Изгнанная для князя Вьюги - Женя Громова

— Этот договор обеспечил мир между нашими домами, — мягко, но твёрдо сказала она. — Разве это не достойная цель?

Слуги начали подавать блюда, и в воздухе запахло жареным мясом и пряностями. Но еда сейчас была последним, что могло меня интересовать.

— Мир? — хмыкнул Марк, откинувшись на спинку стула. — Скорее, это был выгодный политический обмен.

Затем он неожиданно обратился ко мне, посмотрев в глаза.

Странно, но они у него были почти чёрными, вовсе не голубыми, как у остальной части семьи.

— Вас посвятили в детали этого договора?

Я открыла рот, чтобы ответить, но Император опередил меня:

— Ей не обязательно знать всех подробностей.

— Ты отправляешь её в ледяной край с жестокими законами и считаешь, что ей незачем знать всех нюансов? — поднял бровь Марк.

— Что за договор? — спросила я, переводя взгляд с Марка на Императора.

Марк ответил, не дожидаясь разрешения отца:

— Двадцать лет назад правящие семьи Волшебноморья договорились о династических браках и закрепили сделку магией. Если одна из дочерей нашего дома не пересечёт границу Вьюги с намерением выйти замуж за её правителя в срок, который истекает… — он бросил взгляд на настенные часы, — через десять дней, нас ждёт война.

Свечи в зале отбрасывали тени на его лицо, подчёркивая резкость черт. Он смотрел на меня пристально, будто проверял, как я восприму эту новость.

Я села прямее.

— Осторожнее, брат, — вмешалась Айрина, не упуская шанса язвительно вставить слово. — Не стоит откровенничать, не все способны понять величие жертвы ради народа.

Марк метнул в её сторону острый взгляд.

— Тебе ли говорить о жертвах, сестра?

Айрина побледнела и прикусила губу, императрица положила руку на плечо дочери, успокаивая её.

— Хватит. Неужели вы не можете провести хоть один вечер в мире? — сказала женщина.

Но мне надо было знать, а Марк похоже единственный здесь, кто готов был говорить открыто. Я прочистила горло и обратилась к нему:

— Почему я? Дело только в том, что князь стар? Или в чём-то ещё.

Марк рассмеялся.

— Ты лучше всего подходишь для этой роли, — ответил за него император.

— Принцесса должна быть девственницей, вот в чём дело, — усмехнулся Марк.

Айрина вскочила со своего места, стукнув руками по столу.

— Ты! Жалкий тёмный! Пятно на нашем светлом роду!

Ни один мускул на лице Марка не дрогнул.

— Я в отличие от тебя свой долг этому светлому роду выполню в полном объёме, — ответил он.

Я сразу вспомнила Джеймса, начальника её охраны или кто он ей там, и то, как они смотрели друг на друга. Неужели, принцесса лишилась невинности, зная, что должна быть отдана другому?..

Императрица начала успокаивать Айрину.

Но Марк ещё не закончил, он отпил из своего бокала и сказал, смотря на меня:

— И из всей кучи детей, что наш отец наделал по Лесарии, оказалось не так просто найти достаточно взрослую девственницу.

— Довольно! — Император ударил ладонью по столу, заставив всех замолчать, даже всхлипывающая Айрина замерла. — Я ожидал от тебя большего уважения, сын.

— Я не виноват, что тебе не нравится правда, — ответил Марк и поставил свой бокал на стол.

Тишину зала нарушил скрип отодвигаемого стула.

Айрина выбежала из зала, императрица извинилась за них обоих и последовала за ней.

Я осталась с императором и его сыном, которые сверлили друг друга взглядами, и почувствовала себя лишней. Таковой я здесь и была. Совершенно лишний человек в замке.

— Эта свадьба необходима, — твёрдо сказал император. — Как и твоя. Союз с домом Темнолесья — залог укрепления нашей власти на востоке. Ты исполнишь свой долг, а Илария — свой. Это приказ.

Марк горько усмехнулся и встал из-за стола, его тень будто поглотила свет свечей.

— Вы думаете, отец, что всё в этом мире можно решить приказом?

Ответ ему не требовался, он холодно и формально поклонился императору, а уже выходя из комнаты, остановился рядом со мной.

— Если хочешь выжить во Вьюге, — тихо сказал он, — слушай только себя. В этом замке тебя вряд ли подготовят к тому, с чем ты встретишься.

Я кивнула, и он вышел из зала, оставив за собой гулкое молчание.

Несколько секунд император сидел неподвижно, его взгляд, прикованный к кубку с вином, был полон тяжести нерешённых вопросов.

— Нужно быстрее заканчивать с этим, — произнёс он и не смотря на меня тоже вышел из комнаты.

Я положила изящную вилку с тремя зубцами на стол и взяла куриную ножку руками.

Прекрасный семейный ужин.

Марк сказал, что во Вьюге ужасные законы…

Кажется, мне стоит больше узнать про край, в который меня изгоняют.

Глава 7. По законам Вьюги

Следующие дни были заполнены бесполезными занятиями по танцам и этикету. Но мало мне было проблем, так ещё Джеймс решил всерьёз за мной приударить.

Он преследовал меня буквально по пятам. То встречал после занятий, то провожал до комнаты, то предлагал фрукты, то цветы. Непрошеный рыцарь, игнорирующий все намёки на то, что мне его внимание совсем не нужно.

Как итог, на меня точила зуб Айрина, по уши влюблённая в своего начальника охраны.

В общем, добраться до библиотеки мне не удалось ни на следующий день, ни через день, но в конце концов я всё равно это сделала.

Уселась за массивный дубовый стол, окружённая старыми фолиантами. Их потрёпанные корешки и тусклый золотой шрифт будто сами по себе рассказывали истории о времени, пережитом в тишине этого зала.

Передо мной лежала внушительная книга с крупными буквами на обложке: «Законы Вьюги». Лёгкое волнение пробежало по коже, когда я открыла её.

— Правит сильнейший. Если сильнейший избран, все должны ему подчиняться, иначе теряют право на жизнь.

Прекрасное местечко.

— Женщин во Вьюге традиционно меньше, чем мужчин, поэтому они ценятся выше драгоценностей.

Это звучало… обнадёживающе?

— Их судьба решается в бою. Если на одну женщину претендуют несколько мужчин, они могут решить спор в схватке.

Улыбка сошла с моего лица. Это уже не так обнадёживающе.

— Потомство священно, и за его безопасность готовы сражаться до последнего вздоха. Если погибает мужчина, обеспечивавший женщину с детьми, то вся семья переходит к старшему свободному мужчине его рода.

А уж это резануло по сердцу.

Женщины — словно дорогой товар, дети — как трофеи. Одна часть меня негодовала, другая, более тихая и осторожная, тонула в панике: там мне не выжить.

Я закрыла глаза, позволяя воображению нарисовать картину.

Суровая равнина, покрытая вечным снегом. Ледяной ветер, срывающий с губ дыхание. Сильные и опасные драконы, правящие этим проклятым миром.

Перед мысленным взором возник