.

— Как не понять, — процедил Даст. — Но мне кроме Юны никто не нужен. Если брать твои аналогии, это все равно что променять свежевыжатый сок на помои.

Это была чистая правда, но и провокация — пусть шайка покажет, на что еще способна, а Даст соберет побольше доказательств. Коктейль он пить больше не стал — сольет потом в одну из пробирок, пусть в конторе проверят.

Юна тем временем нашла пару свободных шезлонгов и стащила через голову платье. Купальник с золотистым узором подчеркнул и высокую грудь, и тонкую талию, и Даст даже глаза прикрыл на миг — такой ослепительной была эта картина. А Юна собрала волосы в пучок и неспешно спустилась в бассейн. Проплыла туда-сюда пару раз и помахала Дасту, который сжимал стакан побелевшими пальцами. Вышла из бассейна, попрыгала на одной ноге, вытряхивая воду из уха и легла на шезлонг попой кверху.

Даст облизнул губы и повернулся к бармену, который смотрел на него так, будто чего-то ждал. Если мыслить логически, то коктейль предназначался Юне. Значит, скорее всего приворот. Но если объект абсолютно не подходящий, то зелье может дать противоположный эффект. Что ж, Джордж сам нарвался.

— Ты берега своей бухты совсем попутал? — тихо спросил Даст, но тон выбрал верный: бармен побледнел и попятился от стойки. — Еще раз подмигнешь моей жене, я тебе глаз знаешь на что натяну?

— Я же ничего такого… — пролепетал бармен. — Пьёсто любезность.

— Чтоб я тебя рядом с ней больше не видел.

Бармен выбрал правильную стратегию и просто исчез — смылся через задний ход, а его место заняла настороженная официантка.

— Вы что-то хотели? — испуганно спросила она.

— Да, — буркнул Даст. — Где у вас спа?

Юна слишком погружена в расследование, пусть ее расслаблением займутся профессионалы.

* * *

Первый день пролетел — моргнуть не успела. Дасти потащил меня в спа, хотя я с куда большим удовольствием отдалась бы в его умелые руки. Там меня отскребли, как коня, обмазали, укутали, размяли. Дасти был рядом, за тонкой перегородкой и в темных очках, что смотрелось максимально странно в массажном салоне, но никаких магов он так и не обнаружил. Нашлось несколько артефактов, но сугубо бытового назначения.

После был ужин в ресторане отеля, где под визгливую скрипку мы с Дасти едва могли слышать друг друга. Но еда была хороша: рыба на гриле, овощи, фрукты. От десерта я отказалась — мне еще бикини носить, раз уж первый купальник не возымел эффекта. А потом мы вернулись в номер, чтобы обсудить результаты дня.

— Так себе результат, — озвучил мои мысли Дасти, обхватив резной столбик и покачивая кровать.

Балдахин надо мной колыхался, а я иногда стонала, попивая вишневый сок. Дасти успел проверить весь минибар, сделав по глотку из каждой бутылочки, и я полагала, его нервозность — результат очередного зелья, но он отрицал. Только поглядывал на меня как-то странно.

— Ты щуришь один глаз, словно перед тобой мишень, — заметила я и застонала: — О, мистер Пуцки, да!

Я успела принять душ и переоделась в пижаму: комплект из рубашки и шортиков кофейного цвета с черными кружевами. Мило, не особо развратно, но соблазнительно — так я думала.

— Ты слишком хорошо меня знаешь, — заметил Фьер, шатая кровать и не предпринимая никаких шагов к тому, чтобы в ней оказаться.

— Это плохо?

— Это пугает. Знаешь меня как облупленного и не убегаешь с дикими воплями.

Я допила сок, метко бросила пустую пачку в корзину, подгребла подушку ближе и закинула на нее ногу. Но Дасти по-прежнему не проявлял инициативы.

— Мне лень куда-то бежать, — буркнула я. — После спа в сон рубит. А ты еще так ритмично меня укачиваешь. Может, хватит?

Дасти прервался на миг и похлопал себя по голой ноге.

— Пошли спецэффекты? — поняла я.

— Ну-ка, повернись, детка, — зычно приказал он низким вибрирующим голосом.

— Не буду поворачиваться, — капризно отказалась я. — Даже шевелиться лень. Давай обсудим, что мы имеем.

— Рассорку в винограде и приворотное зелье, — ответил Дасти, не забывая раскачивать кровать, которая уже ходуном ходила и стала биться изголовьем в стену. — Возможно. Результат будет, когда отправим улики в лабораторию.

— Я видела, как ты закатил скандал бармену, — усмехнулась я. — Он трусливо сбежал.

— А я видел, как он тебе подмигнул, — сказал Дасти. — Он смазливый, как считаешь?

— Так себе, — ответила я.

Ни в какое сравнение с Фьером.

— Но схема понятна. Бармен добавил приворот и попытался бы тебя соблазнить. Но ничего не вышло, и он щедро предложил познакомить мистера Пуцки с доступной горничной. Дескать, надо смешивать вкусы, жизнь как коктейль.

— Что? — возмутилась я, сразу взбодрившись.

— Полагаю, вскоре нам попытаются устроить неловкую сцену. Я планирую подыграть.

— В смысле? — воскликнула я и села в кровати. — Что значит подыграть? Ты будешь… с горничной…

— Не буду, конечно, но они попытаются это подстроить. Раз уж Джорджу не удалось сыграть роль соперника.

— Ты бы его размазал, — с удовольствием предположила я.

— Да, — подтвердил Дасти и после паузы добавил: — Не хочу видеть рядом с тобой никого другого.

Я затаила дыхание, но он добавил:

— Ты — лучший напарник из всех, что у меня были. Вместе мы сила.

— Мне тоже нравится с тобой работать, — угрюмо подтвердила я, вновь устраиваясь в кровати поудобнее. — О, Пуцки, еще! Еще!

Дасти послушно закачал кровать быстрее.

— Я тебя не обидел сегодня?

— Это чем? — удивилась я.

— У бара я снова трогал твои коленки, и выше.

— Ой, брось, — фыркнула я как можно более невозмутимо. — Это ерунда.

— Точно?

— Будь уверен. Вот массажистка сегодня где меня только не трогала, но я же не обижаюсь. Дасти…

— М?

— Может, хватит? Как бы кровать не развалилась.

Он с сомнением посмотрел на меня,